Шпионка против герцога - Дана Канра

служащая интересам аранийской короны, но есть новость и получше.

- Что? – переспросила я с замиранием сердца.

- Для меня все аранийцы, прибывшие в Фиалам – потенциальные шпионы. То, через что ты прошла, я устраиваю для каждого аранийца, приезжающего в мой замок.

- Мерзавец! – воскликнула я, забыв, что передо мной стоит герцог, способный убить одним взглядом.

Он не разгневался, просто равнодушно развел руками.

- Ну да, Тиль. Времена нынче такие, что добрые люди умирают слишком быстро.

Я почувствовала, как внутри все похолодело от его слов. И в то же время зажглась искра надежды. Если все аранийцы находятся под наблюдением, значит, у меня есть шанс спасти пленниц, обманув его ожидания. Я медленно опустила меч, чувствуя, как тяжесть ответственности остается на моих плечах, но теперь у меня появился план.

- И что же мне делать? - спросила я, не в силах скрыть волнение.

Виктор широко улыбнулся, но в его глазах не было радости, лишь искрился ледяной расчет.

- Используйте остатки своей свободы, пока я не лишил вас и их. Узнайте, чего на самом деле добивается ваш наниматель. Но будьте осторожны – не злите меня. Вы мне симпатичны, Одет, - он помедлил, с улыбкой наблюдая за моим смущением, - только не забывайте об осторожности.

- Вы хотите, чтобы я вела двойную игру? – спросила я с сомнением.

- Примерно. Для начала мне нужны имя и титул твоего нанимателя. Не бойтесь, он не узнает об этом, а свое слово я сдержу. В этом мире, Одет, победитель всегда тот, кто умеет прятать свои намерения за маской добродетели. Вы уже на краю пропасти, и, если отступите сейчас, все закончится плохо.

- Господин герцог…

- Я дам вам седмицу. На исходе седьмого дня жду вас в своем кабинете с решением.

С этими словами он развернулся и направился вдаль, оставляя мне наедине с моими мыслями и выбором, который может изменить все. Тем временем в парке стало холоднее, но вместо того, чтобы зябко обнять себя руками, я крепче стиснула меч.

На смену одним шагам пришли другие.

Быстрые, торопливые, пугающие. Но мне уже поздно бояться.

С яростью воткнув меч в мерзлую землю, я резко развернулась к вездесущему мерзавцу и подлецу – графу Гансу Винтеру. Он подходил ко мне, глядя с похотливой ухмылкой, и явно имел на меня свои планы.

- Одет Тиль, - произнес он с удовольствием, остановившись за моей спиной. – Милая, наивная и беззащитная.

Я почувствовала, как гнев поднимается из глубины души, смешиваясь с яростью, которую вызвал Виктор. Ганс видимо был изощренным манипулятором, и его слова обжигали, как раскаленное железо. Я медленно повернулась к нему, стараясь скрыть дрожь в голосе.

- Что вам надо, Винтер? – бесцеремонно спросила я, решив не упоминать его титул.

- Только немного внимания, моя дорогая Одет, – произнес он, подходя ближе, чтобы я могла почувствовать его дыхание. – Слышал тебя разговор с герцогом. Ты в опасной игре, и я могу помочь тебе, если будешь послушной.

Я стиснула зубы, не желая, чтобы он увидел, как его слова влияют на меня. Внутри все кипело, и я понимала: в его предложении кроется ловушка. Но как еще выиграть время и сохранить свои тайны?

- Я сама справлюсь, – отрезала я как можно жестче. – Вы не нужны мне.

Его ухмылка лишь стала шире, и в этот миг мне стало ясно: его интерес ко мне возрос.

- Одет, – начал он, его голос стал низким и зловещим, – ты не понимаешь, с кем имеешь дело. Я знаю о тебе больше, чем ты думаешь. Каждое твое движение, каждая мысль, каждый шаг…

Я сжалась от его слов, но решила не показывать страх.

- Что ты хочешь сделать? – спросила я, стараясь, чтобы в голосе звучало равнодушие.

Мне необходимо было заставить его раскрыть карты, даже если это было рискованно.

Ганс поднял белые брови, насмешливые светлые глаза налились больной похотью.

- Ах, моя дорогая Одет, вот это уже интереснее. Давай поговорим о твоих тайнах… и о том, что может произойти, если ты их не раскроешь мне.

Я с ненавистью смотрела на негодяя, посмевшего запугивать меня, и с тяжелой обреченностью осознавала, что ничего не могу с этим поделать. Собрав волю в кулак, старалась не выдать своего смятения. Ганс, уже догадавшись о моей уязвимости, наслаждался этой игрой, а я была пешкой на его шахматной доске.

- Ты думаешь, что я поддамся на твои уловки? – вскинулась, гордо глядя на него. – Я не собираюсь исполнять твои прихоти, даже если ты будешь угрожать мне!

- Ах, моя глупая, храбрая малышка, - прошептал он с презрительной усмешкой, и провел кончиками пальцев по моей холодной щеке, заправил за ухо выбившуюся светлую прядь. – Но ты не понимаешь, что я могу с тобой сделать.

- Любопытно, - кинула я дерзко.

- Бойся того момента, гордячка, когда герцог потеряет к тебе интерес! – яростно зашипел Ганс Винтер, ослепленный гневом от моего неповиновения. – Ты сразу же окажешься в моей полной власти. Тогда-то я сумею овладеть всеми твоими помыслами… и тобой…

Я сглотнула, но, стараясь не показать страха, отвела взгляд. Никакие угрозы не могли поколебать мою решимость. Ганс, видя, что его слова не вызывают у меня ожидаемой реакции, на секунду растерялся. Но затем его лицо снова озарила улыбка, полная злорадства. Я же сделала шаг назад, игнорируя его провокации. Мороз крепчал, и пора уходить в замок, но прежде надо спрятать ледяной меч.

- Ты не представляешь, сколько я готов терпеть и ждать, юная дрянь, - продолжал говорить он, внимательно наблюдая за каждым моим движением. – Приехала сюда, думая, что сможешь безнаказанно следить за моим сюзереном и плести колдовские интриги? Чушь! Все, чего ты достойна, это стать подстилкой одного из вассалов!

Шлеп!

Я звонко ударила его по щеке. В конце концов, у каждой мерзости есть свой предел, и этот случай – не исключение.

Ганс отшатнулся, его глаза вспыхнули от ненависти. Он даже не ожидал, что я осмелюсь на такой шаг. На мгновение в тишине слышался только вой ледяного ветра, пронизывающего зимний день. Но я понимала, что этот жест был необходим – он напомнил мне о моем достоинстве и силе, в которых лучше никому не сомневаться.

- Ты заплатишь за это… - прошептал он, сдерживая ярость, его голос стал низким и угрожающим.