Королевский поцелуй - Екатерина Романова

с королем разберется. Байдер ни одной юбки не пропустит. Пусть девочка будет настойчивой и все закончится сегодня на балу.

Пьёрн едва не сбился, отмеряя нужное количество эфирного масла. Предстояло как-то объяснить Гастону, что вопросом полового воспитания подопечной он не занимался, хотя стоило бы, ведь в этом и заключалась его изначальная цель. Но признаваться, что прикипел к девчонке, и всячески оберегал ее от истиной цели, не хотелось.

– Только не говори, что ты не…

– Не говорю.

Учитель так и не пришел, а жаль. Я уже привыкла к его вдохновляющим речам.

Внизу толпились участницы, и на мое появление не обратили внимания. Девушки недовольно фыркали, неуклюже поправляли кружева или пытались ослабить корсеты, нервно одергивали юбки и обмахивались веерами, словно шинковали капусту. В воздухе витали сладко-пряные ароматы духов, шуршали неудобные подъюбники, блестели в мягком свете украшения.

– Все в сборе? – радостно уточнил дарси Митсвот, щеголяя своей знаменитой улыбкой. Мужчина одернул белоснежный мундир с золотыми эполетами и красными обшлагами.

– Эрлиха нет, – весомо заметила Бара. Ее интерес к джаффару рассердил. Ну нет и нет, тебе-то что?

– Верно. В городе возникли… осложнения, – мужчина заломил бровь и посмотрел в мою сторону.

А я тут при чем? Я ничего не осложняла! Просто прокатилась в языке квакера. Эка невидаль. Это я уже дома, из своих конспектов узнала, что тварь подмирья – квакер. Весьма агрессивная, между прочим, и вечно голодная особь, и ее поведение в городе лично у меня вызвало вопросы. Почему она не жрала все и всех подряд? Я без претензий, конечно, но нелогично. Почему она только чинила беспорядок и слюнявила меня, так ни разу и не проглотив? И мужской силуэт… мне привиделся или был реальным? Об услышанном я даже думать не стала, слуховые галлюцинации рядом с тварями подмирья – обычное дело.

– Эльрих постарается прийти на бал, но не это главное, сами понимаете. Служба важнее танцев.

– Прорыв? – по-деловому осведомилась Глэма. – Нужна помощь?

Девушки оживились, притихли, потянулись к Митсвоту.

– Нет. Беспокоиться не о чем. Эльрих сам расскажет, что сочтет нужным. Вашим спутником на сегодняшнем вечере буду я. Познакомитесь с другими джаффарами и участницами, возможно, найдете себе подружек, – Крэйган единственный посмеялся над своей шуткой. Взгляды девушек пригвоздили его стилетами. – Да расслабьтесь же, дамы! Сегодня мы празднуем, а с завтрашнего дня, да, начнется мясо. Идемте.

Подхватив юбки, девушки двинулись к выходу. Не все умели держаться на каблуках, поэтому компания у нас получилась забавная. К балу участницы подходили как к полноценной боевой миссии и, стоит отдать должное, по крыльцу уже маршировали довольно бойко.

На выходе ко мне подбежал Гастон и с обескураживающей наглостью попросился на ручки.

– Не поняла.

– На руки меня возьми! Мяу! – громко потребовал кот и замахнулся лапой на шелковый подол. Как представила, что по дорогущему подолу расползаются уродливые стрелки, так захотелось отлупить тапкой одну обалдевшую сущность. Я четверть скопленных денег вложила в этот наряд!

– Не смей!

– Тогда на лапы возьми! – потребовал шантажист, со смехом поглядывая, как дамы протискиваются в широких платьях в относительно узкую входную дверь. Нехотя взяла кота и прижала к корсету. – Мрр… – довольно протянул он, уткнувшись мордой в ложбинку между моих грудей.

– Ты офонарел! – шикнула, тихонько треснув кота по носу.

– Штерн, ты с котом пойдёшь? – спросил дарси Митсвот, закрывая за мной двери и накидывая на них защитную сеть.

Дамы бернулись. Так уж вышло, что я, с котом в обнимку, стояла на крыльце как на сцене. Еще и факелами подсвеченная.

– Ну, Гастон, спасибо, – прошипела сквозь натянутую улыбку.

– Да расслабься, мы еще посмотрим, кто будет смеяться последним! – подбодрил он и снова, на потеху публике, потянулся носом к моей груди.

– Не вижу проблемы! – объявила во всеуслышание и, с гордо поднятым подбородком, и мордой кота в декольте, прошествовала во главу нашей дружно смеющейся толпы.

Очевидно, котяра желает пообщаться, и лучше сделать это без лишних ушей. Когда процессия двинулась, кот быстро заговорил:

– Значит так. Пьёрн предупредил, что ты у нас непросвещенная в самых нужных вопросах. Приходишь на бал, находишь взглядом короля, смотришь ему в глаза не меньше пяти секунд. Если он не отвернется первым, переходим ко второму этапу.

– А, если отвернется?

– Ой, я Байдера как свою задницу знаю. Не отведет. Дальше игнорируй его. Не смотри. Не думай. Не ищи взглядом. Окажется поблизости – уйди в другую часть зала. Побегай от него немного, пусть раззадорится. Когда пригласит на танец, откажи.

– Не поняла?!

Кот горестно вздохнул и пояснил:

– Он возмутится! Скажешь, что не узнала. Во время танца будь рассеянной, ищи взглядом Эльриха, хозяину король зубы не выбьет, кишка тонка. Здоровая ревность ускорит поцелуйный процесс. Пригласит в розовый сад – не ходи! Нечего тебе там делать. Предложи выйти балкон. Там поцелуетесь и домой. Хе-хе. Все, не благодари.

Выпалив инструкцию к действию, Гастон спрыгнул с моих рук и сиганул в кусты. Мы как раз проходили мимо сада-лабиринта, о котором рассказывал дарси Митсвот. Сросшиеся ветви магических кустарников образуют витиеватый лабиринт. Причем для каждого зашедшего внутрь он будет разным. Кто-то попадет в царство благоухающих роз, а кто-то столкнется с кладбищенскими пейзажами, для кого-то будут пылать огненные хризантемы, а кому-то улыбаться ледяные орхидеи. По центру сада расположен источник полного раскрытия каналов – редкое, между прочим, дело, поэтому желающих пройти оригинальный квест всегда много. Кто-то выходит через час, развитый до десятого круга, а кого-то джаффары выносят через несколько дней, опустошенных до нуля и изможденных.

– Справа – крыло королевы, сестры Эльриха, а вот там, чуть впереди, крыло короля. Туда мы и направляемся. Бал будет дан в большой хрустальной зале, любимом месте его величества, знаете, почему?

– Потому что там миллиард зеркал, и все они отражают коронованную физиономию? – хмыкнула Эзра. Я уже подметила ее нелюбовь к его величеству.

– Не советую так выражаться при монархе, но, в целом, не без этого.

Хрустальная зала соответствовала названию. Стены, потолок и местами даже пол были выложены из зеркал неправильной формы. Треугольники, трапеции, ромбы, круги… Все преломляло свет