Ритуал Старлинга - Девни Перри
— Я тебе не враг, дитя.
Я усмехнулась.
— Вы прикоснулись ко мне, и я была без сознания два дня.
— Я отпускаю тебя, как ты и просила. Я избавил тебя от страданий в том туннеле и привез сюда.
— Где именно это «сюда»?
— Мы в половине дня езды от водопада. Я привез вас с Эванджелиной с горы отдохнуть.
Он ожидал благодарности? Что ж, он ее не получит.
— Мы еще встретимся, — сказал он. — Это моя судьба.
— Когда? — Не то чтобы я с нетерпением буду ждать этого воссоединения.
— После того, как ты исполнишь свое предназначение.
Прошло много времени с тех пор, как кто-то говорил о моем предназначении и роке. Я не пропустила это мимо ушей. Единственное, что меня волновало в моем будущем, — это чтобы выжила Эви, а я нашла Рэнсома.
— Вы возвращаетесь к Верховному жрецу, как брат Дайм?
— Прислушайся к моему следующему предупреждению. — Он постучал по своему крючковатому носу, чтобы убедиться, что я слушаю. — Держись подальше от Верховного жреца.
— Но Рэнсом доверяет ему.
— А ты не должна.
Я с трудом сглотнула.
— Он спрашивал о моей матери. Почему? Она тоже могла чувствовать магию Востеров?
— Очень немногие в братстве знали твою мать до ее смерти.
— А брат Дайм знал?
— Иди вдоль ручья. Найди воительницу. — Боль от его магии вернулась, пронзив мою кожу, словно иголками, и заставив меня отступить еще на шаг, когда он вскочил в седло. Он ударил голыми пятками в бока своей лошади. А затем проехал мимо меня, заставив убраться с дороги. Скор галопом промчался по траве туда, где стояла Эви с охапками оранжевых полевых цветов.
Затем он исчез.
Это должно было принести облегчение. Это должно было ослабить узел у меня в животе. Но теперь мы были одни и уязвимы. Единственным человеком, который мог спасти Эви от монстра, была я.
Поэтому мы не стали задерживаться.
Я поспешила к бревну, взяла свое одеяло и быстро скатала его.
— Эви, давай. Нам нужно идти. Бери Фэйза.
Она уронила цветы и побежала к таркину, подхватила его на руки и потащила.
— Сложи все в седельные сумки, — сказала я, запихивая одеяло. Пока она собирала свои вещи, я поспешила поймать Фрею и оседлать ее, затем затоптала остатки костра.
— Куда мы идем? — спросила она, когда я посадила ее на спину Фреи.
Я отвернулась от деревьев и направилась к ручью.
— Что произошло в туннеле? Когда брат Скор вышел оттуда?
— Он нес тебя, — сказала она. — Он положил тебя на свою лошадь и сказал, что должен тебя привязать, чтобы ты не упала. Затем он заставил меня сесть верхом на Фрею и нести Фэйза, пока он шел.
— Вы возвращались через каньон?
Она кивнула.
— Ночью было действительно страшно.
— Представляю. — Я грустно улыбнулась ей, жалея, что потеряла сознание так надолго. — Что было потом?
— Мы пришли сюда, и он сказал, что мы разобьем лагерь, пока ты не проснешься.
— Кроме меня, ты видела, чтобы он нес что-то еще из туннеля?
— Нет.
Черт.
— Но прошлой ночью он кое-что достал из своей сумки и улизнул к деревьям. Он думал, что я сплю.
Гордость переполняла мою грудь. Боги, эта девочка. Моя маленькая шпионка.
— Что это было?
— Что-то круглое и блестящее. И прозрачное. Оно было вот такого размера. — Она показала мне руками, изображая фигуру размером с дыню.
Объект такого размера вполне мог находиться на дне того бассейна в туннелях. Но если бы он был у него с собой, разве я не почувствовала бы его сегодня? Если только он не унес его в лес, а мое тело, наконец, не восстановилось настолько, чтобы проснуться, когда оно исчезло.
Это был источник? Укреплял ли он его собственные силы? Мой желудок сжался от осознания того, что я помогла ему найти в той пещере.
— Ладно. Давай убираться отсюда. — Я забралась в седло позади нее, готовясь к еще одному дню езды верхом.
— Куда мы направляемся?
— На юг, — сказала я ей.
— А где юг?
Я сухо рассмеялась и подтолкнула Фрею вперед, чтобы она следовала вдоль ручья.
— Ты так же хороша в вопросах как и я, звездочка.
Тринадцать
Каспия
Зендра цеплялась за мою руку, пока мы, спотыкаясь, шли по лесу. Ее ладонь была липкой, а лицо бледно-серым.
Я споткнулась, подвернув лодыжку, но ее хватка удержала меня от падения. Моя голова кружилась так сильно, что мир казался полосой зеленого, коричневого и голубого. Я дышала неглубоко, а пот, пропитавший мое тело, никак не мог остудить огонь, бушующий в моих венах.
Три дня подряд мы бродили по этой странной земле, ожидая, что ритуал изменит нас. Мы с Зендрой боялись, что от сырого, затхлого воздуха пещеры нам обеим станет плохо, но, возможно, нам следовало остаться. С каждым заходом солнца нам обеим становилось все хуже и хуже.
Я надеялась, что мы найдем убежище, где сможем отдохнуть, пока болезнь не пройдет. Но единственное, что мы находили, — это деревья и снова деревья.
— Мне нужно остановиться, — пробормотала я.
Зендра отпустила мою руку и, словно это было единственное, что удерживало ее на ногах, опустилась на покрытую мхом лесную подстилку. Обхватив себя руками за талию, она раскачивалась взад-вперед, лежа на боку. Слезы навернулись на ее глаза и каскадом потекли по щекам.
Мои колени подогнулись, и я рухнула на землю. И, как и Зендра, я свернулась калачиком на влажной зеленой земле.
Дождь лил не переставая, от оглушительного ливня до легкой мороси. Я не могла вспомнить, каково это — носить сухую одежду. Мы промокли до нитки, но вода была незначительным неудобством по сравнению с болью.
Божество, это было больно. Мои внутренности разрывались на части невидимыми когтями. В голове у меня пульсировало, каждый удар сердца был как удар молота по черепу.
Ни один из нас не мог есть с той первой луны, проведенной в той странной пещере. Сушеная рыба, которую мы захватили с собой с корабля, осталась нетронутой, хотя, вероятно, уже не была такой сухой. В ту луну мы спали, прислонившись к скользким каменным стенам, а утром проснулись от желудочных колик.
С первыми лучами солнца нам удалось преодолеть довольно большое расстояние, и мы обе, преодолевая дискомфорт, пробирались мимо скал в этот густой лес, надеясь найти город или деревню, где можно было бы отдохнуть и расспросить о среброглазом воине. Пока мы шли, я восхищалась насыщенностью зелени, такой яркой и колоритной, что она не походила ни на один лес в Нелфинексе.
