Ледяное сердце дракона - Наталья Викторовна Косухина

академии, – недовольно заметила мама.

Кстати. Очень неожиданно они разлетелись. Да, мы с Райаном поглядывали друг на друга, и я полагала, что это привлекло внимание окружающих, но настолько масштабных выводов они сделать не могли. А не помог ли им кто-то?

– Слухи всегда были и будут. Почему тебя это беспокоит?

– Но как ты выйдешь замуж, если тебе будут приписывать роман с драконом?

И тут мысль, как озарение. Она полагала, что, поступая в академию, я найду себе здесь перспективного мужа и заключу брак. Она и мысли не допускала, что я буду строить карьеру. Против Габриэля она тогда, в будущем, и слова не сказала. Он лучше Райана? Возможно, обаятельнее? Или не дракон?

– А если я не хочу замуж? Если я хочу строить карьеру?

– Дорогая, женщина не должна быть одна. Ее предназначение – выйти замуж и создать семью.

Все, это был тупик. Как могла, я старалась скрыть разочарование. Спорить тоже смысла не было. Так мать видит счастье для своего ребенка. Есть ли что-то более незыблемое в этом мире?

Поэтому я сказала:

– Обдумаю твои слова. А пока… Мама, ты не хочешь сходить за покупками?

* * *

Зимняя столица не была самым прекрасным местом на свете – серое небо, слякоть под ногами, пронизывающий ветер. Но по сравнению с моим родным городом, затерянным среди бескрайних равнин, она казалась сияющим раем. Особенно сейчас, когда матушка, широко раскрыв глаза, впитывала все вокруг – сверкающие витрины, нарядных прохожих, богатые кареты, запряженные породистыми лошадьми.

Ара Веланди была еще молода – слишком молода для матери взрослой дочери. Она рано вышла замуж, рано родила меня, и теперь, глядя на ее оживленное лицо, я понимала: перед ней все еще лежала целая жизнь, полная возможностей.

– Где ты остановилась? – спросила я, поправляя шарф, который норовил соскользнуть с плеч.

– У дальней родственницы. Ты ее не знаешь. Она согласилась меня приютить на ночь.

Я нахмурилась.

– Погоди… Ты что, приехала сегодня и, едва приведя себя в порядок, сразу пришла ко мне? А отдыхать?

– Дома отдохну, – махнула рукой матушка.

Я прищурилась.

– Ты же бросила вторую работу?

Она брала подработку, когда мне нужно было готовиться к поступлению. Но сейчас-то…

– Еще нет. Вдруг тебе потребуются деньги, – ответила мама и ее взгляд скользнул в сторону витрины дорогого магазина, где манекены в бархатных платьях и соболиных манто смотрели на нас свысока. – Здесь вещи хорошего качества. Зайдем?

– Их ценник слишком завышен, – твердо сказала я, хватая ее за руку. – Пойдем в другой, тут недалеко.

– Откуда ты знаешь? – заупрямилась она. – Я работаю швеей уже давно, и у меня глаз наметан. Там вещи высшего класса. А тебе нужно красиво одеваться, чтобы найти хорошего мужа.

Я не стала спорить, просто потянула ее за собой, мимо шумных торговцев, запахов жареных каштанов и сладкого миндаля, вглубь переулков, где стены домов смыкались так близко, что казалось, будто они вот-вот поглотят нас.

– Поверь, здесь вещи ничуть не хуже, – уверенно сказала я, распахивая дверь небольшой лавочки.

Внутри пахло кожей, воском и чем-то уютным – как в доме у бабушки. Продавец, женщина с седыми волосами, собранными в тугой узел, лишь кивнула нам, не навязываясь. Матушка, привыкшая к ярмаркам и шумным базарам, настороженно огляделась, но уже через минуту ее пальцы осторожно гладили ткань платья, оценивая швы.

– Качество… отменное, – признала она наконец.

Маме можно было верить. У нее был маленький дар артефактора, и она чувствовала такие вещи, они касались ее работы. Я улыбнулась. Мастер, владелец этой лавки, пока не был известен в столице, но я знала – пройдет время, и за его вещами будут выстраиваться очереди.

За первое полугодие у меня скопилась приличная сумма от дотаций, и пока матушка восхищалась нарядами, я прикидывала, что мне действительно нужно. Купила пару крепких сапог, новую юбку, теплую кофту… А потом увидела его – плащ на меху, мягкий, как первый снег.

– Это тебе, – сказала я, протягивая его маме.

Она замерла.

– Ола, это слишком дорого…

– Ничего подобного, – отрезала я, уже расплачиваясь.

Когда мы вышли, Ара Веланди была недовольна.

– Ты одеваешься, как простушка, – ворчала она, но пальцы ее то и дело трогали мех на вороте.

– Что поделать. Я учусь в академии, а там форма.

– Ну можно же как-то…

– Нет, – резко сказала я, останавливаясь у аптеки.

В витрине стояли флакончики с духами, баночки с кремами, пудра в изящных коробочках… Но денег уже не было.

– Ты очень изменилась, – тихо сказала мама, разглядывая мое отражение в стекле.

Я вздохнула.

– Мама, ты знаешь, что я лучшая студентка на курсе?

По ее лицу было видно – не знала. Зато была осведомлена о слухах.

– Ола… – начала она снова, но тут раздался новый голос.

– Студентка Веланди? Что вы здесь делаете?

Я обернулась.

Лортан Крау, мой профессор по материаловедению, стоял в двух шагах, его массивная фигура заслоняла солнце.

– Профессор, – почтительно склонила я голову. – Ко мне приехала мама. Мама, это мой профессор, Лортан Крау. Профессор, это моя мама Ара Веланди.

– Очень приятно познакомиться, – пролепетала матушка, слегка подавшись назад – Крау был на голову выше ее.

– И мне. У вас талантливая дочь. Академия сделала ей предложение обучаться по особой программе. – Его голос гремел, как далекий гром. – Примите мои поздравления.

Я почувствовала, как щеки вспыхнули.

– Веланди, – продолжил профессор, – вас разыскивает декан. Как раз насчет программы. Не надумали еще?

– Ой! – вырвалось у меня. – Надумала.

Я сунула маме пакет с плащом, перехватила свои покупки и, неловко помахав рукой, бросилась прочь.

– Ола! – растерянно крикнула матушка мне вслед.

Но я уже бежала, петляя узкими улочками, обходя лужи и толчею, – к академии, к новому будущему, которое теперь было так близко. И, возможно, к новым проблемам.

Глава 17

В кабинет к Сантору я вбежала, едва постучав и не дождавшись ответа, с шуршащими пакетами в руках. Декан сидел за массивным дубовым столом, заваленным фолиантами и свитками. Его острый взгляд скользнул по мне, затем по пакетам, и одна бровь медленно поползла вверх.

– Надеюсь, это не мне подарки? – Голос его звучал сухо, но в уголках губ дрогнула тень усмешки.

– Нет, – я поспешно спрятала покупки за спину, чувствуя, как тепло разливается по щекам.

– Счастлив. Проходите и садитесь, Веланди. Пакеты можете оставить около входа.

Я сделала, как было велено, и опустилась в кресло напротив него. Ладони легли на прохладную кожу подлокотников. Сантору сложил пальцы в замок, а его взгляд, тяжелый и оценивающий, заставлял меня ерзать. В тишине кабинета даже