Александр Арбеков - О, Путник!

Артиллерист поглощал пищу жадно и быстро. Его скулы, заросшие рыжей щетиной, смешанной с сединой, двигались так интенсивно, что у меня на мгновение зарябило в глазах.

Я резко встал. Все вскочили вслед за мною.

— За Артиллеристов, за Богов Войны?

— За Артиллерию!!!

Потом последовал ещё целый ряд замечательных тостов.

— За Огонь!

— За Пламя!

— За Силу и Мощь!

— За Дам, наших верных соратниц и сподвижниц!

Наконец пушкарь насытился, расслабился, подобрел и заметно осоловел. Наступило время полного доверия, задушевных товарищеских бесед и искренних откровений.

— Сударь, давайте поговорим начистоту, — осторожно произнёс я. — Мне, в принципе, всё равно, кто вы такой. В любой момент я могу отпустить вас с миром. Ради Бога, идите на все четыре стороны, я вас не удерживаю и не неволю. После драки кулаками не машут. Война окончена. Покой и тишина воцарились на Островах. Пришла пора возвращаться домой…

— Сир, благодарю Вас за благородство и великодушие, — хрипло сказал пленник.

— Не за что, сударь, — усмехнулся я. — Но перед тем, как мы расстанемся, хотелось бы всё-таки узнать, кто вы такой?

— Человек, Сир, просто человек.

— О, дорогой мой человек, если бы вы знали, как зыбка бывает порой грань между людьми и теми, кто ими не являются!

— Простите, Сир, не совсем понял, — вздрогнул Артиллерист.

— Уже традиционно отвечаю, что я, к сожалению, сам, подчас, многого не понимаю, — я скорбно улыбнулся и сделал знак БАРОНУ.

Рюмки были мгновенно наполнены.

— За Острова!

— За мир на Островах!!!

Я придвинул своё кресло к стулу пленника, доверительно положил руку ему на плечо.

— А вы знаете, дружище, я, пожалуй, готов принять вас к себе на службу. Конечно же, свобода выбора за вами. Но, посудите сами. Куда вам идти? К семье, к жене, к детям, если таковые у вас, конечно, имеются? Допустим, вернётесь вы к ним, ну и что дальше? Ведь надо же как-то зарабатывать себе и им на жизнь! А где вы найдёте достойную работу в этом сложном, несчастном, бедном, разрушенном войной, мире? Я прав?

— В принципе, да, Сир, — усмехнулся Артиллерист.

— А у меня на службе вы будете, как у Христа за пазухой. Гарантирую хорошее жалование, премиальные, отпуск два раза в год. Как вам моё предложение?

— Надо подумать, Сир, — снова усмехнулся мужчина.

— А почему, сударь, вы не спросили меня, кто такой Христос? — хищно ухмыльнулся я. — Отсутствие этого вопроса с вашей стороны свидетельствует или о вашей не любознательности или о кое-чём другом!

— О чём же, Сир? — нахмурился Артиллерист.

— Да о самом разном, — я слегка хлопнул его по плечу, отчего он вскрикнул и резко ткнулся лицом в стол. — И так, кто вы такой?!

— О, Боже, мой нос!

— Не поминайте Бога всуе! Сударь, ему нет никакого дела до вашего травмированного носа! — возмущённо воскликнул я. — И так, всё-таки, кто вы такой? Даю пять секунд на размышления.

— Я — Главный Инженер Артиллерии Ордена Посвящённых, Сир!

— О, как!? — удивился БАРОН.

— Ишь, ты!? — обрадовался ШЕВАЛЬЕ.

— Однако!? — усмехнулся ПОЭТ.

— Ибо… То, что нам надо! — восхитился я. — А что ещё вы можете нам сказать, бомбардир вы наш неприкаянный!?

— Сир, я не бомбардир! В мои функции входит конструирование и производство орудий, ружей, пистолетов и боеприпасов к ним.

— Ничего себе! — изумился я. — У Ордена имеются и ружья и пистолеты? А почему вы их не применили в недавних боях?

— Сир, пока произведена только одна пробная партия в десять штук, — потупился Инженер. — Она ничего бы не решила. Нам просто не хватило времени. Все силы были брошены на производство пушек.

— Скажите, уважаемый, а ведь где-то я вас раньше видел, — задумчиво произнёс ПОЭТ.

— Полковник, ну где вы ещё могли видеть этого индивидуума, как не в Агентстве по Контактам! — рассмеялся я.

— Бог мой! Точно! — изумился ПОЭТ. — Я ещё тогда подумал, а почему он такой нескладный, тощий и бледный!?

— Язва…, — печально произнёс Инженер.

— Знаете, господа, — это отрадно, что с каждым днём здесь на Островах ряды землян и инопланетян всё пополняются и пополняются. Мне нужны не просто подданные, а умные, умелые и образованные подданные, — я встал, прошёлся туда сюда, задумчиво посмотрел на багровое солнце, которое уже готовилось к неизбежному закату. — БАРОН, налейте ещё по одной. Ах, какой, однако, конструктивный и интересный разговор складывается у нас сегодня!

Мы все выпили, закусили, полюбовались предзакатным небом, помолчали.

— Сир, — робко и тревожно спросил Инженер. — Вы упомянули каких-то инопланетян. Я не ослышался?

— Конечно, нет, дорогой вы мой человек! — широко улыбнулся я, а потом осёкся, насторожился, остро взглянул на ПОЭТА.

— Сир, он человек, — усмехнулся мой Летописец. — Вы же прекрасно и сами это чувствуете. У него нет Матрицы.

— Так, вот, дорогой мой человек! — жизнерадостно продолжил я. — Чуть попозже, обещаю, мы более подробно поговорим об этом, а сейчас меня интересуют несколько иные, сугубо приземлённые темы.

— Какие же, Сир?

— Ну, во-первых. Вы женаты?

— Увы, нет, Сир, — печально ответил Инженер. — Жена меня бросила, детей не имею, родители умерли. Тоскливо мне было, очень плохо себя чувствовал. Я от этой безысходности и подался в Агентство, устроился начальником Первого Технического Отдела, а потом не возражал и против отправки на Острова. Платят хорошо. Двойная выслуга лет. Премиальные, однако… Были…

Я и мои соратники громко и весело рассмеялись.

— А скажите-ка, Эдисон вы наш, как бы нам воспользоваться трофейными орудиями? Вы сможете организовать в самые краткие сроки выпуск боеприпасов и обучение персонала?

— Сир, я не предатель! — Инженер гордо расправил свои хилые и узкие плечи. — На этих Островах решается судьба всего человечества, и я готов отдать за него жизнь!

— Упаси вас Бог, что вы! — я возмущённо замахал руками. — Какая измена!? Речь идёт всего-навсего о перемене мировоззрения, о некоторой смене убеждений, только и всего! Человечеству вы никак не навредите, наоборот, поможете ему преодолеть определённую магическую черту, за которой последует мощный рывок в его развитии! Перед ним откроются совершенно новые горизонты, перспективы! Уж поверьте мне!

— И каким же образом, и в связи с чем же они откроются, Сир!? — с большим скепсисом спросил Инженер и очень внимательно посмотрел на меня.

— Буду с вами предельно честным, — я подцепил на вилку холодное мясо и стал его неторопливо жевать. — Планы мои таковы. Сначала я наведу окончательный порядок на Островах, восстановлю на них мир и спокойствие, а потом рвану дальше, — в Космос, в Бездну! Земля пусть пока живёт, как жила. Она для меня свята и любима, так как я её благодарный сын. Блудный, но любящий и вечно её помнящий. Поброжу, постранствую, обогащусь новыми знаниями и потом принесу их человечеству на блюдечке с голубой каёмочкой, так сказать. Вот вам и основа для дальнейшего прогресса человечества!