Лиза Смит - Потрошитель

— Тебя беспокоит история с Потрошителем, — усмехнулся Дамон. — С чего бы это? Ты что — женщина? Или ты — шлюха? Ведь тебе известно, что жертвы все из этих. У тебя мания, ты помешался на убийствах! А лучше бы ты помешался на какой-нибудь красотке. Это гораздо приятнее, уверяю тебя, — и брат плотоядно ухмыльнулся.

— Да уж, не сомневаюсь, гораздо приятнее быть на побегушках у Шарлотты! Подносить шампанское, стоит ей только пожелать, и без конца выполнять другие ее капризы. Поразительно, на что ты готов пойти ради глотка крови, братец. Признаюсь, меня это просто восхищает! — Я был доволен, что мне удалось держать себя в руках, пока я обращался к Дамону с этой разгромной речью. Каждый раз, когда происходило подобное, я чувствовал, что его уважение ко мне растет. Хоть на капельку, но все-таки. И если я что-то и понял из долгого общения со своим братом, так это то, что Дамон всегда играет только по своим собственным правилам. — Кроме того, у меня не мания, — я по-прежнему гнул свою линию, — просто я обеспокоен. И ты знаешь, чем именно! — воскликнул я, не сдержавшись. Меня продолжало преследовать ощущение, что Дамон что-то скрывает. И если даже он ничего не скрывал специально, он и ничего не делал, чтобы позволить мне самому проникнуть в тайну и во всем разобраться. — Я отлично помню обо всем, что связало нас в прошлом. Все эти ужасы и кровь. Но я решил сдаться. Я поднимаю белый флаг. Все, чего я хочу, — если уж мы не можем быть с тобой друзьями, то давай хотя бы не становиться врагами. Во всяком случае, сейчас, когда для нас обоих слишком много поставлено на карту.

— Побереги силы для других. — Дамон демонстративно зевнул. — Я уже слышал от тебя эти речи. И не раз. Мне вся эта болтовня безумно наскучила! Сколько можно! Слова, слова, слова… И ничего не меняется. Вокруг одна говорильня. Мне тоже приходится без конца со всеми разговаривать. И люди, с которыми говоришь, тоже не меняются. Какая тоска, братец! Какая тоска! — проговорил Дамон, глядя прямо мне в глаза.

— Что ж, тогда ладно… — наконец произнес я, обдумав его слова. Не хотелось оправдывать мои выводы разыгравшимся воображением, но, надеюсь, Дамону, по крайней мере, наскучило сохранять верность своей клятве, и он больше не мечтает о мести. И даже если у него нет желания восстанавливать наши отношения, он хотя бы не чувствует необходимости продолжать враждовать со мной. — Что ж, — продолжал я, — тогда давай кроме пустой болтовни кое-что сделаем. Меня беспокоит Джек-потрошитель, потому что я полагаю, что он может быть одним из Первородных. Возможно, под его маской скрывается Клаус. А Клаус, как тебе известно, охотится за нами. Вернее, он охотится за тобой. Наверняка. Потому что в той кровавой надписи на стене… — Я умолк на мгновение, чтобы Дамон почувствовал всю важность моих последующих слов. — Та надпись — не безобидная выходка какого-то неизвестного шутника. Та надпись выглядела точно так же, как надпись на стене у Сазерлендов. Ты понимаешь, что это означает для нас?

Дамон замахал у себя перед носом руками, словно отгонял назойливую муху.

— А-а-а, вот, оказывается, на чем ты помешан, братец. На вампирах! Зачем, позволь спросить, Клаусу убивать по одной женщине, когда он мог бы уничтожить одним махом десяток таких девиц? И зачем бы ему понадобилось играть во все эти игры с прессой? — Дамон засыпал меня вопросами. — Уж очень человеческое поведение получается, — добавил он, саркастически усмехаясь.

— Но эта фраза «Из ада…», — резко возразил я брату.

Дамон демонстративно закатил глаза:

— Для такого книжного червя, как ты, вечно не отрывающего глаз от книги, это слишком примитивная трактовка смысла. Полагаю, тебе надо прекратить играть в детектива. Почему бы тебе просто не развлечься? У тебя появилась чудесная девушка, ты приехал в прекрасный новый город… Развлекайся! Или, может… — Дамон серьезно посмотрел на меня, — тебе просто нужно поесть. Когда ты в последний раз питался нормальной кровью?

— Вчера вечером, — уклончиво произнес я.

— Но не кровью своей девушки, верно? — заметил Дамон, покосившись в сторону Вайолет. Я проследил за его взглядом. Брат смотрел на ее белоснежную шею — гладкую, без единого укуса.

— Конечно, нет, — я покачал головой. — Я не питаюсь за счет людей.

— А следовало бы. Их кровь подействует на тебя успокаивающе. Подумай об этом. Ты мог бы забыть про всю эту кошмарную чушь о Потрошителе и присоединиться к лондонскому светскому обществу. Ты мог бы развлечься и получить удовольствие. Гораздо большее, чем ты получал когда-либо в своей жизни.

Я вздохнул, на мгновение представив, что за жизнь это могла бы быть: бесконечные вечеринки и приемы, бесконечные поцелуи и объятия, бесконечные годы развлечений. Такую жизнь выбрал мой брат Дамон. На миг у меня мелькнула тень сомнения. Может быть, брат прав? Может, секрет вечного счастья заключается в том, чтобы постоянно испытывать удовольствие и делать то, что тебе его доставляет?

— Вот что я тебе скажу, братец, — заговорил Дамон, почувствовав мои колебания. — Отправляйся-ка ты в Париж. Уезжай отсюда, от этой кошмарной истории с Потрошителем. Если это Клаус, так он найдет тебя, где бы ты ни был, а если это какой-то тупой человеческий ублюдок, его поймают через несколько недель.

— А если это ты? — жестко произнес я.

— Если это я, то я уж точно был под влиянием огромного количества выпитой крови, разбавленной алкоголем. — Дамон вытаращил глаза, изображая притворный ужас. — Да ладно тебе, братец. Подари мне хоть капельку своего доверия. Зачем бы я стал творить такие грязные убийства в таком отвратительном районе?

Я кивнул. В его словах был определенный смысл. Как и в его совете бросить заниматься этим делом. Но для меня это было невозможно. Я не мог уехать из Лондона, пока не пойму, что Вайолет в безопасности. А Вайолет не будет в безопасности, пока не отыщут Джека-потрошителя. Я покачал головой:

— Вайолет сегодня вечером придется работать в пабе. Я собираюсь пойти с ней и попробовать собрать еще какую-нибудь информацию, — я помолчал. — Дамон, пойдем со мной.

— Пойти с тобой? В какую-то грязную забегаловку с крысами и тараканами? Нет уж, спасибо.

— Ты же говоришь, что тебе все наскучило. Что все вокруг одно и то же. Почему бы не попробовать что-то новенькое? Кроме того… — Я сделал глубокий вдох и решительно произнес: — Ты мой должник.

Келли.

Мне даже не надо было произносить ее имя вслух. Я видел, как что-то промелькнуло в глазах у Дамона.

— Отлично, договорились. Но сначала я напьюсь шампанского, а там, в пабе, ты купишь мне виски.