Об огне и заблуждениях - Кортни Уимс
Это напомнило мне о доме.
Я закрываю дневник и смотрю на свой обветшалый потолок. Облака скользят по последним полосам темно-оранжевого и пурпурного неба. Свет в моей комнате сменяется тьмой.
Как ни странно, вид усыпанного звездами неба утешает меня так, что я не могу этого осмыслить. Возможно, отчасти потому, что это то самое небо, под которым я спала последние несколько месяцев. То же небо, под которым спал мой отец.
Позже ночью я выбираюсь навестить Дэйшу. С каждым шагом в глубь леса невидимая струна, уходящая корнями глубоко в мою грудь, натягивается, ведя меня к зарослям деревьев, где я видела её в последний раз. Улыбка согревает моё лицо, когда я различаю её светящиеся белые глаза в глубине пещеры.
Она радостно скачет мне навстречу, оставляя тени пещеры позади и выходя в лунный свет. Расправив плечи, она гордо раздувает ноздри. Я поймала курицу.
Я замираю на полушаге, в недоумении склонив голову. — Что? Как ты вообще могла поймать…
Что-то безжизненное свисает у неё из пасти. Я осторожно приподнимаю голову добычи, чтобы убедиться.
Утка.
Я взрываюсь смешком, представляя, как дракон её размеров гоняется за уткой. Я хлопаю Дэйшу по массивной шее. — Это, э-эм… не курица.
Не курица? — она моргает.
— Не курица.
Пожалуй, мне стоило быть точнее в описании курицы, так как простого упоминания крыльев в перьях оказалось явно недостаточно.
Крылья Дэйши слегка опускаются от разочарования, но она всё равно втягивает обмякшую утку в пасть и проглатывает её одним махом. По её гримасе понятно, что это не совсем то, чего она ожидала.
Я смотрю на озеро, мерцающее вдалеке между просветами деревьев. — Я пока не знаю, как долго мы здесь пробудем. Но ты должна быть осторожна, здесь опасно.
Почему?
— Ну… потому что люди могут быть опасны для драконов.
Что такое человек?
— Такие люди, как я, которые ходят на двух ногах.
Она склоняет голову набок. Но ты ведь не опасная?
Её невинность заставляет мои губы растянуться в печальной улыбке. Я провожу рукой по её щеке и вниз по шее. — Если увидишь кого-то на двух ногах, кроме меня, обещай мне, что спрячешься и будешь сидеть тихо?
Я дважды хлопаю пальцами по её шее, ожидая, что она исчезнет. Но ничего не происходит. Пробую еще раз — безрезультатно, и перевожу взгляд на её морду. — Ты больше не можешь становиться невидимой?
Она зажмуривается, ноздри раздуваются, тело напряжено. Приоткрывает один глаз, глядя прямо на меня.
Я фыркаю. — Я всё еще тебя вижу.
Побежденный выдох расслабляет её тело.
Проклятье. Вот и всё, план провалился.
— Ничего, продолжай тренироваться. Мне пора возвращаться в лагерь, но я приду к тебе завтра. Обязательно держись в тенях и не высовывайся…
Знаю, знаю.
Но как мне сказать ей, что если её поймают, это будет вопросом жизни и смерти? Не только для неё, но и для того, кто случайно на неё наткнется?
Глава 17. МЫ. ВМЕСТЕ.
Мардж не заставляет себя долго ждать и приветствует меня на следующее утро сразу делом. Стоит мне войти в крыло лекарей, как она всовывает мне в руку стеклянный флакон и рявкает, чтобы я доставила его Дэриану. Оказывается, его жилье совсем рядом с моим. Наши комнаты разделяет всего одно здание — та самая вторая и теперь единственная палатка-склад. Кожа покрывается мурашками от осознания такой близости.
Я прикусываю язык, чтобы не отказаться выполнять приказ Мардж.
Когда я медлю, выражение лица Мардж темнеет: — Живее, Катерина. Сейчас же.
Откашлявшись, я склоняю голову и покидаю крыло лекарей. Сердце колотит в ушах, когда я прохожу мимо своей комнаты и замедляю шаг у каменного строения через два здания от моего. Глядя на массивную деревянную дверь, я всерьез подумываю оставить флакон прямо на пороге.
— Пфф, он меня не пугает, — пытаюсь я убедить саму себя.
Кто? — голос Дэйши призраком проносится в мыслях.
Никто. Очередной «двуногий», который мнит себя опасным. — Я прищуриваюсь и колочу в дверь.
Дверь со скрипом открывается, являя мне растрепанного Дэриана. Его зеленые глаза сужаются, и он медленно закрывает дверь прямо перед моим носом.
Я моргаю. Такой прием застает меня врасплох. Но страх вызвать недовольство Мардж, если я не сделаю обещанное, толкает меня вперед. Я снова стучу в дверь.
Дэриан приоткрывает дверь на пару дюймов, чтобы убедиться, что это всё еще я, но, когда он пытается захлопнуть её снова, я выставляю руку, не давая ей закрыться.
Его глаза вспыхивают, кривая ухмылка трогает губы.
Сдерживая натужный стон, я наваливаюсь всем весом на дерево. Но стоит мне посильнее надавить на дверь, как он резко отступает, и она распахивается настежь. Я спотыкаюсь и едва не лечу лицом вниз, но он подхватывает меня за локоть.
Пока он помогает мне обрести равновесие, я поворачиваюсь к нему, метая громы и молнии. Он закрывает дверь, отсекая дневной свет. Толстые каменные стены изолируют нас от лагерного гула снаружи.
Его взгляд скользит от моего лица вниз по телу. — Что ты здесь забыла?
Я вздрагиваю, неуютно поеживаясь под его невыносимо тяжелым взглядом. — Мардж прислала меня.
— Хмм… — Он прислоняется к дверному косяку, скрестив руки на груди. Черная туника без рукавов обнажает загорелые мускулистые руки. Его по-идиотски растрепанные каштановые волосы падают на лоб, закрывая глаза. — И чего же Мардж хочет?
Боги, он выглядит как законченный разгильдяй.
Я замираю. Напрочь забыв, зачем именно пришла. Лихорадочно нашариваю флакон, который ранее заткнула за пояс. — Мардж хотела, чтобы я…
Я ловлю его взгляд на себе. Его остроты достаточно, чтобы разжечь пожар. Под кожей шевелится ужас от мысли о том, что он может со мной сделать после того, как я провернула тот кинжал в его бедре. Особенно теперь, когда мы одни. Вдали от свидетелей. Вдали от тех, кто мог бы спасти меня от него.
Проклятье.
Так много о том, как я убеждала себя, что он меня не пугает.
Я сканирую каждый дюйм его тела в поисках меча, кинжала или…
— Если собираешься раздевать меня глазами, делай это руками, — рокочет он.
Я кривлюсь. — Я осматриваю твои раны, это часть моей работы.
— А-а, так это теперь так называется? Могу я осмотреть твои раны следующим? Желательно — без одежды. — Он отталкивается от стены, его
