Король Вечности - Л. Дж. Эндрюс

– Сообщение королевскому двору о нашем возвращении из Бездны. – Она жестом указала на окно. – О путешествии через Бездну после столь долгого времени узнают во всем королевстве. Я ожидаю большого скопления народа к нашему прибытию.

По спине пробежал леденящий холодок. Предстояло не только встретиться лицом к лицу с местью Короля Вечности, но и с излишним любопытством его подданных.

– Вода остывает, – прервала девушка мои удручающие мысли, указав на чащу.

Не будь морские фейри настолько ужасными, я бы решила, что Селин специально сделала воду чуть более комфортной.

Маскарадное платье плотно прилипало к коже, и не то чтобы меня заботило, оскверняет ли мой запах Вечный корабль, откровенно говоря, многие на борту смердели гнилым дыханием и потом, но расшатанные нервы превратили мои подмышки в вонючую плесень.

Я избавилась от платья под пристальным взглядом Селин, и стон облегчения сорвался с губ, как только влажная тяжелая юбка спала.

– Мыло. – Она пересекла комнату и порылась в сумке. Затем бросила мне войлочный мешочек, внутри которого лежали жемчужины душистого мыла, пахнувшие лавандой, медом и росистым мхом.

Мой голос отозвался сдержанной благодарностью. Часть меня, жаждущая найти хоть чуточку света в этом бушующем шторме, желала представить Селин Тайдкаллер благородной девушкой. Ничего подобного. Ее действия подчинялись приказу тирана-короля. Возможно, из-за нее погибли несколько моих людей.

И тем не менее она была единственной из всех встреченных мною до сих пор, кто говорил открыто. Если кто и мог дать мне информацию или подсказать, как выбраться отсюда, то только она.

– Призыватель волн, Кровавый певец. А какие еще имена встречаются на этом судне?

– Тебе действительно интересно?

– Да, поэтому и спрашиваю.

Она фыркнула, а затем нахмурилась, как будто вопрос не показался ей забавным. В чертах ее лица проскальзывало какое-то лукавство, словно она готова делиться пикантными подробностями, но под маской недоверия скрывалось нечто игривое.

– С первым помощником ты уже знакома. Тэйта все зовут Ходящим за сердцами. Ларссон, второй помощник, не имеет морского голоса, однако его прозвали Хранителем костей. Взгляни на цепочку вокруг его шеи. Не считай отсутствие магии слабостью. Уверяю, он первоклассный убийца.

В желудке с новой силой забурлила желудочная кислота.

– Что Тэйт умеет делать, используя голос?

– Вот сама у него и спросишь. Он сын лорда Харальда, брата короля Торвальда. Харальд погиб в великой войне. – Она усмехнулась. – Если ты считаешь, что Эрик Бладсингер – единственный, кто мстит твоему народу, то глубоко ошибаешься. А теперь перестань спрашивать и начинай уже одеваться. Ты достаточно чиста.

Похоже, терпение Селин иссякло. Я провела мокрыми руками по голове, убрав торчавшие во все стороны волосы, и оделась в предложенную ею одежду. Верх был тонким и не подчеркивал форму моей груди. Юбка с рюшами слишком плотно облегала талию. Я распустила пару швов и воспользовалась одним из платков Кровавого певца в качестве временного пояса.

Селин, пристально осмотрев меня с ног до головы, сдержанно кивнула.

– Вполне неплохо. Полагаю, мы должны доставить тебя к месту службы.

Глава 14

Певчая птичка

Экипаж с любопытством и нескрываемым презрением наблюдал за происходящим, пока Селин вела меня к люку. Шумные разговоры прервались, и мужчины, курившие деревянные трубки, замерли, демонстративно разглядывая мои движения, одни надменно шипели, другие изучали меня с долей недоверия.

– Многие из них принимали участие в войне, – заметила Селин, держа открытым люк на нижние палубы. – И им приходилось сталкиваться с этим твоим дажем – повелителем земли, и ты на него очень похожа.

Услышанное должно было насторожить меня, но повторный мимолетный взгляд вызвал в моих жилах новый прилив гордости. В их глазах читалась жестокость, но если присмотреться внимательнее, то можно заметить потаенный страх. Морские фейри боялись моего народа, они опасались гнева моего отца.

Впервые воспоминания о боли, вызванной пролитой кровью во время войны, не заставили мое сердце бешено забиться или вскружить голову. Я скривила губы и ощутила мрачное чувство гордости за то, что эти люди на своей шкуре узнали свирепость моего народа.

Но оно быстро развеялось, как только Селин повела меня вниз по лестнице и я снова встретилась лицом к лицу с Королем Вечности.

Эрик прислонился к столбу, сложив руки на крепкой груди, на его покрытой шрамами губе играла злобная ухмылка. Рубцы, которые, как он утверждал, нанесены любимыми мною людьми.

Мой народ, конечно, был весьма жесток, но я молилась о том, чтобы на самом деле в прошлом их бесчеловечность не затрагивала несчастного ребенка. Если все сказанное было правдой, то часть меня не могла возложить вину за случившееся на Бладсингера или его несчастного отца.

– Хорошо спала, любовь моя? – Его глаза прошлись по моей фигуре и остановились на рубашке. В его взгляде плескался жар или ярость.

– Ужасно. Говорят, сегодня начинается мое рабское служение.

Эрик ехидно усмехнулся.

– Судя по тому, как ты говоришь, складывается впечатление, что тебе не терпится, чтобы я накинул цепь на твою прелестную шейку.

– Я никогда не отличалась терпением. – Загнанная в угол, безоружная, окруженная бескрайними морями, единственное, что я, похоже, не могла заставить себя сделать, – это вовремя замолчать. Словно язык жаждал разгневать человека, в руках которого находилась моя проклятая жизнь.

Бладсингер, по всей видимости, не собирался потрошить меня за язвительность, при других обстоятельствах ситуация показалась бы даже забавной.

– У каждого плывущего на Вечном корабле есть свои обязанности, будь то король или член команды. Мы работаем как одно целое, иначе долго не проживем. Есть два свободных варианта, и я подумал, что работа на камбузе у Сьюэлла тебе понравится больше, чем первый.

Кровавый певец прошел через дверь на массивных петлях в узкую комнату для приготовления еды. Возле странного железного ящика, внутри которого лежало несколько кусков раскаленного угля, крутился человек с волевым лицом и отрешенным взглядом. При виде нас он ухмыльнулся, обнажив белые зубы, за исключением одного золотого спереди.

– Маленький угорь. Уже отведал моей трески?

– Не имел такого удовольствия сегодня. – Эрик резко прижал меня к себе. – Сьюэлл, я привел тебе компанию, пока мы не доберемся до дома, и…

– Пробовал мою треску, маленький угорь?

Бладсингер недовольно сморщил нос, продемонстрировав зубы.

– Боги, я же сказал, что нет.

Глаза Сьюэлла тут же обиженно вспыхнули, но он отвернулся, бормоча что-то о неблагодарных угрях и вытирая плиту грязной тряпкой. Меня странный мужчина не удостоил даже взглядом.

Бладсингер слегка подтолкнул мое тело вперед.

– Делай все, что говорит Сьюэлл, милая.

– Я должна остаться