Настя против Князя Зла - Тальяна Орлова

не поеду, и тогда придется воспользоваться твоим гостеприимством, а я пока не готова жить среди монстров.

– Ну это пока, – с улыбкой заметил он. – Ты просто не привыкла к нашим мерзким физиономиям.

– Или мне придется принять предложение Эллеса, – задумчиво продолжила я. – Но его дедушка уже открыто меня ненавидит – даже в качестве студентки. Да и как-то наложницей называться не по мне, особенно если за этими отношениями не возникнет искренних чувств. Потом на свежую голову об этом подумаю. А сейчас меня больше беспокоит другое. Ты ведь уже понял, что артефакт в точности указывал на тебя? И я ни секунды не размышляла, принимая решение тебя прикрыть. Что это значит?

– Что не всегда только мне тебя спасать? Иногда – в качестве исключения – можешь и ты поучаствовать? – с улыбкой предположил Юта.

Мне было не до шуток. Наконец, я смогла ответить сама:

– То, что я считаю тебя своим другом. Что бы я там ни говорила, как бы тебя ни ругала, но у меня не получается воспринимать тебя иначе. А это что значит? Неужели то, что я тоже – зло?

И вдруг Юмин произнес совершенно серьезно, оставив ироничный тон:

– Нет. То, что в тебе столько добра, что его хватает даже на тех, кто его не заслуживает. И ведь ты не только меня спасла – заодно защитила всех от меня. Не знаю, каковы были мои шансы, но здесь точно вместо пары разрушенных домиков остался бы обугленный кратер, а из выживших – только ты. Утешайся этим, раз забота только обо мне тебя смущает. Аделиз ты или нет, мне плевать. Я всегда буду на твоей стороне – не за то, что ты сделала сегодня, а потому что таких, как ты или она, надо оберегать как редкое сокровище. Пока вы есть – в этом мире остается хоть какой-то смысл.

Теперь я обернулась, но князя зла за моей спиной уже не оказалось.

Глава 2

Я гуляла до самой темноты, пока не озябла. Теперь можно возвращаться в общежитие и как следует выспаться – благо у меня хватило ума не лупить еще и в это здание. Но когда шла, заметила одинокий огонек в окне административного корпуса. Декан Эллес все еще на рабочем месте? Вздохнув, я повернула туда.

Добираться пришлось со сложностями – этому строению досталось больше всего. И хоть каркас каким-то чудом устоял, но разрушений было предостаточно. Я аккуратно перелезла через завалы – сюда осыпалась часть потолка, за ними обнаружила уцелевшую лестницу, по которой и поднялась на нужный этаж. Зачем-то постучала в дверь кабинета, будто бы среди всей этой пыли, камней и грязи это все еще казалось уместным. Поскольку мне не ответили, через несколько секунд осторожно приоткрыла.

Декан сидел за столом, но не просматривал документы и не читал. Он сплел пальцы на столешнице и будто бы внимательно их изучал.

– Милорд, вы в порядке? – тихо спросила я.

– Да, просто думаю. – Эллес не вздрогнул и не отвлекся от созерцания своих рук. – Садись, Настя, вдруг ты поможешь мне до чего-то додуматься. – Он не стал ждать, когда я займу стул, и просто продолжил: – Мой дед в силу возраста и ответственной должности бывает резок и груб. Но, в отличие от многих стариков, он обладает живым и разносторонним разумом, всегда готов к чему-то новому, а заодно и может похвастаться прекрасным чутьем. Именно он и стал инициатором первого набора попаданцев в нашу академию. Видела бы ты, до каких истерик и скандалов тут доходили прения… Чаще всего говорили о том, что вы создадите нам море проблем – и нельзя сказать, что те сотрудники были неправы. Но ректор оказался прав десятикратно больше: несмотря на хлопоты, Иса уже нам помогла и заложила прочный фундамент для улучшения нашего будущего. Пропавший определитель концентрации нечистой силы – это наша вина, а не ваша. В любом случае для нас стало настоящим откровением, что артефакторика на подобное способна. Не удивлюсь, если через каких-нибудь сто, а то и пятьдесят лет мы сможем закупать в Исе оружие, способное уничтожить князя зла одним выстрелом.

Он замолчал, поэтому мне пришлось продолжить рассуждения самой:

– Вы клоните к тому, что сотрудничество Гонты и Исы оказалось благом?

– Не совсем… – тише произнес декан. – Скорее к тому, что если Иса все-таки изобретет такое оружие, то разве она направит его только на князей зла? Объединению вымышленного Исагона мешает далеко не нечисть, а несговорчивость Гонты.

Я округлила глаза. В принципе, он совершенно прав! Но Эллес грустно усмехнулся и добавил:

– Повезло, что от таких открытий попаданцы все еще далеки и у вас нет чистокровных драконов – даже привезенный определитель был почти бесполезен без нашего заговора. Хоть десять тысяч уникалов соберите – это все равно не сравнится с нашей магией. Вдвойне повезло, что драконы других стран тоже не хотят иметь с Исой ничего общего. Значит, у Гонты есть время принять необходимые решения. Втройне провезло, что это не относится к списку моих проблем – я не участвую в политических решениях.

Я осторожно поинтересовалась:

– Тогда какие проблемы беспокоят вас, милорд?

– Ты, – ответил он коротко, посмотрел на меня и пояснил: – У моего деда отменная интуиция. И хоть он сегодня немного перегнул, но все же и мое чутье указывает на какие-то неувязки. Настя, ты действительно притягиваешь к себе проблемы как магнит. Только на тебя уже дважды нападали и пытались убить – ладно, спишем на зависть или на то, что ты самая слабая в группе. Именно тебя выбрал князь зла в качестве отвлекающего маневра – тоже ладно, ты универсал и случайно подвернулась ему под руку. На тебе же сконцентрировалось приворотное заклятие – я тогда тоже нашел этому приемлемые объяснения. И ты пришла в Гонту, преодолев опасные зоны, без единой царапины. У разбойников стоят маячки, заговоренные на звуки – одинокую путницу они действительно могли пропустить. Всегда, во всех случаях находится какая-то причина очередной случайности. Но не слишком ли их много? Я уже пришел в уверенность, что если завтра что-то полыхнет на противоположном краю Гонты, то окажется, что ты и там просто рядом проходила. Притом по большому счету ты ни разу серьезно пострадала так, как пострадал бы другой в той же ситуации, словно невидимая сила отгораживает тебя от самой большой беды.

Я так устала, что не было сил улыбаться, отнекиваться и снова врать. Его стройное уравнение имеет лишь единственную неизвестную –