Настя против Князя Зла - Тальяна Орлова

к тому моменту еще не успела полностью оцепить академию, поэтому он нашел прореху и скрылся. Либо он до сих пор здесь. Но мы ведь не можем держать солдат бесконечно, поэтому он уйдет тогда, когда это станет безопасно.

Черт… Ну просто десять из десяти! Шерлок Холмс с драконьей кровью!

Юта же и бровью не повел:

– Именно так. Но зачем князю зла подельница – да еще и такая слабачка? Гораздо проще было насильно влить в нее немного своей силы и швырнуть на передовую. Вы знаете про такое запрещенное заклинание? Универсал-первокурсник для этих целей подходит лучше всего – Настю никто не учил орудовать такой мощью, вот ее и понесло во все стороны.

Преподаватели недоуменно переглядывались, не понимая, о чем он говорит. Однако ректор кивнул:

– Да, про это свойство черной магии я слышал. Но для того князю пришлось бы прикоснуться к этой бесовке.

Я сразу сообразила, что говорить, и затараторила:

– Когда позвали в ваш кабинет, я туда и пошла, ведь работала на фабрике артефактов аж три месяца! Но кто-то налетел сзади и ударил меня по голове. Очнулась в лаборатории, а когда попыталась встать – все это и началось!

– Почему ты сразу об этом не сказала? – удивился декан Эллес.

– Так сильно ударили, что из головы вылетело! До сих пор с трудом соображаю, – отговорилась я.

Ректор недоверчиво хмыкнул, но все же картинка в его голове сложилась – и он вынужденно ее принял. И пока от господина Танта не отстал:

– Если князь зла был здесь, то который из них? Ближе всех владения Юмина Тахариона.

– С этой гниды станется, он способен на любую подлость, – скривился Юмин Тахарион. – Правда, по данным разведки, он уже второй год не выходит из очередной спячки, однако исключать его мерзкую натуру нельзя. И все же будем объективны – вероятность ровно двадцать пять процентов.

– Вы ничуть не помогли, – заметил ректор.

Ну почему же? Мне – очень даже. Только что фактически выручил меня из беды!

Или нет, раз ректор вновь посмотрел на меня грозным взглядом и заявил:

– Студентка может остаться на учебе, но взыскать с нее штраф – три тысячи золотых. По самым скромным прикидкам, на ремонт понадобится не меньше десяти тысяч.

Мой замечательный декан возмутился:

– Милорд, но откуда у попаданки без роду и племени такие деньги? Да и за что?

– С вас, декан Эллес, такой же штраф. – Тот перевел взгляд на внука. – За упущение в образовательном процессе. Надеюсь, не каждого вашего ученика может кто угодно ударить по голове? Чему вы их вообще месяцами учили, что они сами себя защитить не способны?

Вот его логика и дала сбой. Даже Юта хмыкнул. Если, по мнению ректора, князь зла – это «кто угодно», тогда конечно… Я от полученной новости просто застыла и перестала моргать. А он еще не закончил:

– Пусть управление Исы платит за ущерб, нанесенный ее гражданами Гонте. Разве это несправедливо? Или пусть забирает отсюда – эту Настю или всех скопом. Кажется, они все равно уже привезли нам самую полезную разработку, которую мы упустили, и в ближайшие годы им нечего будет предложить столь же ценного.

Милорд Эллес посчитал необходимым заявить:

– Я сделал Насте предложение стать моей наложницей. Если она согласится, то я буду обязан платить по всем ее счетам, и ей не придется писать в свое управление.

– Спятил? – ректор даже не выкрикнул, а устало выдавил это слово. – Тебе всерьез нужна эта разрушительница городов? И где это видано – брать кого-то в наложницы в могущественный драконий дом даже без отбора? Ты совсем свою репутацию не ценишь?

Декан помешкал и нехотя напомнил:

– Этот вопрос возник после… того случая с проклятием.

– А, да, вспомнил, – признал ректор. – Еще и это. Если девчонка – не княгиня зла, то просто источник жутких неприятностей. И большой вопрос, что из этого хуже! Семейные дела обсудим позже, а пока к работе. Придется завтра распустить учащихся на неделю, еще и восстановительные мероприятия нужно рассчитать. Приказываю развесить повсюду портреты князей зла – сейчас не удивлюсь, что далеко не все студенты помнят их лица. Если он или она все еще здесь, то может попасться кому-то на глаза. Заодно распорядитесь в своих группах, чтобы ни в коем случае не пытались его задержать, пусть просто тихо сообщат любому учителю…

Продолжая обсуждать текучку, они всей толпой покинули комнату. И я через пару минут вышла, поскольку запирать меня больше не стали. В принципе, отделалась, хотя и не без последствий.

Мне придется начать с каких-то объяснений перед одногруппниками и отчетом в Ису – в сущности, это одно и то же. Но мне очень не хотелось этим заниматься, поэтому я гуляла по саду, стараясь избегать людных мест. Или это меня все студенты сторонились? Пока от руководства не поступят исчерпывающие объяснения, лучше к этой «хаотичной пушке» не приближаться…

Нагулявшись, я остановилась у плаката. Его только что повесил сотрудник академии. Все то же изображение, которое нам показывал декан, – в правом нижнем углу изображен Юмин Тахарион.

– Красавчик, – прозвучало сзади, а ведь я даже шагов не услышала.

– Согласна, хорошо получился, – вяло отозвалась я, не думая оборачиваться. – Я все думаю, ты что, специально позировал для них?

– Не позировал, но и не скрывался – особенно во времена бурной молодости. Да и что плохого в том, что у их головной боли есть не только имя, но и лицо? А то ж придумают что-нибудь, далекое от реальности. Лашми-паук, к примеру, вообще не такой.

Я перевела взгляд на изображение указанного лохматого бугая с широким носом.

– А какой?

– Гораздо больше похож на паука, чем этот симпатяга, – отшутился Юта. – Ох уж этот художественный вымысел.

– Слушай, а тебя на черную магию почему не проверили? Я бы на месте администрации ввела этот пункт в обязательную программу при приеме на работу. А то понабирают… всяких.

– Проверили, – удивил Юмин. – Оказалось, ректор не глупее тебя, представляешь? Но глупее меня. Тетенька, я в три раза его старше, у меня на каждый их крючок разработан уже десяток контрмер. И ведь на самом деле тебя волнует вовсе не это, а твое собственное положение. Какой вариант ты в итоге выберешь? Стоит говорить вслух, что я тебе сегодня же дам деньги на любой штраф?

– И не сомневалась, что ты предложишь, – произнесла я. – Но я не смогу объяснить, откуда у меня взялись такие средства. Управление Исы не станет за меня платить, просто заберут отсюда. Разумеется, я туда