Кафе госпожи Аннари - Юлия Шахрай

взяться за изготовление ценников. Рисую, как бы я хотела, чтобы они выглядели, обговариваю, что сами цифры озвучу позже, и мы расстаёмся довольные друг другом.

Следующее место нашего назначения — дом художника, у которого мастер Биззаброз посоветовал заказать меню.

По пути мне приходит в голову, что можно сделать меню не просто с перечнем блюд, но и с рисунком каждого блюда. Делюсь замыслом с Варисой, и она одобрительно кивает:

— Отличная идея!

— Как думаете, а есть ли смысл заказывать рекламные листки с блюдами и ценами и договариваться с гостиницами и харчевнями, чтобы они показывали их посетителям?

— Я о подобном раньше не слышала, но это должно сработать. А ещё можно договориться с владельцами лавок, где продают дорогие товары и не продают собственную выпечку. Если пообещаем пару медяков в неделю за то, чтобы наша реклама висела на видном месте, они согласятся. Только лучше нанять мага, чтобы он заколдовал такие листки на прочность и от грязи.

— Это дорого?

— Не думаю. Я сама подобными услугами не пользовалась, но, вероятнее всего, будет не больше десяти медяшек за лист. В любом случае это выйдет дешевле, чем заказывать новые рисунки.

— Тогда так и поступим.

Нужным нам художником оказывается худой высокий мужчина с копной кучерявых волос. Одет он чуть ярче обычного горожанина, носки у него разных цветов: правый зелёный, а левый серый. Его мастерская выглядит так, как и представляется рабочее место творческого человека: мольберты в углу; шкаф с приоткрытой створкой; стол, заваленный книгами, красками, мелками, бумагами и грязными чашками. На стуле тарелка с засохшим недоеденным бутербродом и хлебные крошки.

Даймэр (именно так представляется художник) сперва пропускает нас внутрь, а уже потом спохватывается, убирает тарелку с бутербродом и расчищает часть стола. При этом он огорчённо вздыхает:

— Простите за беспорядок! Прошлая служанка уволилась, а новую я пока не нашёл.

— Ничего страшного, — улыбается Вариса. — Как мы и сказали, у нас к вам дело.

Объясняю ему задачу, а потом уточняю:

— Как быстро вы можете выполнить наш заказ?

— А когда вы сможете показать мне блюда? Мне же нужно их увидеть, чтобы нарисовать.

— Постараемся завтра утром приготовить первую партию.

— Хорошо. Давайте для начала я нарисую меню. Вам придётся заплатить пять медяшек за первый вариант и по шесть за каждую копию.

Выглядит он в этот момент так, словно просит слишком много, поэтому улыбаюсь:

— Давайте за первый вариант пять медяшек, а за каждую копию по три.

— Договорились, — по его довольному виду понятно, что он бы согласился и на меньшее.

— Тогда будем ждать вас завтра.

— Возвращаемся домой? — спрашивает Вариса, после того как прощаемся с художником и выходим на улицу.

Киваю:

— Уже время обеда. Мы и так очень задержались.

Садимся в экипаж, диктуем адрес, и как только трогаемся с места, Вариса интересуется:

— Когда обсудим цены на десерты?

— Честно говоря, совершенно не представляю, какими они должны быть.

— Я тоже. Подобных десертов в нашем городке нет, так что мы не можем подсмотреть у конкурентов. Управляющий наверняка подсказал бы… — А если оттолкнёмся от стоимости ингредиентов?

— Это ничего не даст. Нам нужно выйти на получение прибыли, значит, продажа десертов должна как минимум покрывать расходы. А это не только ингредиенты, но и зарплата для персонала. И, возможно, какие-то неочевидные траты, которые всплывут лишь в процессе. А ещё мы не можем выставить десерты по слишком низкой цене, если планируем сделать наше заведение престижным.

— Чтобы планировать доход, нужно знать, как много десертов мы сможем продать. А я не знаю.

— Пожалуй, я всё-таки напишу своему другу с просьбой порекомендовать толкового управляющего. Всё, на что мы без него способны, это ткнуть пальцем в небо и надеяться, что угадали.

— Согласна.

Во время обеда хмурюсь:

— Надо бы проверить мастера, у которого я заказала мебель. И договориться о доставке.

— Я составлю вам компанию, — кивает Рансон.

— А я сообщу поварам, что завтра им нужно будет приготовить несколько десертов для художника, и продолжу работать с подавальщицами, — улыбается Вариса.

— Договорились, — соглашаюсь я.

Пока вместе с Рансоном добираемся до мебельщика, осторожно спрашиваю:

— Вы точно не возражаете поработать в кафе? Если честно, мне немного неловко из-за того, что вы так долго мне помогаете, а я даже не догадалась о том, что нужно платить вам зарплату. Кажется, я злоупотребила вашей добротой.

Рансон улыбается:

— Для многих жильё и хорошая еда — уже роскошь. А интересное занятие — и вовсе из разряда чего-то нереального. Мне выпала возможность не только вернуть долг жизни, но и помочь вам в реализации ваших смелых проектов. Это больше, чем я смел надеяться.

— Долг жизни вы вернули, когда так своевременно меня спасли. Вы больше ничего не должны нашей семье.

— Откровенно говоря, я всю жизнь плыл по течению. Воинское дело выбрал только потому, что у меня были к этому способности, и я просто не знал, чем ещё могу заниматься. И после ранения совсем не знал, что же делать дальше, чувствовал себя опустошённым. Благодаря вам я снова ощущаю себя живым. И буду рад помочь в новом деле.

— Спасибо!

— Это вам спасибо.

Мебельщик радует тем, что наш заказ выполнен. Обещает доставить всё завтра с утра, а потом заводит нас в свою мастерскую. Шкафы и кровати выглядят добротно и аккуратно, так что остаюсь довольна. Выхожу с осознанием, что совсем скоро смогу переселиться в свой новый дом. Чувствую радость, предвкушение и на самом донышке страх. Совсем скоро мой план осуществится. Переживаю, что что-то может пойти не так.

Остаток дня провожу с Татиной. Играем с ней в куклы, делимся нашими мыслями, гладим Чернышку и читаем. Делюсь с дочкой тем, что после переезда подыщу ей учителей, и пытаюсь воодушевить предстоящим обучением. На это она фыркает:

— Мама! Не волнуйся ты так. Я буду стараться. Я же у тебя умненькая.

Улыбаюсь и прижимаю её к себе:

— А я у тебя, похоже, не очень, раз недооценила тебя.

— Ты просто слишком много беспокоишься. Не переживай. Всё будет хорошо.

— Говоришь, словно взрослая. Это я должна тебя успокаивать и подбадривать.

— Глупости! Мы же семья. Нужно подбадривать и успокаивать того, кто в этом нуждается. У меня есть Чернышка, Мира, Рансон и Лита. А у тебя сплошные заботы.

— Думаю, как только кафе откроется, забот станет меньше, и я смогу уделять тебе больше времени.

— Даже если ты со мной не рядом, я всё равно знаю, что ты меня любишь. Для этого не обязательно всё время быть вместе.

— Спасибо, милая.

Рада, что моя