Шеррилин Кеньон - Инферно

Эйми Пелтьер была дочерью медвежьей семьи, и у нее было сногсшибательное тело, за которое Коди заплатила бы хирургу. И конечно же одиннадцать братьев Эйми и огромный отец немного чересчур усердствовали, защищая ее. Коди зажмурилась, ведь это напомнило ей ее семью. Ее братья сводили с ума своими постоянными вмешательствами и сумасшедшим желанием защищать. Тогда она выстраивались в очередь, чтобы проверить каждого парня, к которому она испытывала интерес. Затем они пугали его ужасными картинами того, что станет с ее парнем, если он заставит ее хотя бы нахмуриться.

И они еще были ангелами по сравнению с ее отцом, который не выносил ни одного мужчину кроме него, его братьев и его братьев рядом с ней.

Боги, как она скучала по ним всем. Что бы она отдала, только чтобы они свели ее с ума еще раз…

Пытаясь не думать об этом, она прошла к бару в конце зала. Дверь в кухню была за ним.

Открывая дверь на кухню, она кивнула Шерифу, который вытирал стаканы и ставил их на место. В это время суток народу было не много. Чирайз стояла рядом с одним из металлических столов, мешая тесто на домашнее печенье.

Коди не увидела Реми и была благодарна за это. Единственным человеком на кухне с Чирайз был другой повар Хосе, занятый нарезкой овощей.

Хосе улыбнулся ей.

- Привет, Коди.

- Привет, Хосе.

Чирайз остановилась, заметив ее. Ее лицо стало нейтральным, закрыв все эмоции и мысли.

- Что ты тут делаешь? – таким тоном можно содовые охлаждать.

Коди полезла в карман и достала коробочку с цепочкой, подаренной Ником. Сократив расстояние между ними, она поставила ее на чистое место на металлическом столе рядом с Чирайз. – Я хотела вернуть это Нику. Надеюсь он сможет вернуть ее в магазин.

Чирайз нахмурилась.

- Очень благородно с твоей стороны, Коди. Не так уж много девочек стали бы беспокоиться, учитывая то, сколько оно стоит.

Коди нехотя отпустила коробочку. Не из-за того, что цепочка была ценной, об этом она меньше всего думала, а из-за того, что она означала потерю доверия Ника. А это она ненавидела каждой частичкой себя.

- Мои родители правильно растили меня. Я не использую людей и не забираю у них ничего.

Она увидела сочувственную боль в глазах Чирайз… И уважение.

- Мне жаль, что у вас ничего не вышло.

- Мне тоже. Но получилось, как получилось, - она развернулась, чтобы уйти.

- Коди?

Приподняв бровь, она посмотрела на Чирайз.

- Ник может легко вспылить… как и я. Это горячая кровь каджунов, что течет в наших венах. Дай ему пару дней и…

- Он не поменяет свое мнение, Миссис Готье. Мы оба знаем, что он слишком упрям для этого. Раз уж он что-то решил…

- И это тоже правда. Надеюсь, он не унаследуют еще какие-нибудь мои нежелательные черты.

Коди улыбнулась.

- Там уже есть упрямство, но в этом нет ничего плохого.

- Упрямство, - сказала его мама тоскливо. – Мне это нравится.

И она продолжила раскатывать тесто для печенья.

- Береги себя, милая. Если что-то понадобится, я тут. Не важно с Ником ты или нет.

Эти слова глубоко тронули ее. И проснулась боль по ее собственной матери.

У Чирайз Готье было самое большое сердце, которое встречала Коди. Ее легко было любить.

- Да, мадам. Спасибо, - когда Коди дошла до вращающейся двери, ведущей в зал для клиентов, она оглянулась на Чирайз.

На одной ее щеке была мука, а ее светлые волосы были затянуты в хвост. Но даже в таком виде она была невероятно красива. В своей голове Коди увидела другую жизнь Чирайз. Она отдала Ника на усыновление, как хотели ее родители, поступила в Тулейнский Университет и уже была замужем за адвокатом, живя богатой жизнью. Вместо единственного сына у нее было три дочери, похожие на нее. Эта Чирайз никогда не знала бедности и нужды, с которой она встретилась в детстве и отсутствием дома. Но для Чирайз Ник стоил больше этого. Это было видно по ее глазам, когда она смотрела на сына. Она очень любила его и ни о чем не жалела.

«И если я убью его, это уничтожит ее».

Чирайз не сможет жить без ее сына. Поле того, что она выстрадала, чтобы оставить его и вырастить.

Коди посмотрела на потолок и увела свои мысли из этой реальности в реальность Сраоша, чтобы Руководитель услышал ее слова.

«Мы никогда не причиняем вред невинным. Мои приказы противоречат друг другу».

Ответ Сраоша был коротким и ясным.

«Его жизнь или твоя. Все просто».

Просто? Я вас умоляю. Это было самым сложным, с чем ей приходилось сталкиваться.

Но не было нужды откладывать неизбежное. Не важно что, Адариан должен был умереть. Он был слишком опасен с силами, которые накопил. Ни один Малачай еще не достигал такой силы.

И когда его не станет, ей придеться разбираться с его сыном. Ник не может стать монстром, как его отец. Она не может этого позволить. Нет, если хочет спасти свою семью.

Так или иначе, Ника придется остановить. И она единственная, кто способен это сделать.

Глава 8

Сидя на скамейке в раздевалке, Ник завязывал свои ботинки и стонал от мучительной агонии. Сбив его подлым броском, Мейсон наступил изо всех сил прямо на его ребра, в отместку за то, что из-за наказания Стуон не вышел на поле и не участвовал в игре. И с каждой минутой болело все сильнее. Если боль будет распространяться с такой скоростью, то через час он станет недееспособен.

А может через десять минут.

- Жить будешь? – спросил Калеб, остановившись около Ника.

Ник посмотрел на раздутый черный рюкзак на полу у ног Калеба, который он совсем не хотел поднимать.

- Наверное нет.

Калеб фыркнул.

- Ну, если соберешься умереть, дай знать, чтобы я мог спасти тебя или спрятаться, чтобы спасти свою шкуру.

Ох, это был бальзам на его сердце.

- Ага… Тебя понял, - телефон Ника снова зазвонил. Вздохнув, он посмотрел, кто это был… Будто он еще сомневался.

- Кейси? – спросил Калеб.

Он хмыкнул.

- Кто же еще?

Калеб накинул полотенце на плечо и закрыл свой шкафчик.

- Черт, Ник, она похоже на сумасшедшую фанатку, преследующую звезду.

- Ага, но как я уже сказал, мне нужна нормальная девушка, без особых проблем.

- Будь осторожен со своими желаниями. Они могут сбыться.

По спине пробежал холодок. Он резко повернул голову, чтобы встретиться взглядом с Калебом.

- Что ты сказал?

- Будь осторожен…

- Да нет, я тебя расслышал. Просто это… странно. Я слышал подобное намного раньше.

Калеб закинул полотенце в корзину для белья.

- Ну, знаешь, как говорят… Echriana verti yana.

Ник нахмурился, осторожно потирая поврежденную сторону.

- Ну точно. Постоянно слышу… На каких ты наркотиках, приятель?