Графиня замка Ривердон - Надежда Игоревна Соколова

проверка. Ее проходят все, кто может быть хоть как-то причастен к императорскому роду. От нее зависит только ваш статус, и ничего более, уверяю вас.

Угу, я поверила. Конечно, я ж такая доверчивая, что верю всем и всегда!

— Хорошо, ваше величество, — мой голос почти не дрожал, когда я произносила эти слова. — Пусть будет проверка.

Император удовлетворенно кивнул и хлопнул в ладоши.

Глава 36

Едва раздался хлопок, как в воздухе появились и стали утолщаться разноцветные нити. Они протянули свои концы, словно щупальца, к нам с императором, обхватили наши запястья и стали менять цвет. Несколько мгновений, и из разноцветных нити стали ярко-зелеными.

— Определить степень родства, — последовал приказ.

— Шестиюродная сестра, — сообщил механический голос прямо из пустоты.

Нити исчезли.

Я покоилась на невозмутимого Чарльза, замершего статуей в своем кресле. А потом перевела вопросительный взгляд на императора.

И? Мы родственники, пусть и дальние. Дальше-то что?

— То есть я оказался прав, — задумчиво произнес его величество. — Мы с вами, найра Виктория, и правда состоим в родстве, пусть и не очень близком.

— Почему это понадобилось скрывать? — спросила я. — Ведь официально детей признал муж Арсаны.

— Возможно, потому что тогда ее потомкам пришлось бы появляться при дворе. Магия — вещь тонкая, найра Виктория. Она может ощутить близкое родство и «засбоить», если так можно выразиться. Если поставить рядом моего предка и вашего, двух детей от одного отца, но от разных матерей, то магия может повести себя непредсказуемо. Да, трон займет мой предок. Но в остальном родовая магия способна выполнять приказы и вашего предка, найра Виктория. Можете себе представить, какой разразился бы скандал?

Да что тут представлять? И так ясно. Разводы здесь возможны, хоть и не приветствуются. Неверность, особенно у женщин, не прощают. Скорее всего, муж выставил бы Арсану на улицу в каком-нибудь тряпье, еще и опозорил бы в свете. Понятно, что блистательную красавицу такое положение дел не устраивало.

— Получается, что Ривердон не просто так был оборудован, как перевалочный пункт? — спросила я. — Арсана заранее готовилась к высылке детей? И так легко с ними рассталась?

— Не знаю, легко ли, — ответил император. — Но в основном вы правы. Ривердон — именно перевалочный пункт. Именно там каждый из потомков Арсаны должен был набрать себе вещей и денег, чтобы без проблем обосноваться в другом мире.

— И где они? Ну, остальные потомки? Почему в Ривердоне оказалась только я?

— Видимо, потому что только вы и выжили в другом мире, найра Виктория. Имею в виду, выжили ваши предки.

Логично. Хоть и очень горько. Горько осознавать, что большой род, считай, прервался.

Разгадав загадку с моим происхождением, император довольно быстро свернул разговор. Аудиенция была завершена. Правда, только сейчас. В дальнейшем мне еще надо было не раз встретиться его величеством наедине. Ну и обсудить наше родство и тот мир, в котором я раньше жила. Ничего против нашего с Чарльзом брака его величество не имел. Собственно, наоборот, он был только за. Он благоволил к Чарльзу и с удовольствием породнился бы с ним и его родом, пусть и с помощью такого дальнего родства.

Меня же предупредили о необходимости появляться при дворе, пусть и по большим праздникам.

Я покивала, не видя причин спорить. Теперь, когда я узнала, что мне предстоит возрождать род и восстанавливать пришедшее в упадок имущество Арсаны, благоволение ко мне императора было бы кстати.

Чарльз все время аудиенции просидел с невозмутимым выражением лица. С таким же выражением он открыл портал в холле, едва мы вышли от его величества.

— Найр Чарльз вы прогуляться не хотите? — рискнула я.

Портал закрылся. На лице Чарльза проступило недоумение.

— С удовольствием, найра Виктория, — ответил он.

И щелкнул пальцами.

— Магия защитит нас обоих от холода, — сообщил она.

Мы вышли из дворца. На улице было пасмурно, вот-вот должен был начаться дождь.

— Если надо, я вызову свою карету, — вопросительно произнес Чарльз. — Куда вы хотите отправиться, найра Виктория?

— Купить вещи, которые понадобятся мне в моем замке в ближайшее время. И которые нельзя достаться в провинции, даже на ярмарке, — ответила я. — Например, готовую мебель.

Недоумение на лице Чарльза усилилось.

— Зачем вам мебель? Для чего?

— Не мне. Моим новым слугам. Им негде спать. Не на чем.

Чарльз был не глуп. Он сложил два и два и снова уточнил.

— Мебель нужна для калечных детей из деревни? Но, найра Виктория, уже одно то, что вы взяли их на зиму в замок, возводит вас в их глазах на пьедестал. Для чего им еще и мебель?

— Найр Чарльз…

— Мебель не продают готовой, найра Виктория. Даже в столице. Только изготавливают на заказ.

Ах, вот оно что. Ладно, найду плотников. Раз уж тут проблема с изготовлением десятка кроватей.

Чарльз, видимо, прочел мои намерения у меня на лице, потому что покачал головой.

— Я пришлю вам плотников, найра Виктория. Если вам так уж надо изготовить эту мебель. Что еще вы хотели бы приобрести?

Я достала из кармана платья список и предъявила его Чарльзу.

— Что это?.. Это ваш почерк?

— Моей экономки. Что? Да, в замок нужны постельное белье, посуда, сервизы, швейные принадлежности. Да мало ли!

— Завтра, — с видом мученика произнес Чарльз. — Мы купим все это завтра. В лавках. Завтра же к вам придут плотники. Клянусь.

И снова — открытый портал.

Ладно, как скажете.

Я шагнула в портал и через мгновение оказалась дома.

Одна.

Со списком в руках.

Глава 37

Плотники прибыли на следующее утро. Четверо. Вместе с Чарльзом. Он не прислал, а буквально привел их. Сдал на руки моей экономке и спросил у меня коварным тоном:

— Вы ведь накормите меня завтраком, найра Виктория?

— А куда я денусь? — развела я руками.

Чарльз довольно сверкнул глазами.

Так как и сама я еще не успела позавтракать, то мы уселись за стол вдвоем.

Проглотили и омлет, и сырную нарезку, и пышки с медом. Запили все это ароматным черным чаем. Чарльз сыто улыбнулся.

— Теперь, если хотите, мы можем отправляться за покупками. Кстати, древесину для изготовления мебели я тоже перенес сюда. Думаю, плотники уже с ней работают.