Кира. Пешка или королева - Марина Богданович

Глава 22

Кира (Пн, утро)

На следующий день после приема для элиты, мне нужно было присутствовать вместе с Гото на небольшой пресс-конференции. Жителям Империи необходимо было дать немного подробностей о жене Супрема Колмара, пока они не придумали их сами, потому было организованно небольшое мероприятие, на которое пригласили представителей различных СМИ Империи.

Нас с Гото усадили за стол на невысокой трибуне перед допущенными на встречу журналистами, сидящими на стульях напротив нас, и ровно в 10:00 утра создатели медиа контента приступили к допросу с пристрастием.

После сигнала от Гото, выбранный им журналист вставал с места и задавал свой вопрос.

— Здравствуйте, Томас Рид, «Имперские вести», уважаемый Супрем Гото, впервые за всю историю существования Хаора человек вашего статуса прошел слияние с женщиной, скажите, почему вы приняли такое решение?

— На мою идеальную пару было совершено покушение с применением энерготоксина, эта новость освещалась в СМИ всю последнюю неделю, и я просто не смог позволить Кире умереть, — Гото подарил мне теплый взгляд и улыбку, сжав мою руку, лежащую на столе у всех на виду.

— То есть, если бы не тот инцидент, вы бы не решились на слияние? — продолжил тему другой журналист, после знака от мужа.

— Вероятнее всего, и, признаюсь, в таком случае я бы многое потерял, — Такеши убедительно продолжал играть роль "влюбленного супруга".

— А как же мнение, что слияние делает Супрема уязвимым? Вас это не беспокоит?

— Во-первых, слияние частичное, во-вторых, рискните меня уязвить, — ответил Гото ледяным тоном так, что журналист, глубоко поклонившись, быстро сел на место.

— Планируете ли вы поделиться секретом нейтрализации энерготоксина?

— Это моя личная техника, делиться которой я не намерен, — безапелляционно ответил Гото.

— А как вы заранее узнали, что лирея Кира ваша идеальная пара?

— Я и не знал. Мой теперь уже побратим и бывший ученик, лорд Широ Абэ, обратился ко мне с просьбой помочь его идеальной паре, я согласился взглянуть на девушку, так как был должен ему небольшую услугу, и была вероятность, что я смогу ей помочь без слияния. Но, узнав в ней свою пару и не имея другой возможности ее спасти, я пошел на известный вам шаг, — Гото врал и не краснел, поддерживая придуманную им самим легенду.

— Позвольте вопрос для лиреи Гото. Как вы себя ощущаете в новой роли?

Такие вопросы мы рассматривали с Каином, когда он готовил меня к этому дню, а потому я ответила заготовленной фразой.

— Я еще не в полной мере осознала свое положение, но считаю, что мне невероятно повезло стать женой Такеши, — его первое имя я использовала намеренно: так меня учил Каин, чтобы показать, что Гото ко мне сильно расположен и даже в публичном пространстве я могу называть его по имени.

— Скажите, как продвигается расследование покушения на лирею Гото? — спросил очередной журналист.

— Расследование еще ведется, — ровно ответил муж.

— Еще один вопрос: когда виновники будут найдены, планируете ли вы сами вершить правосудие по праву супруга пострадавшей или отдадите это на откуп Имперскому суду?

— Все виновные примут смерть от моей руки, — отрезал Гото, — без вариантов.

Мне стало не по себе. В зале на несколько мгновений воцарилась тишина, а журналисты, кажется, получили неплохой материал для статьи. А вот Супрем был невозмутим, наверное, для него такие заявления — сущая обыденность.

В общей сложности пресс-конференция длилась около часа, и после с чувством выполненного долга я, наконец, могла отправиться домой.

В сопровождении Килла и Мары я уехала в резиденцию, а Гото на другой машине отправился по своим делам, предварительно лично усадив меня в мой автомобиль на виду у репортеров.

Кира (вечер после пресс-конференции)

Когда подали ужин, Широ был все еще на работе, он написал, чтобы его не ждали, так как ему нужно задержаться дольше обычного.

Мы с Зейном уже сидели за столом, когда в дверь постучали, и после приглашения в комнату зашел Гото.

— Приятного аппетита, — сказал он, — я бы хотел составить вам компанию сегодня за ужином. Не возражаете?

Зейн молча кивнул. А Иветта, которая тоже вошла вместе с Супремом, быстренько вышла, видимо, пошла за столовыми приборами для хозяина.

Мы не приступали к еде, так как это было бы сейчас невежливо.

— Тот отчет о расследовании покушения на Киру, что ты прислал, никуда не годится. Неужели бывший заместитель начальника центрального управления ИСБ не может найти ни одной зацепки, чтобы наказать обидчика собственной жены? — тон Гото был откровенно саркастичным.

— Как видишь, — спокойно ответил Зейн.

Гото больше не проронил ни слова. Атмосферу за столом нельзя было назвать приятной. Я вздохнула с облегчением, когда Иветта, наконец, явилась с приборами для Супрема, и мы смогли приступить к еде.

Поужинав первым, Гото подошел ко мне, все еще сидящей за столом, и поцеловал в щеку.

— До встречи завтра вечером в моей спальне, дорогая, — сказал он тихим голосом, и у меня по спине побежали мурашки. — Зейн, — короткий кивок Зейну, и Супрем оставил нас одних.

— Кира, — обратился ко мне Зейн, когда поужинав, мы вышли на прогулку в сад, — мне нужно кое-что тебе сказать. Звучал он как будто виновато, и я насторожилась в ожидании неприятных новостей.

— Что случилось, мой хороший? — Сказала я, останавливаясь и тепло глядя на него. Наша связь потихоньку крепла, и с каждым днем усиливала мою безграничную любовь к нему, хотя казалось, что еще больше любить его просто невозможно.

— Я знаю, кто был заказчиком покушения на тебя, и кто достал и отправил нейротоксин через курьерскую службу.

— Ты не хочешь, чтобы Гото с ними расправился? — сразу уловила я его мотив.

Зейн кивнул.

— Прости меня, ты знаешь, что ты мое все, и они заслуживают самого жесткого наказания, но если их имена станут известны Гото, вместе с ними, пострадают люди, косвенно причастные, но не желавшие тебе зла. Чтобы этого избежать, дело пришлось «завести в тупик».

— А Широ знает?

— Да, он сразу все понял, но я убедил его хранить это в тайне.

— Ты правильно поступил, — сказала я, обнимая его, — не хочу, чтобы из-за меня пострадали невиновные люди.

Я именно так и думал, но мне так жаль, родная, что не смог предотвратить тот случай, а сейчас не могу воздать виновным по заслугам. Прости меня, — Зейн крепче прижал меня к себе.

— В том, что со мной случилось нет твоей вины, — я действительно верила в то, что говорила. — Скажешь мне, кто это сделал? Если можно?

У меня были свои предположения на этот счет, но