Искра твоей души - Иванна Осипова

и прочла в его горящем янтарём взгляде тёмную ненависть, которую он поспешил скрыть.

— Такой тёплый, как зачарованный. — Я улыбалась, позабыв обо всех печалях.

Лазарь иронично приподнял бровь. Вторая часть лица, оплывшая от ожога, оставалась неподвижной.

— Вы знаете моё отношение к магии.

— Магия калечит, — кивнула я. — Моя магия исцеляет, но сегодня я навредила человеку.

— Он угрожал вам и поплатился за это, — произнёс Лазарь так твёрдо, словно знал, что произошло в парке.

16

Я рассказала Лазарю о мерзком поведении Эдама: с незаметной лёгкостью поделилась с горбуном переживаниями, точно он был моим давним другом. Мне хватило осмотрительности, чтобы не проболтаться о кольце Тиана и появлении несвойственной хранительницам магии.

Лазарь, слушая меня, как всегда, кривил рот и мрачнел, волна чёрных прядей закрывала обожжённую часть лица. О чём он думал в эту минуту?

— Скажите мне, если Эдам снова станет досаждать вам, — внешне холодно попросил секретарь. — И не вините себя. Негодяй заслужил наказание.

Он мягко коснулся моей руки, лежащей на перекрестье решётки, а я ничуть не возмутилась такой вольности. Мне не терпелось поделиться с Лазарем своими размышлениями. Недавно обретённый дар подсказывал, что этому человеку можно довериться. Может быть, оттого что я нередко замечала тёплый медовый свет в глубине чёрной радужки здорового глаза Лазаря. Этим он напоминал мне о маге, убитом в Каменном Клыке. Только бы искра не обманула меня!

— Даже Кларисса его презирает, хотя Эдам многое знает о делах герцогини и выполняет разные сомнительные поручения.

Я задумчиво откусила от мягкого хлебца, показавшегося необычайно вкусным. Забота Лазаря отозвалась теплом во всём теле, словно плед и еда правда были зачарованы. Будь на месте секретаря Тиан, он бы точно использовал магию артефактора, чтобы поддержать меня.

— Все мы исполняем поручения герцогини, — горько усмехнулся Лазарь.

— Возможно, он убивал ради неё.

— Почему вы так решили⁈ — горбун оживился и с необычайным волнением подался вперёд. — Он упоминал о таких заданиях⁈ Называл имена жертв⁈ Говорите обо всём!

Я растерялась, потому что не припоминала, чтобы Эдам откровенничал насчёт убийств. Прислушавшись к искре в себе, я ответила:

— Мой дар подсказывает. Не уверена, что это правда, но я так чувствую. Эдаму приходилось убивать.

— Не удивительно. — Лазарь разочарованно опустил голову. — Человек без чести и принципов.

— Не лучше и не хуже хозяйки, — не подумав сказала я и с тревогой всмотрелась в еле различимое в темноте лицо с резкими некрасивыми чертами.

Когда-то Лазарь говорил, что всей душой предан Клариссе и дому Уикфил.

— Вы опасаетесь: Лазарь — обманщик и донесёт герцогине?

— Не знаю. — Я была честна с ним. — Вы клялись хозяйке в верности. Тогда, у меня в комнате…

— Вы правы, — Лазарь будто бы виновато кивнул. — Слова были произнесены. Однажды и вы сказали, что довольны своей судьбой. Но разве это правда? У нас больше общего, чем вы думаете.

Мне почудилось волнение в его взгляде.

— Почему-то я доверяю вам. Терять мне нечего. Дома никто не ждёт Доротею Идрис. Я опозорила род.

— Глупости! — горячо воскликнул Лазарь.

Он всё меньше походил на недовольного и бесчувственного бумагомарателя. Захваченный неожиданными эмоциями, секретарь оттянул пальцем ворот и покрутил короткой шеей. Как же быстро я перестала замечать недостатки внешности Лазаря!

— Тея… — прохрипел он. — Твой поступок достоин уважения.

Лазар был заметно взбудоражен, забылся, обращаясь ко мне. Знакомые интонации, когда он произносил моё имя, заставили задрожать колени. О боги! Почему рядом с ним я всё время думаю о Тиане!

— Не каждый способен пожертвовать собой ради семьи, — с жаром продолжил Лазарь. — Редкая девушка твоего круга согласится пройти через Каменный Клык и ночь со смертником. Ты хрупкая, нежная, но очень смелая, — торопливо произнёс горбун. — Я просил… — Лазарь закашлялся, проглотив последние слова. — Тиан просил никому не доверять в доме Клариссы. Он забыл, что в особняке живёт бессловесная тень — секретарь эрри Уикфил. Лазарь не предал старого друга, не предаст и вас.

Я вздрогнула и изумлённо уставилась на него, чувствуя, как краснеют щёки.

— Откуда вы знаете⁈ Про Каменный Клык…

Он ответил не сразу, отступил в темноту, словно мой вопрос смутил его или застал врасплох. Лазарь вёл себя как человек, который сказал лишнее, а теперь стремился исправить оплошность.

— Легко догадаться, эрри Доротея, — теперь он вполне владел собой. — Вы говорили о Тиане. У вас его искра. Мой брат был магом, как я уже говорил. Я знаю о традиции «истинных жён».

Я согласно кивнула. Лазарь умён и сложил вместе простые факты.

— Ваш брат умер? Как и Себастиан? — осторожно спросила я. — Виновата Кларисса?

Горбун вернулся к решётке.

— Видите эту копоть? — Он указал на камни позади меня. — Магический огонь. Здесь проводили запретный ритуал.

Я окинула взглядом камеру: почерневшие стены, песок под ногами влажный, но в некоторых местах будто оплавился и лежал ломкими пластами. Это сотворили заклинания? Почему-то я вспомнила слова Гераты о ритуалах, способных убить целительниц.

Я посмотрела на Лазаря.

— Магический огонь? Ваше лицо⁈ Вы были здесь!

Он глубоко вздохнул, втягивая тонкими ноздрями холодный воздух.

— Плохое место. Десять лет назад здесь погиб брат Лазаря… Мой брат…

Он опять внезапно замолчал. Я заметила, что секретарь постоянно сбивался, говорил о себе в третьем лице, затем поспешно исправлялся.

— Лазарь пытался спасти брата… Я пытался… Жаль, что не знал правды, — обезличено проговорил горбун и махнул рукой, не желая продолжать разговор. — Старое дело. Не время и не место для объяснений.

Из множества роящихся мыслей я выудила одну.

— Что вы знаете о сестре Клариссы?

Лазарь нахмурился и прикрыл глаза, точно перебирая в голове невидимые бумаги.

— У герцогини не было сестры, — ответил он через некоторое время. — О ней никто не говорил. Жена старого герцога умерла при родах. Хозяин не взял в дом новой жены.

— Неужели никаких упоминаний⁈ В записях, документах? Герата знает о ней, но никогда не раскроет всех секретов.

Во мне зрело не любопытство, как можно было подумать, а нечто большее. Искра вела меня к разгадке тайны. К чему Кларисса готовила новую ведьму?

— Лазарь служит в резиденции двенадцать лет. — Он недовольно поморщился. — Когда я