Керрелин Спаркс - Такая долгая ночь

— О, мне это нравится, — кивнула леди Памела, и ее белокурые кудри подпрыгнули. — Он должен быть хорошо ухожен и уметь одеваться.

— В самом деле.

Леди Памела внесла в список указанное пожелание.

— Еще он должен уметь великолепно танцевать, — добавила Кора-Ли.

— И быть прекрасным любовником, — вставила Ванда с улыбкой. — Он должен знать, как доставлять нам удовольствие.

— Вздор, — возмутилась леди Памела. — У меня нет намерения вступать в физический контакт с кем-либо из мужчин.

— Отлично, — пробормотала Ванда. — Но надо обязательно удостовериться, что ему нравятся женщины и он хорошо умеет заниматься сексом по-вампирски. И у него должно быть великолепное тело. Нам придется смотреть на него столетиями.

Дарси захотелось взвыть. А куда подевались ум, честность, надежность?

— Похоже, вы отлично справляетесь. Пожалуй, я вас оставлю.

Она торопливо вышла из комнаты, пока ее разочарование не достигло предела. Их идеал мужчины — богатый, красивый, хорошо одетый трубадур, умеющий танцевать и заниматься вампирским сексом?

Направившись в сторону комнаты отдыха, расположенной по соседству с записывающей студией в конце коридора, она свернула за угол и столкнулась с Грегори.

— Привет, Симона. — Дарси кивнула его спутнице.

— Bonsoir[11], — ответила та с самодовольной улыбкой.

Неудивительно, что Симона стала знаменитой манекенщицей. Она была неотразима. Высокая, изящная, с миндалевидными карими глазами и длинными черными волосами, она была облачена в свой любимый костюм — обтягивающий черный комбинезон с поясом, усеянным стразами.

— Симона только что телепортировалась из Парижа, — объяснил Грегори. — Мы сегодня начинаем работу над записью диска с упражнениями для вампирских клыков.

— Как интересно, — вежливо ответила Дарси.

— Это была идея Романа. Поскольку современные вампиры больше не кусаются, он боится, как бы мы не начали терять от бездействия клыки.

— Ага, — поддакнула Дарси. — Нельзя допустить, чтобы они выпадали.

«А что в этом дурного?»

— Я стану звездой DVD, — объявила Симона, перебросив волосы через плечо. — Мы ждем известного режиссера из Милана Джованни Беллини. Naturellement[12], что я работаю только с самыми лучшими.

— Естественно, — кивнула Дарси.

В этот самый момент из-за угла вышел низкорослый мужчина в помятой одежде и черном берете.

— A, bellissima[13]?! Вот и ты — прекрасная, как всегда.

Он поцеловал Симону поочередно в каждую щеку.

— Синьор Беллини, это Грегори. — Симона взглянула на Дарси и замолчала. — Имя этой девушки я забыла, но неважно.

— Благодарю, — скрипнула зубами Дарси. — Меня зовут Дарси.

Джованни небрежно кивнул ей и снова повернулся к Симоне.

— Bellissima, это будет величайший фильм о вампирах за всю историю. Я планирую снять кое-какие центральные эпизоды в черно-белом формате, чтобы подчеркнуть серое уныние современного века.

— Мистер Беллини, — Грегори кашлянул, — это всего лишь программа упражнений для наших клыков.

Джованни отступил назад, приложив руку к груди.

— Даже их можно представить как великое искусство. Представить конфликт. Человек против свой испорченной, ленивой натуры. Идем, bellissima.

Он сопроводил Симону в студию.

Грегори поморщился.

— Мне не следовало его нанимать, но Симона настояла.

— Ты имеешь в виду, bellissima? — Дарси с улыбкой похлопала его по плечу. — Удачи.

— О да, она мне не помешает. — Грегори зашел в студию и закрыл за собой дверь.

Дарси направилась к себе в кабинет и, открыв дверь, остолбенела.

За ее столом сидел Адам Олаф Картрайт.

Глава 9

Он поднял голову и улыбнулся:

— Здравствуйте, Дарси.

Ее сердце в груди гулко застучало. Как будто ей не хватало проблем без этого человека, перевернувшего ее мир с ног на голову. Закрыв дверь, она задумалась: почему он сидит за ее столом? Не потому ли, что просматривал ее бумаги? Дарси повернулась к нему лицом. Он продолжал улыбаться. Если шарил в ее вещах, то отнюдь не выглядел смущенным. К тому же зачем Адаму ее контракты с поставщиками или агентствами по прокату лимузинов?

И почему она так реагирует на него каждый раз, когда видит? В то время как ее сердце бешено колотилось, все остальное представлялось как в замедленной съемке. Она подмечала в нем все до мельчайших деталей. И в своих ответах постоянно «не догоняла», потому что ее мозг отказывался нормально работать. Адам вполне мог решить, что она идиотка.

— Добрый вечер.

Он встал и вышел из-за стола.

— Прошу прощения, что сел на ваше место, но все остальные заняты.

Он указал на стулья за столом со свертками, упакованными в коричневую бумагу и перевязанными бечевкой.

— Это портреты, — пояснил он, прежде чем она успела спросить. — Я только что приехал от художника. Он закончил работать над моим изображением. Фред и впрямь очень талантлив. — Адам широко улыбнулся, продемонстрировав ямочки на щеках в полном великолепии. — Следует признать, что Фред — довольно необычное имя для художника.

«Как и для вампира», — подумала Дарси. Она старалась не замечать своей реакции на Адама, что было чрезвычайно трудно — сердце в ее груди, казалось, вот-вот взорвется. И все из-за пары ямочек и бирюзовых глаз? Интересно, сумел ли Фред воздать ему должное?

— Среди них есть ваш?

— Нет, он еще не высох. Фред сказал, что эти четыре уже готовы, — продолжил Адам. — Он был слишком занят, чтобы привезти их сюда самому, и я предложил помощь.

— Не нужно было утруждать себя.

— Но я уже это сделал. — Уголки его рта приподнялись. — Это был отличный повод увидеть вас снова.

У нее подпрыгнуло сердце.

— И завтра, когда высохнет мой портрет, у меня появится еще один предлог заехать и повидаться с вами. Я ведь правильно рассуждаю, не так ли?

Ямочка на левой щеке углубилась.

Дарси с трудом сдерживала волнение. Он был великолепен. С красивым лицом и сексуальным голосом трубадура. Идеальное воплощение списка качеств, составленного дамами из бывшего гарема. Может, они были все же правы?

Он присел на край стола.

— Как прошли выходные?

Она замерла, вспомнив, как отец Шанны чуть не сорвал свадьбу своей дочери. Хотя вряд ли Адам имел к этому какое-либо отношение.

— Я была на свадьбе.

Она внимательно смотрела на него в ожидании реакции.

Он прищурился, как будто пытался что-то вспомнить, после чего кивнул.

— Верно. У друзей Рауля и Шерри. Как все прошло?