Истинная темного дракона. Наследник для бывшего - Юлия Марлин

впился в тело. Отнял возможность двигаться. Ноги, будто приросли к мостовой.

Я была не в состоянии оторвать от пугающего силуэта глаз, а он — неотрывно сверлил меня, застыв меж двух каменных стен монолитным изваянием. Небеса грозно ворчали, по тротуарам и крышам лавок застучали первые капли.

Я же не могла толком пошевелиться. Чувства разом отключились — кроме всепоглощающего ужаса от осознания возможной встречи с бывшим мужем. Нет. Генерал Нейман — в прошлом. Наш брак был пыткой, вынужденным наваждением. Не желаю возвращаться к прежней жизни! Не желаю вновь становиться пленницей его холодного, мрачного замка.

Из оцепенения выдернула ослепительная вспышка молнии.

Вскрикнув, подпрыгнула на месте, а в следующий момент прямо в ухо пророкотал знакомый голос:

— Так и думал, что найду тебя у лавки. Скорее идём. Гроза усиливается.

Возле меня, прикрытый влагоотталкивающим щитом, возник Кристоф.

— Кристоф, — шепнула, переводя к нему взгляд и разрывая зрительный контакт с незнакомцем в проулке.

Красавец-полицейский был в синей форме; как обычно, с улыбкой на губах и заинтересованным блеском в глазах.

— Как ты здесь оказался?

— Госпожа Севиль отправила за тобой. Она очень волнуется и сетует, что племянница постоянно задерживается на работе. Даже сегодня не смогла уйти пораньше.

— Литературный кружок, — сумбурно напомнила хорошему знакомому и опять покосилась в темный проулок.

О как! Он опустел. Высокая тень в плаще испарилась. Секунду назад я буквально ощущала его пристальный, ощупывающий взгляд, а теперь дискомфорт развеялся. Я снова дышу полной грудью.

— Иоланта, идём же, — боевой маг схватил меня за руку, переплел наши пальцы и, втянув под щит, повлёк за собой.

Небо с периодичностью в минуту прошивали змейки молний, над Туринной прокатывались громовые раскаты. Город утонул в фиолетовом мраке, улицы давно обезлюдили. Прижимаясь к боку молодого симпатичного мужчины, ощущая его тепло и приятную близость, я вдруг почувствовала облегчение. Липкий страх отпустил. Крепкие мужские пальцы, сжимавшие мои, дарили уверенность и обещали поддержку.

К моменту, когда мы добежали до «тетиного» домика, хлынул ливень. Я первой миновала калитку, затащила Кристофа в утопающий в зелени двор и потянула к крыльцу.

— Ты же не откажешься от чашечки чая? В благодарность за… щит, — натянуто улыбнулась, кивая на магический купол вверху. Тот отважно отражал крупные капли, сыпавшие с черного неба стеной.

— Наконец, пригласила, — произнес боевик, открывая входную дверь и пропуская меня в темный холл.

— Это значит — да? — Уточнила, встряхнув на удивление сухими волосами, и отложила сумочку на пуфик.

— Сестра сегодня ночует у подруги, охотно приму твое приглашение, — явно флиртуя, ответил с улыбкой.

Я чуть слышно выдохнула. Натянутая внутри пружина по-прежнему отдаётся по коже ознобом. Не хочу отпускать городского стража и коротать вечер в деревенском домике на отшибе фактически одна. Старая тетя не в счёт.

— Проходи, располагайся, — мысленно радуясь, что Кристоф задержится в гостях до поздней ночи и этим вероятно спутает незнакомцу все планы, приветствовала хозяйку и побежала на кухню ставить чайник.

— Ио, милая, опять засиживаешься в лавке допоздна? — Настиг недовольный голос Севиль, что вошла в кухню следом.

— Я не нарочно. Сегодня был еженедельный кружок, я не могла прогнать детей раньше времени, — не оборачиваясь, пытаясь совладать с леденящим испугом, ответила честно.

Затем достала из шкафчика чашки, блюдца, лимон в сахаре, масло, тосты и свежую сдобу в ивовой корзине. Ловко расставила на столе и поймала тетин взгляд. Пожилая женщина смотрела в упор. Ее лицо было задумчиво, а глаза рассеянно блуждали по мне и кухонным шкафчикам цвета прелой соломы с узорами.

У Севиль тоже что-то стряслось?

— Ладно, — она махнула морщинистой рукой и улыбнулась, — ты уже дома. Но впредь в первую очередь думай о себе, договорились?

— Обещаю.

Через миг на кухню вошел Кристоф. Боевой маг снял верхний китель и закатал рукава белоснежной рубахи до локтей. Он действительно был очень красив. Не зря за ним бегают почти все незамужние леди Приграничья, но молодой и видный мужчина не обращал на них внимания.

— Присаживайся, — предложила.

— С радостью. — От его улыбки девичье сердце невольно дрогнуло.

Ах, и как я могла забыть, что еще совсем молода. Да и чего скрывать — скромна и неопытна. Муж не пожелал консуммировать наш брак, оставил навязанную договором нелюбимую жену невинной. Уж не знаю, благодарить бессердечного лорда-дракона за это или ненавидеть всем сердцем.

Я заварила свежий чай, добавив в чайник по два листика смородины и мяты, разлила ароматный напиток по чашкам и тоже устроилась за накрытым столом. На улице свирепствовала непогода. Лил дождь, сверкали молнии, жутко гремело. Мы едва ли это замечали — общались в теплой уютной атмосфере. Я делилась заботами книжной лавки, Кристоф рассказывал о себе и службе в полиции, Севиль довольно жмурилась, подпирая голову кулаком. Правда, изредка в ее глазах проскакивала тревога и затаенная тоска, отчего на душе делалось только темней.

Глава 14

Грозу давно унесло на восток, теперь молнии прошивали черный как смоль горизонт. Дождь прекратился. Очень не хотелось расставаться с Кристофом, но и предложить ему заночевать я не могла в силу правил этикета. Мы не муж и жена, даже не жених и невеста. Простившись около полуночи, проводила его до крыльца и заперла за гостем дверь. Тетя, прихрамывая, ушла в гостиную и села в любимое кресло-качалку у разожженного камина, а я вернулась на кухню вымыть посуду.

Удушливые оковы тревожности неприятно лихорадили кровь. На силу совладав с эмоциями, убедила себя, что тень — обычный местный горожанин, которого, как и меня, в пути застигла непогода и постаралась о нем забыть.

Покончив с бытовыми делами, я вернулась в залитую ночниками гостиную. Севиль сидела в кресле с опущенной головой и взирала на треугольное письмо, зажатое в морщинистых пальцах. Отсветы камина отбрасывали на ее фигуру густые тени, подкрашивая в черно-оранжевые тона.

— Всё в порядке? — Чуть слышно спросила, застыв в дверях.

«Тетушка» выдержала паузу, печально вздохнула и окончательно добила мою выдержку признанием:

— Не совсем. Мне придется уехать, Ио. На определенное время.

— Уехать? — В горле застрял глоток воздуха. Я медленно прошла к дивану и села, стиснув колени холодными пальцами.

— Да, Иоланта. Днем посыльный принёс письмо, — женщина кивнула на клочок бумаги, подсвеченный пламенем.

— От кого? — Я с непонимание тряхнула головой, вырываясь из темных мыслей, что