Вадим Воинроз - д1000д

Три секунды назад я проснулась в тебе"

— Хороший выбор — прозвучал голос.

Вздрогнув, и резко скинув одеяло, девушка в страхе вскочила.

— Успокойся. Прошу, не бойся. — Говорил молодой человек перед ней.

Свет фонарей, разливающийся через окна, отражался от его бледноватой кожи.

— Ты пришел… — прошептала она, кутаясь в одеяло.

Нащупав рукой мобильник и не отводя от него взгляда, она отключила плеер в телефоне.

— Ты так смотришь, как будто боишься моргнуть, — сказал он и сел к ней на койку.

— А вдруг ты исчезнешь, — робко ответила она.

Ухмыльнувшись, он продолжал молча на нее смотреть.

— О чем думаешь? — тихо спросила она, пытаясь заполнить тишину.

— Думаю, что же в тебе такого особенного? Почти при каждой нашей встрече мне приходится спасать тебя. Хотя должен был уже пять раз убить.

— Ты так шутишь? Который час? — девушка посмотрела на часы.

— Десять минут четвертого, — он встал и отошел к окну.

— Как тебя зовут? — спросила она, вставая с койки и ступая босыми ногами на холодный пол.

Он не отвечал. Молча стоял и смотрел в окно. Реальный ли он? Ее ангел-хранитель? Или это снова терзающий сон?

Решив это проверить, она быстро подошла и обняла его…

* * *

Почему не поднимается рука здесь и сейчас убить ее? Войти в ее тело и разорвать ее на куски? Неужели стоит поверить в…

Я почувствовал, как она сзади крепко обняла меня. Мои глаза расширились. Разжав ее руки и повернувшись к ней, я хотел заглянуть ей в глаза, но она положила голову мне на плечо. В смятении, я обнял ее.

Ее тело содрогалось.

— Ты плачешь? — испуганно спросил я.

— Прости, — ответила она.

Ангел стояла у двери и улыбалась. Впившись в нее взглядом, я безмолвно требовал ответа.

— Что ты чувствуешь? — спросила она.

Я не мог ответить вслух, иначе меня сочтут сумасшедшим.

— Это тепло, — ответила за меня ангел. — Оставлю вас.

Она исчезла, я опустил голову и увидел, что девушка смотрит на меня.

— Тебе уже можно ходить?

— Да, — улыбнулась она. — Меня уже послезавтра выписывают.

— Как тебя зовут?

— Настя.

— Мне пора идти.

Девушка вцепилась мне в рукав.

— Умоляю, скажи мне, что мы еще встретимся. Прошу. В любое время я буду ждать тебя.

— Мы сможем увидеться только после полуночи. Днем я работаю.

— Мне все равно. Ты прости меня за мое сегодняшнее поведение. Это лишь слабость. Я другая.

— Я тоже другой, не такой, каким ты меня представляешь.

Мы смотрели друг другу в глаза. Я рассматривал ее красивое лицо, волнистые темные волосы, тонкую шею, пышную грудь в тонкой сорочке с выпирающими сосками.

Просыпалось желание. И хрусталь обжег мою ногу. Но я не хотел убивать ее, не мог.

— Я не знаю когда смогу придти. Не знаю во сколько. Но если хочешь, жди меня на мосту, где мы первый раз встретились.

— Я буду ждать, обещаю, — сказала она и отошла, всматриваясь в меня.

Я уже хотел, было уйти, но вдруг вспомнил, что мне придется это сделать по-человечески. Решительно пройдя до двери, я вышел не оборачиваясь, и хлопнул дверью.

Дверь не успела захлопнуться, а я уже был далеко от больницы.

Глава 28 — Чернее Черного

Еще в парке я увидел ее. Она стояла на мосту и смотрела на звезды, облокотившись на перилла моста, освещенного одиноко тлеющими фонарями оранжевого света.

Держа в руках семь красных роз, я бесшумно приблизился к ней. Заметили меня, только когда я подошел почти вплотную.

— Привет… — произнесла она, ежась от холода.

— Привет, чудесная ночь, правда? — сказал я, протягивая цветы. — Давно ждешь?

Принимая цветы, и поднеся их к лицу вдыхая аромат, Настя пожала плечами и ответила:

— Семнадцатую ночь…

— Прости. В моем мире прошло всего три дня.

— В твоем мире? — удивленно спросила она.

Видя как ее пробирает от холода, я снял пальто и накинул ей на плечи.

— А ты? — посмотрела она на меня.

— Ангелы не мерзнут, — слукавил я. На самом деле холод я чувствовал, но пока мог спокойно его переносить.

— Расскажи мне о своем мире. — Девушка отвернулась к периллам и посмотрела на темную гладь воды.

Я молча стоял, не зная, что ей ответить.

— Когда ты в первый раз спас меня, я думала, это чудо. Наверное, это все мое воображение, но я тогда была просто уверена, что время замерло. Ты так и не дотянулся до меня. Это была лишь пара удивительных мгновений…

— Почему ты тогда сделала это? — спросил я, засунув руки в карманы.

Настя повернулась ко мне и, взяв под руку, повела прочь с моста.

— У меня тогда умерла мама, я не знала, как это пережить. Мне было невыносимо больно. Я осталась совершенно одна. А мой отец… я была не нужна ему. Никогда. Их брак с мамой давно стал формальностью, однажды он просто собрал вещи и ушел, оставив нас с ней вдвоем. Уже потом, мне было ужасно стыдно за свой поступок. Но я не могла забыть о тебе. Как прекрасный юноша в черном явился из ниоткуда и спас меня. Словно Ангел подхватил меня на своих крыльях и вытащил из когтей смерти. Я не верила, что когда-нибудь встречу тебя вновь, и почти было заставила себя поверить, что ты лишь призрак, мираж ошалелого сознания. Но в ту ночь, когда эти выродки пристали ко мне… Ты появился вновь. Словно вырос у них за спиной, мой незримый ангел-хранитель. Мы шли тогда почти молча. Я усиленно пыталась запомнить каждую черточку твоего лица. Я навсегда запомнила едва уловимое тепло твоей руки. Ты был живой. Ты не был плодом моего воображения. Я была тогда так счастлива…

Я вынул руку из кармана и взял ее за руку. Она замолчала, и крепко сжала мою ладонь.

— Ты что, снова плачешь? — спросил я, услышав, как девушка шмыгнула носом.

Утирая рукавом выступившие слезинки, она улыбнулась.

— Прости. Просто я уже совсем не надеялась, что ты придешь. Я так рада. С тобой так спокойно. Я хотела бы, чтобы ты всегда был со мной рядом. Хочу, чтобы эта ночь не кончалась… Было страшно гулять тут одной ночью. Но желание увидеть тебя, было сильнее. Порой, я даже хотела, чтобы со мной что-нибудь случилось, ведь ты тогда непременно пришел спасти меня… Ведь так? — она остановилась и посмотрела мне в глаза, затем опустив голову, уже тише, добавила, — По-другому и быть не может.

Мы прошли в парк, и присели на скамейку стоящую возле детской площадки.

— Ничего, что ты так поздно гуляешь?

Настя пожала плечами.

— Я, наверное, полная дурочка. Напридумывала себе невесть что. Ты даже не говоришь мне своего имени. Все играешь в игру, в которую я почти готова поверить. Ты можешь ничем не отличаться от тех извращенцев в парке или даже хуже, а я как мотылек лечу на свет сказки, которую сама и выдумала.