Магическое фотоателье попаданки - Юки

серые камни, лужи и шорох ветра.

Ощущение взгляда пропало, но я была уверена — там кто-то был. И ушел, как только я заметила.

— Генри, — сказала я тихо. — За нами кто-то следит.

Он сразу замер. Напрягся. Прислушался. Но ничего не сказал. Только вписал что-то на листе и отдал его сопровождающему.

Обратно мы ехали молча. Сыщик что-то быстро строчил в блокноте, я же, прислонившись к стеклу, рассеянно разглядывала мелькающие мимо дома, гадая, сколько у нас осталось времени. И в конце концов не выдержала:

— Если это кто-то из магов… Если у него есть такие связи и возможности — это опасно. Но… ты ведь пойдешь до конца? Даже если за этим стоит кто-то влиятельный?

Фрост смерил меня невозмутимым взглядом.

— Я всегда иду до конца. Именно поэтому меня и боятся.

Я кивнула. И впервые за все это время почувствовала хоть какую-то уверенность.

Глава 34

Если бы не обстоятельства, ни за что бы не пошла в Академию по доброй воле.

Но договор с Сыскным бюро был оформлен, ректору поручили внедрение учебной версии магического объектива, и я — как ни хотелось — должна была провести демонстрацию. Хотя бы раз. Хотя бы формально.

Здание Академии было величественным. Высокие башни, витражи с магическими символами, искрящиеся фонтаны, магический туман, стелющийся по мощеным дорожкам. Все это выглядело красиво, если не обращать внимания на учеников, которые косились на меня с откровенным непониманием.

Кто я такая? Что я здесь забыла? Почему не в мантии? Почему без посоха? — читалось на их лицах.

— Хелен Рейнард? — подошел ко мне молодой маг в черной одежде без лишних приветствий. — Прошу, следуйте за мной. Ректор ждет вас в своем кабинете.

Коридоры Академии напоминали лабиринт. Все здесь было слишком правильным — стены гладкие, серые, без украшений, ученики — серьезными и собранными, и даже магические светильники горели ровно, не колеблясь.

Кабинет Гарольда Арнеста находился в самой высокой башне. Внутри — мебель из темного дерева, кожаные кресла, забитые книгами шкафы вдоль стен. Все строго, как под линейку. Даже чернильница стояла по центру, будто отмеренная циркулем.

Ректор встретил меня привычно: без приветствий, без улыбки. Только скользнул по мне взглядом.

— Вы принесли артефакт?

— Да. И образец бумаги. Готова показать, как работает механизм фиксации.

— Прекрасно. Тогда не медлите, мне некогда. Объясните и уходите.

Поморщившись, я начала рассказывать, четко, без деталей. Он слушал меня сдержанно, никак не проявляя эмоций. Кивал, лишь изредка задавая уточняющие вопросы, будто нехотя. В нем было еще меньше терпения, чем обычно. И что-то в его поведении было… не так.

Наконец он прервал меня, косясь на выход:

— Я все понял, оставьте записи, позже разберусь. Выход найдете сами. Мне нужно отлучиться.

Он быстро ушел, даже не потрудившись прикрыть за собой дверь, и я осталась одна в его кабинете.

Конечно, я собиралась просто уйти. Но взгляд сам зацепился за открытую книгу на столе.

Толстый фолиант с пожелтевшими страницами, в кожаном переплете. И что странно, без названия на обложке, а листы исписаны от руки.

На открытой странице я увидела:

«Философский камень. Создание через жизненную силу. Теория кровной передачи».

Я замерла. Пальцы сами листнули дальше.

Там было описано нечто, чего просто не должно существовать: алхимические методы получения философского камня через жертвоприношения.

Кровь. Душа. Жизнь. Причем требовались невинные. Молодые. Не желающие умирать. И силу таких душ, по словам автора, можно было «перенаправить» в стабилизацию структуры камня.

Это было жестоко и ужасающе. Я отшатнулась, сердце застучало в груди.

Лия. Пропавшие девушки. Невинные, молодые. И все исчезли бесследно.

Бред, Хелен. Безумие. Совпадение. Но что, если — нет?

— Какого черта⁈

Голос рикошетом ударил в стены. Я резко обернулась.

Арнест стоял в дверях, глядя прямо на меня. И он был в ярости.

— Кто позволил вам трогать мои записи⁈

Я захлопнула книгу, чувствуя, как леденеют пальцы.

— Она была открыта. Я просто… взглянула.

Он подошел молча, вырвал фолиант, с силой швырнул его в ящик стола и захлопнул. Потом сделал шаг назад, сложив руки за спиной, и крепко сжал челюсти.

— Вы нарушили этику. Вторглись в мое личное пространство. Кто вам позволил совать нос туда, куда не следует?

Я виновато отвела взгляд, сдерживая рвущиеся наружу эмоции:

— Простите. Я не хотела. Просто заметила, что вы тоже интересуетесь философским камнем. Только… не теми методами, что изучает Зериус.

Он посмотрел на меня с холодом, от которого спина покрылась мурашками.

— Вы ничего понимаете. Это запретная магия, которую позволено изучать только единицам. И если вам дороги остатки вашей свободы — держитесь подальше от этого.

Я вышла, не оборачиваясь, спеша скорей покинуть это негостеприимное место, и его хозяина, внушающего мне страх.

Что если все это и правда связано? Что если кто-то пытается создать философский камень? И использует для этого живых людей?

И если так — то времени у Лии все меньше.

Глава 35

После визита в кабинет Арнеста я не могла избавиться от навязчивой мысли: он что-то скрывает.

Эта книга. Его реакция. Холодный гнев, словно я поймала его на чем-то куда более серьезном, чем изучение запрещенного раздела алхимии.

Слишком подозрительно, не бывает таких совпадений.

Философский камень. Жертвенная формула. И пропавшие невинные девушки.

Я попыталась убедить себя, что все это — домыслы. Но страх за Лию говорил другое: это нельзя игнорировать.

Не зная, к кому мне еще обратиться с этим, я отправилась к Дэвиду. Соскучилась жутко, а тут и повод появился.

Мужчина встретил меня улыбкой и объятиями, и мне сразу полегчало.

— Хелен. Ты выглядишь так, будто снова собралась сражаться с миром в одиночку.

— Может, и собралась, — печально ответила я. — Но для начала мне нужно кое-что обсудить.

Он сразу посерьезнел.

Мы уселись в его кабинете, за чаем с корицей, и я выложила почти все, что меня тревожило.

Про Арнеста. Про найденную книгу. Про жертвенные методы. Про совпадения, которые казались слишком уж странными.

— Ты думаешь, он может быть причастен? — спросил Дэвид с сомнением.

— Я не знаю. Может, он просто интересуется. А может… прикрывает кого-то. Или сам… Я не знаю! Но он что-то скрывает. Я это видела в его глазах.

Мелтон откинулся на спинку кресла, потер лоб.

— Я знаю Гарольда давно. Он холодный, высокомерный и абсолютно убежден в своем превосходстве. Но убивать девушек ради алхимического камня? Это слишком.

— Да, но… и исчезающие невинные тоже слишком, не находишь?

Дэвид вздохнул и кивнул.

— Ладно. Я попробую