Невеста на спор, или Эльфиечка меж двух огней - Кира Райт

— Ваше высочество! — из последних сил сжала его ладонь между своих бёдер, не пуская дальше. И задрожала от тех чувств, что вызывало во мне это его действо.

— Я только потрогаю… — выдохнул он мне в губы просительно, будто бы ребёнок выпрашивает дополнительную порцию сладостей. Но разум ещё не до конца покинул мою голову.

— Нет! Пустите меня! Вы не получили моего согласия! И это…

— Ты согласна? — спросил он невозмутимо.

— Что⁈ Вы считаете, что можно вот так… — от возмущения слов не нашла.

— Ты не сказала «нет», это почти согласие, — прошептал принц мне в губы, снова отвлекая поцелуями и тем временем пробираясь к самому сокровенному местечку.

Я глухо застонала ему в рот, когда его пальцы нагло, но нежно прошлись по нежным влажным лепесткам. Никогда прежде никто не касался меня там, и от этого осознания всё тело будто бы молнией пронзило, а пальцы на его плечах смяли ткань рубашки.

— Вот увидишь, тебе понравится, я многое умею, — заявил он, покрывая поцелуями мою шею. — И мне понравится. Видишь, как хорошо? — уговаривал принц, вырывая у меня громкий вскрик, когда нажал большим пальцем на крошечную чувствительную горошинку. Какой кошмар!

Я заметалась под ним, пытаясь то ли вырваться, то ли заставить его действовать увереннее, уже не осознавая себя и то, что делаю.

— Скажи же, это приятно? — продолжал он мои муки, выписывая пальцами круги, нажимая, потирая, постукивая.

Я вся горела. От стыда. От возбуждения. От страсти… Его вторая рука легонько сжимала мою грудь, не освобождая её от одежды. И вниз принц тоже не смотрел. Моё платье было скомкано на бёдрах, его рука просто пробралась дальше. И это давало мнимое ощущение безопасности, не позволяя испугаться сильнее…

— А правда, что у эльфов очень чувствительные уши? — проворковал он мне на ушко и лизнул его!

Громкий стон сорвался с моих губ, когда дальше принц очертил ушную раковинку кончиком языка, повторяя это движение пальцами на моём лоне. Затем он пососал острый кончик ушка, облизывая и его, что окончательно лишило меня способности мыслить и говорить. Настолько, что мои руки бесстыдно обвили его шею, а вся я превратилась в оголённый нерв, издавая при этом такие звуки, которые не издаёт ни одна приличная девушка! В голове осталась только одна мысль — пусть он продолжает.

Когда один его палец двинулся ещё дальше, втискиваясь в горячую тесноту, и одновременно с этим принц вжался в меня сильнее, позволяя бедром ощутить свою твёрдость в районе паха, я замерла, почти очнувшись. Он же не собирается… И почувствовав это, Ал остановился и чуть отодвинулся, возвращаясь к прежним ласкам, вновь заставляя меня забыть о правилах приличия тем, что не пересекал черту, позволяя ощущать себя в безопасности и мнимом соблюдении привычных мне с детства традиций, что невеста должна остаться невинной до свадьбы. Правда, после того, что он сейчас делает со мной, назвать меня невинной наверное неправильно…

— Всё будет так, как ты захочешь, слышишь? — сводил с ума его хрипловатый от страсти шёпот. — Всё, Эллимириллиэль… — произнёс порочно и многообещающе, и это моё полное имя из его уст в совокупности с ласками, которые он мне дарил, вознесло меня на самую вершину блаженства, стирая прежнюю Эллимириллиэль и превращая в какую-то совершенно новую…

Глава 19

Ал

Я запомнил её имя почти сразу. Сам этому удивился ещё, помнится. Чаще не мог похвастаться прекрасной памятью. Но её необычное эльфийское имя будто бы отпечаталось где-то в моём мозгу. Словно гравировка — ни стереть, ни забыть…

А сейчас она сама лежала на моём плече и растерянно молчала. Моя рука обнимала её за одно плечо. Другая покоилась на талии. Я даже двинуться боялся, не зная, что будет, когда она окончательно придёт в себя.

Мне не стоило сегодня делать всё это. Нет, разумеется, я бы повторил и немедленно. И конечно был совершенно счастлив несмотря на то, что мне самому из удовольствия достались только её стоны. Но для неё, наверное, это было слишком быстро…

Я же просто потерял голову, когда брат признался, что не считает, что влюблён. Он сказал, что она очень нравится ему и он правда тепло к ней относится, но несмотря на своё неуёмное обычно либидо, к ней его почти не тянет вот так. Особенно после того, как познакомился с ней поближе и увидел не только её внешность, но и внутренний мир, отчего проникся уважением. Правда, это не мешало ему продолжать планировать на ней жениться, но теперь этот вопрос был окончательно закрыт.

Но изначально готовясь к его положительному ответу, я заранее себя сдерживал. Думал, что если она его любит, и он её — то я не должен вставать между ними. Уже встал, конечно. Но это неправильно. Нужно будет отойти. И тут новость — он её не любит!

Но если так, то гораздо проще заставить её разлюбить его!

И тут брат ещё и признался, что похоже сама Мири тоже не пылает к нему чувствами, судя по тому, что так ни разу и не позволила себя поцеловать. И хотя я слышал иное в её разговоре со служанкой, всё равно обрадовался. Мысль, что они могли говорить не про Дана, мне вообще не приходила в голову. До сегодняшнего разговора с эльфиечкой.

И некоторое время я просто радовался. А чтобы не сорваться, не стал сразу заходить. Только отправил цветы, потом фрукты (если честно, так раньше делал Дан, и я нагло повторял за ним), из собственной инициативы — приказал высадить цветник под окнами. В общем, сделал всё, на что хватило моих представлений о том, что нравится эльфам. И, кажется, был вознаграждён. Ещё как…

Запах её возбуждения, ощущение её влаги на моих пальцах, которые ещё и облизать хотелось, её лёгкое сопротивление сначала и бескрайнее доверие потом… Её безмолвные просьбы продолжать. То, как она выгибалась в спине, как царапала меня от избытка чувств, и то, что горело в её глазах в это время… Всё это едва позволило мне сдержаться и не дать случиться конфузу, побежав сразу после менять штаны. Но я смог. А это было очень сложно, когда она оказалась такой сладкой!

Всё, что я представлял с ней раньше, не шло ни в какое сравнение с реальностью. На самом деле это вышло куда