Линси Сэндс - Поцелуй в ночи

— Рейчел, он пытался тебя убить!

— Ты передергиваешь, — не согласилась она. — Это вышло случайно.

— Пусть так, но меня-то он пытался убить!

— Вполне естественное желание, раз ты сам утверждаешь, что ты бездушный кровопийца.

Все так и ахнули, а Маргарита расхохоталась. Этьен посмотрел на нее как на ненормальную.

— Мама, это не смешно!

— Извини, милый, но она такая прелесть, — сказала мать и потрепала Рейчел по руке. — Он не бездушный, деточка. Как все мы, да и ты тоже.

Рейчел моментально нахохлилась. Маргарита решила не тратить время на уговоры и попробовала зайти с другой стороны.

— Познакомься с моими детьми, — сказала она. — Этьена ты, конечно, уже знаешь.

Этьен послал ей приветливую улыбку, но Рейчел вряд ли ее заметила. Робко глянув в его сторону, она тут же отвела глаза и, кивнув, залилась краской.

— А это моя дочь Лизианна и ее жених Грегори, — с улыбкой показала Маргарита на влюбленную парочку. Подождав, пока Лизианна, Грег и Рейчел обменяются приветствиями и рукопожатиями, мать повернулась к старшим сыновьям: — Это мои старшие — Люцерн и Бастьен. Хватит ухмыляться, мальчики. Вы смущаете Рейчел.

Этьен резко повернул голову, и его лицо стало мрачнее тучи, когда он увидел плотоядные ухмылки братьев.

— Э-э, прошу прощения, — подала голос Рейчел, устремив на Маргариту озадаченный взгляд. — Вы сказали «мои дети»?

— Совершенно верно.

— Но вы слишком молоды, чтобы…

— Спасибо, милая, — со смешком поблагодарила Маргарита. — Но я гораздо старше, чем выгляжу.

Рейчел прищурила глаза:

— И сколько же вам лет?

— Семьсот тридцать шесть.

Рейчел захлопала глазами. Откашлялась.

— Семьсот тридцать шесть? — как попугай повторила она.

— Да, — кивнула Маргарита.

Рейчел тоже кивнула. Все кивнули. Зажмурив глаза, Рейчел помотала головой, и до ушей Этьена отчетливо донеслись слова: «Я все еще сплю. Меня снова преследует кошмар».

К великому удивлению Этьена, мать снова расхохоталась и похлопала Рейчел по руке:

— Это не кошмар. И даже не эротический сон. Все это — чистая правда. Мы действительно вампиры, хотя нам не очень нравится это определение, и мне на самом деле семьсот тридцать шесть лет.

— Ясно. — Рейчел кивнула, снова зажмурилась и затрясла головой, но тут же громко ойкнула от боли, когда Маргарита ущипнула ее за руку.

— Ты не спишь, — сказала вампирша. — От щипка ты бы обязательно проснулась. Все это происходит наяву. Мы — вампиры. И ты теперь тоже.

— Надо же — осчастливили, — буркнула Рейчел. — Да тут вся семейка с приветом.

— Пусть лучше Бастьен объяснит все с научной точки зрения, — предложил Грег. На его лице было понимающее выражение, потому что он сам недавно прошел через нечто подобное.

— Хорошо. — Бастьен пересел на диван к Рейчел, а Маргарита встала, подошла к бару и открыла холодильник. Этьен догадался, что мать собирается угоститься кровью из его личных запасов. Никто, наверное, толком и не поел, прежде чем собраться здесь. Главной заботой сейчас был Паук. Его осведомленность и одержимость — словно дамоклов меч, занесенный над их головами.

— Видишь ли, — начал Бастьен, взяв Рейчел за руку и послав ей улыбку, которая совершенно не понравилась Этьену, — название «вампир» придумано не нами и вошло в обиход против нашей воли. Но оно очень емкое, и мы пользуемся им, когда приходится иметь дело со смертными… то есть не с вампирами. Однако оно не совсем точное.

— Вот как? — насторожилась Рейчел.

— Во всяком случае, общеизвестные представления о вампирах не выдерживают никакой критики. Мы такие не потому, что прокляты или Бог от нас отвернулся, — объяснял Бастьен. — Поэтому религиозные символы на нас не действуют.

— Понятно, — медленно проговорила Рейчел.

— Мы не одержимы демонами, лица у нас не перекашиваются, и мы не высасываем у людей всю кровь до последней капли, наслаждаясь их мучениями.

— Угу.

— Наши особенности научно объяснимы и обоснованы.

Бастьен наконец-то завладел ее вниманием. Этьен с облегчением отметил, что теперь она слушает по-настоящему.

— Наш род очень древний, — продолжал Бастьен. — Наши предки жили еще до основания Римской империи, до рождения Христа. Да что там — еще до летописных времен.

— Серьезно? — На лице Рейчел опять появилось сомнение.

— Да. Наши прародители жили на земле, которая многим известна как Атлантида.

— Д-а-а… — По ее тону и знакомому скептическому выражению на лице Этьен догадался, что Бастьен снова впустую тратит слова.

— Наши ученые намного опередили свое время. Они открыли… Как бы это попроще объяснить… Ну что-то вроде микромолекул.

— Микромолекул? — Рейчел успокоилась, вновь ощутив под ногами твердую научную почву.

— Да. Они применили какие-то хитрые биотехнологии и создали микромолекулы направленного действия — что-то вроде дружественных организму паразитов.

— Паразитов? — Рейчел заинтересованно слушала, и в душе Этьена зашевелилась надежда, что она наконец-то перестанет убегать от правды.

— Да. Они питаются нашей кровью.

— Итак, кто-то поставил безумный научный эксперимент, — подытожила Рейчел и облегченно выдохнула, когда Бастьен кивнул. — Но как эти микромолекулы попали в организм ваших предков?

— Их специально внедрили, — признался Бастьен. — Понимаешь, изначально их разработали для того, чтобы они жили в кровяном потоке и помогали заживлять поврежденные ткани. Что-то вроде микроскопических хирургов, которые, так сказать, работают изнутри. Но когда эти микромолекулы попали в кровь наших предков, обнаружилось, что они не только восстанавливают ткани, но и омолаживают их, а также излечивают болезни.

— Я поняла: они лечат и восстанавливают клетки тела. В результате вы получаете железное здоровье и вечную молодость, а они взамен потребляют вашу кровь?

— Совершенно верно, — улыбнулся Бастьен. Призадумавшись на минуту, Рейчел заметила:

— Сколько же крови уходит на то, чтобы постоянно восстанавливать и обновлять клетки тканей?

— Очень много. Тело обычного человека столько не вырабатывает.

— Вот почему вас так и тянет впиваться людям в шеи, — догадалась Гаррет.

Этьен закашлялся.

— И не надо так на меня смотреть, — огрызнулся он, когда все головы дружно повернулись в его сторону. — Не я ее этому научил.

— Мы больше не впиваемся людям в шеи, — успокоила Рейчел Лизианна, подсаживаясь к ней с другого бока. — Согласна, в прошлом возникала такая необходимость, и изредка, когда здоровье под угрозой или… одолевают страхи, — они с Грегом переглянулись и обменялись улыбками, — кое-кто из наших сородичей принимается за старое. Но с тех пор как появились банки крови, кусать людей стало дурным тоном.