Линси Сэндс - Поцелуй в ночи

— Да, дорогая, все. С ними что-то не так? — Маргарита поднялась на ноги и подошла к Рейчел. — Они не твои? Я взяла их из твоего шкафа. Другой повседневной одежды там не нашлось.

— Да нет, мои, — поспешила заверить ее Рейчел. — Просто они старые. Я эти джинсы с университета не надевала и немного из них выросла. — Она критически оглядела себя и снова одернула футболку. — Знаю, надо было их выбросить, но у меня рука не поднялась. Я привязываюсь к вещам.

— Ничего подобного, ты чудесно выглядишь! — Маргарита взяла Рейчел за руку и подвела к дивану. Когда та уселась, она ласково потрепала ее по руке. — Этьен нам рассказал, что ты немного запуталась.

— Если кто и запутался, то это не я, — заявила Рейчел, но уже без особой уверенности. Сон принял совсем уж сюрреалистический оборот. Она вообще перестала понимать происходящее. Что это: сновидение, ночной кошмар, бредовые галлюцинации? Или побочное действие просроченных обезболивающих?

— Ну хорошо, — приветливо улыбнулась Маргарита. — Давай поступим так: ты расскажешь мне последнее, что помнишь перед тем, как очнулась у нас, а дальше мы разберемся.

— Последнее, что я помню?.. — призадумалась Рейчел. Предложение было разумным, и это ее успокоило. Во всяком случае, темноволосая красавица не доказывала с пеной у рта, что она вампир и Рейчел — тоже. Может, сейчас все прояснится.

Рейчел пробежалась языком по верхним зубам и, к своему облегчению, не нашла никаких отклонений от нормы. Наверное, всему виной были просроченные обезболивающие. Она рассеянно потерла грудь в том месте, где ее рассек топор, чудесным образом не оставив никаких следов. Скорее всего она сейчас лежит в коме, и просроченный морфий из капельницы вызывает у нее фантастические видения. Не то чтобы они были совсем уж неприятными. По правде говоря, недавняя жаркая сцена в спальне показалась ей очень даже ничего Единственным неприятным моментом было то, что все оборвалось на самом интересном месте.

— Последнее, что я помню… — повторила она, отгоняя посторонние мысли. — Я вышла на работу после того, как проболела целую неделю.

— Так, — ободряюще кивнула Маргарита.

— Тони взял отгул, а Бет опаздывала. — Рейчел подняла глаза на собравшихся и пояснила: — У нее машина сломалась.

Маргарита издала тихий возглас, словно сочувствуя неизвестной Бет, у которой сломалась машина.

— Фред и Дейл, медики со «скорой помощи», привезли «пирожка».

— Пирожка?

Рейчел посмотрела на мужчину, который сидел прямо напротив нее. От Этьена его отличали только смоляные волосы и еще более угрюмое выражение лица. В руках он держал блокнот, в котором делал какие-то пометки. Удивленно покосившись на блокнот, Рейчел пояснила:

— Обгоревший труп.

— Вы называете их «пирожками»? — потрясенно спросил другой брюнет — Бастьен.

Рейчел вздохнула. Людям, которые, так сказать, не в теме, не объяснишь, что «бессердечность» тут ни при чем. Но она все же попыталась:

— Смерть очень давит на психику. Иногда мы употребляем такие выражения, чтобы… ну, грубо говоря, не пропускать чужое горе через себя. Потому что любая смерть — это горе, чем бы она ни была вызвана — пожаром или сердечным приступом. Каждого человека кто-то любит и будет оплакивать. Мы прекрасно это понимаем, но если все принимать близко к сердцу, то просто невозможно работать.

На лицах собравшихся ясно читалось, что они мало что поняли, и Рейчел их за это не винила. Ее работа была тяжелой как с технической точки зрения, так и с моральной. Они с коллегами, как могли, старались проявлять уважение к покойным, но защитные механизмы психики никто не отменял…

— Значит, Фред и Дейл привезли обгоревшее тело, — белокурая девушка вернула разговор в прежнее русло.

— Да. — Рейчел перевела заинтересованный взгляд с блондинки на женщину, которая привезла ей одежду. Они легко могли сойти за двойняшек, если бы не разный цвет волос. Внимание снова переключилось на Этьена, и ее охватило недоумение. — Машина взорвалась, и парень умер от ожогов. Дейл и Фред ушли, а я занялась обычными процедурами и вдруг заметила, что с трупа осыпается обгоревшая кожа, словно это была вовсе не кожа, а сажа, налипшая при взрыве. Потом мне показалось, что он дышит. Я попыталась нащупать пульс, и в это время… — Рейчел растерянно умолкла. Здесь логика терялась. Не потому, что она чего-то не помнила — она вовек не забудет вонзившийся в грудь топор, — просто сейчас никакой раны не было и в помине, и выходила какая-то ерунда.

— И в это время… — подсказал молодой человек с блокнотом.

— Дверь в морг распахнулась, — усилием воли продолжила она свой рассказ. — В зал вбежал мужчина, одетый в камуфляжную форму и длинный плащ. Он рывком распахнул плащ: на одном плече у него болталась винтовка, с другого свисал топор на ремне. Мужчина на меня закричал. — Рейчел неуверенно покосилась на Этьена и снова отвела глаза. — Он крикнул, чтобы я отошла, потому что жертва взрыва на самом деле вампир. Потом парень вскинул топор, и я поняла, что этот полоумный собирается отрубить у трупа голову. Но я не могла этого допустить, так как не знала наверняка, мертв парень на столе или нет. Я бросилась наперерез, надеясь остановить сумасшедшего, но он уже размахнулся и не смог предотвратить удар. И тогда топор… — Рейчел осеклась и машинально потерла грудь.

На минуту в комнате воцарилась тишина. Рейчел откашлялась и закончила прерванный рассказ:

— Парень пришел в ужас от того, что натворил. Он пытался мне помочь, но я ничего не соображала от шока и боли. По-моему, в это время послышались чьи-то шаги. Парень струсил и убежал, а напоследок сказал, что скоро подоспеет помощь и чтобы я не умирала.

— Вот подонок! — буркнул Этьен и повернулся к остальным. — Я обеими руками за то, чтобы позвонить в полицию и сообщить, что это он похитил Рейчел. Пусть упекут его за решетку.

— Но он меня не похищал, — возразила Рейчел.

— Какая разница?! — отрезал Этьен. — Кому они скорее поверят: тебе или Пауку? Тем более кто-то видел, как он, вооруженный до зубов, входил в здание больницы.

— Но он меня не похищал, — повторила Рейчел.

— Конечно, нет, просто чуть не убил, — съязвил Этьен и добавил, обращаясь к остальным: — Предлагаю, чтобы она позвонила в полицию из телефонной будки возле его дома и сказала, что только сейчас вырвалась из плена, а потом…

— Ни за что! — перебила Рейчел. — Я скажу полиции, что он ударил меня топором нечаянно, а на самом деле целился в тебя, и что он сразу раскаялся. Но я не буду врать, что он меня похитил.

Этьен вышел из себя:

— Рейчел, он пытался тебя убить!