Ловушка для лжепринцессы - Ульяна Муратова

в своих выводах, но ты так легко сдалась и сама призналась.

Что?! Он сомневался? Но он выглядел так, будто этих самых сомнений нет никаких!

Видимо, обиженное недоумение отразилось на моём лице, и он снова улыбнулся, ласково погладив шею, которую только что чуть не сломал.

Я сипло проговорила:

— Уберите руки, меня не привлекают мужчины, готовые меня задушить.

— Лисса, ты права. Мне не стоило применять силу. Но я хочу, чтобы ты знала: ты нравишься мне гораздо больше, чем Лала. Ты мягче и женственнее.

Слабее, имел он в виду. Но руку убрал. Зато наклонился к самому уху и горячо зашептал:

— А ведь я могу быть очень нежным, Лисса. И очень благодарным. Ты пока сама не знаешь, какой мужчина должен быть рядом с тобой, но я помогу разобраться. И сумею сделать тебя по-настоящему счастливой.

Видимо, в его представлении счастье — это когда женщину сначала чуть не задушили до смерти, а потом нахрипели в уши сомнительных комплиментов. Вот только я с абьюзером никаких дел иметь не собиралась. Если мужчина применяет ко мне силу, то в тот же момент он теряет моё уважение и больше никогда не сможет его вернуть.

Никогда!

— Отойдите от меня. И если у вас есть вопросы — задавайте их королю.

Вместо того чтобы отстать, канцлер схватил меня за руку и потянул за собой.

— Не могу. Видишь ли, король занят одним важным делом, а мне нужно успеть кое-что проверить, пока ещё есть время.

Салаир тащил меня за собой, и за его широким шагом приходилось чуть ли не бежать. К чему такая спешка? Вот только открывать рот и спрашивать я поостереглась.

«Вайсленира Кроная!» — отчаянно позвала я, когда мы достигли дворца.

За его пределы призраку старухи было не выбраться, да и в здании он мог перемещаться только в трёх крыльях из пяти. Но ответа не было. Полтергейст молчал. И кто мне поможет тогда? От волнения и страха закружилась голова. Казалось, будто земля под ногами ходит ходуном.

— Вайсленир Салаир! Куда вы меня тащите? — голос был осипшим и словно чужим.

Таким же чужим, как дворец, в котором я жила, имя, которым меня называли, и роль, которую я вынуждена была исполнять.

— Потерпи, Лисса. Осталось недолго!

Канцлер взбесившимся паровозом тянул за собой, и я побоялась споткнуться и растянуться на ступеньках. Служащие и стражники при виде него брызгами разлетались в разные стороны, освобождая дорогу.

Чего я точно не ожидала, так этого того, что наш путь закончится в тронном зале. В него Салаир меня буквально внёс, тесно прижав к себе, когда я споткнулась на пороге. Массивная дверь захлопнулась за нами, отрезая все пути к отступлению.

«Кроная!!!» — заорала я мысленно, но в ответ донеслось лишь невнятное мычание.

Отпрянув от канцлера, я оказалась практически посередине просторного явно старого помещения. Стены здесь выглядели иначе, а над головой была древняя сводчатая крыша, и я с удивлением поняла, что это небольшая часовня, которую затем встроили внутрь другого здания. Вернее, более новое здание построили вокруг. Здесь я ещё не бывала, и теперь настороженно смотрела на Салаира.

— Чего вы от меня хотите?

— Хочу проверить, сможешь ли ты сесть на трон.

— Что? — в страхе отступила я. — Зачем?

Последний вопрос можно было не задавать. Канцлер желал стать королём. Неосторожный вопрос разрушил эту возможность, лишив его доверия Лалиссы, и теперь он хотел попробовать на роль королевы меня. А что если я действительно смогу сесть на трон? Тогда спасения от Салаира не будет никакого. Он избавится от королевской четы и их дочери, а если стану слишком неудобной, то и от меня. Останется единственным законным правителем Гленнвайса. На что не годилась своенравная принцесса, вполне может сгодиться бесправная попаданка-самозванка. А ведь я даже не смогу никому рассказать об этом обмане в ближайший год!

Салаир шагнул ко мне и поймал в ловушку тяжёлых рук.

— Ты вся дрожишь. Зря. Мы поладим. Ты станешь моей королевой. Я уверяю тебя, что со мной ты не будешь нуждаться ни в чём. И будешь в безопасности.

Буду в безопасности? А кто спасёт меня от самого канцлера? И как я смогу вернуться домой, если принцесса погибнет?

— Вайсленир Салаир, я пока не готова стать вашей королевой… Мы слишком мало знакомы… — я часто дышала, лихорадочно пытаясь найти лазейку для спасения. — И теперь вы меня пугаете. Давайте сначала познакомимся поближе? Сходим завтра на свидание? Вы расскажете немного о своём детстве…

— Боюсь, на такие штуки времени у нас нет, Лисса, — он прижал меня к себе ещё теснее и прикусил мочку уха.

По телу пронеслась дрожь. Но не наслаждения, а страха. Я ясно понимала, что Салаир из тех мужчин, что не успокоится, пока не сломает и не подчинит себе женщину до конца. А мне эти игры были не по вкусу. Властные властелины и альфа-самцовые альфа-самцы никогда меня не привлекали, скорее пугали желанием насадить свою волю и подмять под себя всё, что движется. Хотя определённое очарование в таких мужчинах есть, кто бы спорил. Но лучше ему не поддаваться.

— Почему нет времени? — только и спросила я, пытаясь сообразить, как выкарабкиваться из новой ловушки.

Канцлер действительно торопился, но куда? Или произошло нечто, о чём я не знала?

— Сядь на трон, Лисса. От того, получится у тебя или нет, зависит абсолютно всё. Если ты сможешь — станешь самой счастливой женщиной на свете. Если нет, я навсегда оставлю тебя в покое и никому не расскажу о твоей тайне. Даю слово.

В такой принудительной форме становиться самой счастливой женщиной на свете как-то не очень улыбалось. Но я прекрасно понимала, что канцлер не отлипнет, он же не банный лист. Такого душем не смоешь. Хотя в одном он говорил правду: если на трон сесть не получится, то я моментально перестану его интересовать.

А вдруг получится? И что делать тогда?

— Зачем? То, что вы задумали — это государственный переворот и измена. Я не смогу в этом участвовать. Клятва не позволит. Я умру раньше, чем вы сумеете мною воспользоваться.

— Милая наивная Лисса, — улыбнулся он, проводя пальцами по ключице, — нет такой клятвы, которую нельзя было бы снять или просто на просто обойти. Если ты станешь моей королевой, то тебе ни о чём никогда не придётся волноваться.

Салаир верил в