Жена некроманта (СИ) - Романова Архелая

— Понятия не имею, — дернула я плечами. — Во всяком случае, это еще не точно. Вполне вероятно, что Тони ошибся. Когда приедет Эдвард, можно будет расспросить его.

Мелли согласно кивнула, и подняла глаза. Я проследила за ее взглядом, и заметила, что Финн с Энтони уже договорили, и сейчас испытующе смотрят на Стелу, которая от такого пристального внимания съежилась еще больше.

— Думаю, нужно все объяснить, — тихо произнесла Мелли. — Рассказать все, что мы узнали.

Я вздохнула. Ну, да, придется, иначе Энтони сейчас прожжет в Стеле дыру. Кашлянув, я встала и обратилась ко всем в гостиной:

— Дорогие… э-э-э, друзья и родственники, — начала я неуверенно. Леди Мойра хмыкнула, но, заметив мой яростный взгляд, уткнулась в чашку с чаем. — Сегодня кое-что произошло…

— Кое-что? — рявкнула злая Присцилла. — Где мой жених?

Ну, вот этого я и боялась. Набрав в грудь воздуха побольше, я честно призналась:

— Сбежал.

— Сбежал? — взвизгнула Цилла, краснея от гнева.

— Я бы от такой тоже сбежала, — пробормотала Стела, вызвав смешок у Финна и леди Мойры. Леди Глэдис поспешила встать на защиту дочери:

— Виринея, дорогая, что случилось? Я проспала весь день, а когда Цилла меня разбудила, то половина дома оказалась разрушенной… До меня дошли сведения, что Филипп напал на вас. Разве это возможно?

— Возможно, — устало ответила я, и махнула рукой. — Давайте я расскажу все по порядку, а потом вы зададите все вопросы. Хорошо?

Все кивнули, кроме Присциллы — та наморщила нос и презрительно фыркнула, но Энтони так посмотрел на нее, что девчонка тут же замолкла.

— Отлично. Начну, пожалуй, — кашлянула я. — В первую ночь в Рогорне я услышала странный шум, донесшийся из коридора. И решила проверить комнату, из которой, как мне показалось, доносился странный шум. Это был кабинет покойного лорда Кастера, но, как вы понимаете, я не смогла определить, взяли ли что-нибудь оттуда, поскольку была там впервые.

— Тогда украли мертвый камень? — вмешалась в разговор леди Глэдис. — Так это все-таки были не вы? Но тогда кто? Леди Мойра?

— Что за чушь ты несешь?! — рявкнула старушка на невестку. — Совсем ополоумела? Камень и так принадлежит мне, зачем мне его красть?

— Тихо, — топнула я ногой, пока две леди не начали друг друга убивать. — Да, леди Глэдис, именно в ту ночь украли мертвый камень. Но это сделала не я, и не леди Мойра.

— Но кто? — вздорно осведомилась бабушка Энтони. — К камню может прикоснуться лишь тот, в ком течет магия Баллардов…

— Кажется, я знаю, кто, — произнес мой муж и посмотрел в сторону Стелы. Я согласно кивнула, и попросила:

— Давайте не будем забегать вперед. Я рассказываю все по порядку. Утром мой супруг пришел к тому же выводу, что и вы, леди Мойра. И решил, что камень взяла я. Но, как уже упоминалось, я не имела к этому никакого отношения, поэтому с Мелли решили разобраться с таинственной пропажей реликвии самостоятельно.

— Как неожиданно, — едко прокомментировал Финн. Мелли шикнула на него, и ласково взяла под руку.

— Затем, — продолжила я, — леди Мойре внезапно стало плохо. Она упала, и Полли стала кричать. К счастью, с нами была Амеллин, которая сразу же определила, что это отравление, и Энтони оказал помощь своей бабушке. Если бы не эти два факта, думаю, леди Мойра оказалась бы мертва.

Я посмотрела на старушку, а та внезапно обвела всех присутствующих мрачным взглядом и торжественно кивнула. Ухмыльнувшись, я сказала:

— Амеллин выявила, что это было отравление ивнянкой. Позже ко мне в комнату пришла Полли — она плакала и говорила, что леди Мойра обвиняет ее в отравлении. Также она сообщила, что из ее чемодана пропали семена той самой ивнянки. Она была так убедительна и искренне рыдала, поэтому мы ей поверили.

— Но ведь это была она, да? — сжав ладони в кулаки, спросила Стела. Я кивнула.

— Да, это была Полли. Именно она добавила перетертые семена в соус для печенья, и отнесла леди Мойре. Полли не рассчитывала, что мы так быстро определим, из-за чего ее подопечной стало плохо, а если и выявим отравление, то потребуется время, чтобы понять, чем конкретно отравили леди Мойру. Ведь Полли не ожидала, что ко мне в гости приедет Амеллин. А когда все узналось, она поспешила выдумать кражу семян, чтобы обезопасить себя.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Вот дура, — фыркнула Цилла.

— Молчи, — одернула ее мать и повернулась ко мне с милой улыбкой. — Продолжайте, Виринея. Мы вас слушаем.

— Когда Полли поняла, что убить леди Мойру не удалось, они с Филиппом решили действовать по-другому. Да, — заметив недоуменные взгляды, пояснила я, — Полли и Филипп работали сообща. Они были любовниками.

Присцилла издала странный звук и зажала рот рукой, а леди Глэдис ахнула.

— И это еще не все. Полли не была травницей. Она была магом Земли, — холодно добавила я. — Тем временем мы с Мелли установили ловушку: оставили на ночь растение в коридоре, чтобы утром узнать, кто ходит ночью возле кабинета. Для тех, кто не знает, объясню: Амеллин — одаренная, и ее Дар заключается в способности разговаривать с растениями и деревьями. Майло, кхм, то есть цветок Мелли, утром поведал нам внешность ночной гостьи. И это оказалась, — я перевела взгляд на Стелу, — ты, Стела.

Девушка кивнула, чем вызвала рокот и возбужденные крики.

— Но как?

— Как она смогла взять мертвый камень?

— Невозможно! — крикнула леди Мойра.

— Возможно, — поправила я ее снисходительно. — Видите ли, лорд Кастер был неверен леди Глэдис. И у него родилась дочь на стороне — Стела.

— Что-то такое я и подозревал, — буркнул Энтони.

Я с жалостью посмотрела на мужа: узнавать такое о своих родителях всегда неприятно. Глаза леди Глэдис наполнились слезами, а вот леди Мойра только выпрямила спину и поджала губы — для нее новость не стала шоком.

— Стела устроилась работать сюда, чтобы отомстить за мать, — сказала я. — Ее мама погибла, заболев, а лорд Кастер отказался помочь им. Стела решила выкрасть артефакт, зная, что король не одобрит подобной халатности, и накажет род Баллардов.

— Верно, — спокойно подтвердила мои слова Стела. — Но… Я передумала. Виринея и Амеллин… Они переубедили меня. Сказали, что дети не виноваты в грехах своих отцов, и что лорд Энтони ничего не знает обо мне, поэтому и не может помочь. Виринея попросила меня дать ему шанс.

Девушка посмотрела на брата, и Энтони вдруг широко ей улыбнулся.

— Конечно, — произнес он. — Добро пожаловать в семью… Сестра.

— Это еще неизвестно, — проворчала леди Мойра. — Вдруг девчонка врет?

— Нет, — отрезал Тони, и подошел к Стеле, беря ее за руку. — В момент сражения я коснулся ее магии. В ней течет кровь Баллардов. И, Стела, — он обратился уже к ней, — прости моего отца за свою мать. Позже я бы хотел поговорить с тобой наедине, более подробно.

Стела благодарно улыбнулась и кивнула, усаживаясь обратно. Плечи ее распрямились, и сама она стала словно красивее и выше. Чувствуя прилив гордости за нее, я сообщила:

— Вернемся к Филиппу и Полли. Лавин понял, что теперь за леди Мойрой будут тщательно следить, а его самого вскоре призовет Эдвард, и шансов убить леди Мойру не останется. Тогда он решил объявить о помолвке с Присциллой, чтобы оставаться в замке как можно дольше. Разумеется, ни о какой свадьбе Филипп даже не задумывался.

Мрачная и бледная Присцилла молча сжала руку своей матери, ища поддержки. На глазах девушки застыли слезы унижения. Ощущая неловкость, я продолжила:

— Но Мелли застукала Филиппа и Полли вместе. Она рассказала мне, а потом мы выяснили, что все это время Полли травила леди Глэдис — под видом лекарства от головной боли она давала ей другое снадобье, которое при передозировке вызывает смерть. Тогда мы решили действовать. Связаться с Энтони, который уехал в Уит-Хэй, не получилось — в кабинете нас застукал Филипп. Поняв, что мы все знаем, он напал на нас. Лавин намеревался обставить все так, будто мы с леди Мойрой повздорили, и убили друг друга. Планировалось, что я умру от руки некроманта, а леди Мойра — от мага Земли. Амеллин должна была стать случайной жертвой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})