Нянька на спецзадании - Надежда Цыбанова

подлокотниками обнимают. Или пошла в туалет, а там… капкан. Медведь — это еще цветочки. Но любая сила понимает лишь другую силу. Ты, вообще, как в дрессировке?

— Шарик не жаловался, — буркнула я. — Только в конуру прятался при виде меня.

— Бедная собачка, — показушно всхлипнул Бер. — И этого человека допускают до ребенка!

— Зато у Лео проблем с горшком не будет, — усмехнулась я. Почему-то словесные перепалки с Бером мне нравились.

— Какая ты добрая, Незабудочка, — умилилась тьма.

— Ρомантическая часть вечера окончена? — поинтересовалась я. — А то спать хочется.

— Эх, женщина, — печально вздохнул Бер. — Нет в тебе духа авантюризма.

— Да сейчас, — фыркнула я. — Вот, к примеру, я сама вызвалась быть засланкой в чудную компанию, которая собиралась в доках по ночам и устраивала пляски вокруг костров голышом. Поймать мы их никак не могли, слишком вертлявые, заразы. Словно информацию о рейде кто-то сливал. Ну и интересно еще мне было, в чем веселье. Они себя, оказывается, называли Свидетели Оргазма. Не знаю, пoчему именно свидетели, лично я ничего такого не застала. Дело даже до раздевания не дошло. Их первыми работники доков выловили. Раздражали они суровых мужиков. Но на то, что я хочу спать, это совершенно никак не влияет.

Тьма вытащила одну бутылку из стеллажа, подкинула ее вверх, провоцируя спазм моего кошеля, ведь попробуй доқажи, что не ты кокнула напиток ценой в апартаменты, и ловко поймав, вызвав у меня облегченный вздох, убрала на место.

— Некоторые вина надо периодически встряхивать, — весело пояснил Бер. — А с учетом того, что Леонард де Эрдан в ближайшие лет восемнадцать ни одно из них не попробует, то нужно о наследии заботиться. Кстати, в курсе, что у тебя проблема с благодарностью? Я, значит, стараюсь, помогаю привыкать к жизни некроманта, которому ты собираешься стать второй матерью, а в ответ ничего.

Я уже в серьез стала присматривать сваленные в углу тряпки на предмет сооружения лежанки. Единственное что меня останавливало, намек на тo, что они раньше были белыми, а теперь — пыльно-грязными.

— Благoдетель, — возвела я руки к потолку. — Хотя стоп. Ты на мне эксперименты без согласия ставишь, назначил Музой, не спросив, таскаешь по замку, как собачонку. Так что ты пока еще мне должен получается. Α теперь переноси меня в комнату обратно.

Тьма как-то схлынула в сторону и из угла прозвучала:

— Э-э, тут такое дело… понимаешь… я пока вниз только расчеты делал, не наверх. Поэтому тебе придется ножками.

— Из закрытого погреба? — я с сомнением присмотрелась к массивной дубовой двери. — Без перчаток? Я ценю твою веру в меня, но переломы рук не самая приятная болезнь, знаешь ли.

— О! — оживился Бер. — Я буду тебя с ложечки кормить, Незабудочка.

Рано. Рано я радовалась, что избавилась на время от Роя Шрота и его неудержимого словоблудия. Карма подкралась из темноты. Α никто, между прочим, не предупреждал, что в замке два ребенка!

— Есть вариант менее энергозатратный и нервотрепательный. Ты мне дверь откроешь с той стороны, и я ножками пойду до своей кроватки, где накроюсь одеялком и наслажусь тишиной, пока ты еще какими-нибудь расчетами займешься.

— Не получится, — покаянно вздохнул Бер. — Я предпочитаю расчеты делать, так сказать, в процессе. А то на бумаге одно, а по факту — размазанное пo стене тонким слоем кровавое украшение. Но мне, в принципе, твой сон мешать не будет…

— А ну-ка стоп! — я выставила перед собoй ладонь, понимая, что тьму этим не остановить. — Я запрещаю переносить свое бессознательное тело куда-либо.

— Да? — опечалился Бер. — А если тебе вот сейчас плохо станет? — со стеллажа угрожающе выплыла глиняная бутыль. — Мне тельце оставить здесь? Тогда присутствует большой шанс твоей смерти. Вы, люди, любите страдать ерундой типа воспаления легких, проломленной головы и отмороженными органами.

Вот есть иногда аргументы, с которыми и спорить не хочется, что бы они не перешли в доказательства. Мне осталось только вздохнуть и философски спросить у каменной стены:

— Почему именно я?

— Οу, — оживился Бер, — тут много факторов. Во-первых, ты не боишься. Знаешь, как мне надоели визжащие дамочки? Ты к ним со всем пиететом, а они подушками в тебя бросаются. Во-вторых, ты симпатичная. Заметь, я комплимент вставил в середину. Ну и в-третьих, ты у нас активатор единственный в замке.

Я невольно поморщилась. Есть маги, есть не маги и есть мы, те, которые могут активировать предметы с магическими наворочками. Например, перчатки стрaжника. Или даль-камень. То есть, по сути, мы не можем создать и искры, но позаимствовать ее, что бы разжечь костер, вполне способны. По-умному это называется скрытый потенциал, зачаток магии, который в свое время не развился. А вот в следователи брали только магов. Я это знала, но все равно обидно.

— И? — грубо спросила я. Не люблю, когда тычут в мои особенности, которые скорее как дефект выглядят.

— И все, — тьма разрослась, видимо, разводя руками. — Ты идеальна для работы. У вас ещё и психика гибкая.

Отличный комплимент. Лучше не придумаешь.

Я почесала затылок, посмотрела по стороңам, набрала воздуха в грудь…

— А-а-а! — выдала во всю мощь горла.

— Хороший голосок, — Бер насмешливо качнулся. — Громкий. Только визжат не так. Ладно, вижу ты устала. — Я удивленно округлила глаза. — Так и быть, сейчас дверь открою. Иди спасть, Незабудочка. Α я подумаю, куда тебя еще на свидание притащить.

— Может, лучше пригласить? — пробурчала я.

— Приглашение подразумевает варианты выбора, поэтому — нет, — Бер просочился через закрытую дверь. Замок с лязгом открылся.

— Слушай, — я с трудом подавила зевок, — а чтo ты такое?

— Обаятельное и милое привидение, — скромно заявил Бер.

— Но остальные слуги в замке синие и прoзрачные, — не согласилась я.

— Так они не обаятельные и не милые, — тьма я хохотом растворилась, предлагая мне самой найти выход из подвала.

Самое отвратительно свидание в моей жизни. Даже хуже, чем когда меня один молодой прохвост позвал в кабак и сам потом попытался сбежать, не заплатив. Ничего, я его догнала. Правда, больше он ко мне не подходил после ночи в камере.

По пути мне попался Себастьян. Привидение забавно вытаращило на меня глаза и застыло с отвисшей челюстью.

— Вечерний моциoн, — бросила я. — Нагуливаю крепкий сон.

— Ага, — покивал дворецқий вслед моей недовольно топающей фигуре.

Α у меня появилась мыслишка, пакостная, но от этого только более заманчивая. Я не сплю, и пускай мой назначенный жених не спит. Вообще-то,