Ректор для лучницы. Тень из Дома Ночи - Татьяна Булгава
— Я думал, ты умерла, — прошептал он.
— Я хотела, чтобы ты так думал, — ответила Элинор. — Так было безопаснее.
— Для кого?
— Для нас обоих.
Лисса кашлянула, напоминая о своём присутствии.
— Это Лисса, — сказал Ксавьер, отстраняясь. — Моя… начальник стражи.
— И не только, — Элинор посмотрела на Лиссу долгим взглядом. — Я вижу, как ты на неё смотришь. Как твой отец смотрел на меня когда-то.
— Мы ещё не…
— Я ничего не спрашиваю, — женщина подошла к Лиссе, взяла её за руку. — Спасибо, что бережёшь моего мальчика.
— Это моя работа, — ответила Лисса, смутившись.
— И моя жизнь, — добавил Ксавьер. — Мама, почему ты приехала? И почему раньше не дала о себе знать?
Элинор тяжело вздохнула, села на стул.
— Потому что я боялась. Боялась, что тебя убьют, как убили твоего отца. Что Совет найдёт тебя и уничтожит. Что моя любовь станет для тебя смертельным приговором.
— Но теперь?
— Теперь ты ректор. У тебя есть власть. И есть люди, которые готовы защищать, — она посмотрела на Лиссу. — Я приехала, чтобы рассказать правду. Всю. Какую ты хочешь услышать.
— Хочу, — Ксавьер сел напротив. — Рассказывай.
Элинор начала рассказ тихо, будто боялась, что стены имеют уши.
— Твой отец, Эрик Дандар, был старшим сыном в семье. Ему принадлежал трон по праву рождения. Но его младший брат, Фредерик, всегда завидовал ему. Фредерик был слабее магически, но хитрее. Он плел интриги, собирал компромат, подкупал свидетелей.
— А Грейвз и Арно? — спросил Ксавьер.
— Грейвз был другом твоего отца. Или казался. На самом деле он работал на Фредерика. Передавал информацию, подписывал фальшивые приказы. Арно финансировал заговор. А капитан Ирвин… он должен был охранять Эрика, но его подкупили.
— Ирвин? — переспросила Лисса. — Тот самый, которого Дориан обвинил в убийстве?
— Да, — Элинор сжала кулаки. — Ирвин убил твоего отца. Не по приказу Совета, а по приказу Фредерика. Он нанёс удар в спину, когда Эрик возвращался из дворца. А потом подделали документы, что это была казнь за измену.
— И никто не расследовал?
— Расследовал. Но следователя убили. Ирвина — «оправдали за недоказанностью». На самом деле его просто убрали с глаз долой, отправили на юг, где он погиб в стычке с контрабандистами. По крайней мере, так гласит официальная версия.
Ксавьер встал, прошёлся по кабинету.
— А Дориан? Откуда он узнал?
— Дориан — сын Эрика от служанки. О нём никто не знал, кроме меня и одного старого слуги. Эрик признал его перед смертью, но письмо затерялось. Дориан нашёл его много лет спустя. И начал искать правду.
— И нашёл.
— И нашёл, — кивнула Элинор. — Он нашёл письма Грейвза, показания Арно, дневник Ирвина. Всё это доказывало, что твоего отца убили заговорщики. Но Дориан пошёл дальше. Он захотел мести. Крови.
— А ты? Ты хотела мести?
— Я хотела справедливости, — Элинор посмотрела на сына. — И я хотела, чтобы ты выжил. Поэтому я ушла в тень. Сказала всем, что умерла. Спряталась в горах, в маленькой деревне. И ждала.
— Чего?
— Твоего часа. Когда ты станешь достаточно сильным, чтобы узнать правду. И достаточно мудрым, чтобы не повторить ошибок Дориана.
Ксавьер подошёл к матери, опустился на колени перед ней.
— Я не повторю, — сказал он. — Я не убийца.
— Я знаю. Поэтому и пришла.
Она обняла его, и Лисса отвернулась, чтобы не видеть их слёз.
После разговора Ксавьер настоял, чтобы мать осталась в академии хотя бы на несколько дней.
— Тебе нужно отдохнуть, — сказал он. — И мы должны показать тебе, что здесь безопасно.
— Здесь никогда не будет безопасно, — возразила Элинор. — Но я останусь. Ради тебя.
Лисса помогла устроить её в гостевой комнате, принесла чай и свежее бельё. Элинор смотрела на неё внимательно.
— Ты любишь моего сына? — спросила она.
— Да, — Лисса ответила без колебаний.
— И он тебя?
— Тоже.
— Тогда берегите друг друга, — женщина взяла её за руку. — Я потеряла мужа из-за интриг. Не хочу потерять сына из-за той же причины.
— Я не дам его в обиду.
— Знаю, — Элинор улыбнулась. — Ты напоминаешь меня в молодости. Так же смотрела на Эрика. Так же верила, что любовь победит всё.
— А она победила?
— Нет, — Элинор покачала головой. — Её убили. Но не дай убить свою.
Лисса кивнула и вышла, оставив женщину отдыхать.
•••
Вечером Ксавьер и Лисса сидели на крыше академии, глядя на звёзды.
— Теперь ты знаешь всё, — сказал он.
— Всё, — согласилась Лисса. — И мне легче.
— Легче?
— Да. Потому что правда не так страшна, как неизвестность. Твой отец не был предателем. Ты не сын изменника. Ты — сын человека, который боролся за справедливость и погиб за это.
— Это не меняет моего прошлого.
— Меняет твоё настоящее, — она взяла его за руку. — Теперь ты знаешь, против кого бороться. Не против Дориана. Против лжи, которая убила твоего отца.
— Ты думаешь, мы сможем?
— Мы уже начали, — она посмотрела на звёзды. — Гелла и Омэн с нами. Твоя мать жива. Дориан на юге, но он раскаялся. Мы победим.
— И куратор?
— Куратор — мелкая сошка. Если он встанет на пути — мы его обойдём.
Ксавьер повернулся к ней, взял её лицо в ладони.
— Лисса, — сказал он. — Выходи за меня.
Она замерла.
— Что?
— Я говорю: выходи за меня замуж. Не завтра, не через месяц. Но когда всё устаканится. Когда мы разберёмся с прошлым. Когда академия перестанет дрожать над каждым нашим шагом.
— Ты… ты серьёзно?
— Я никогда не был серьёзнее, — он усмехнулся. — Я люблю тебя. Ты — моя семья. И я хочу, чтобы это было официально.
Лисса молчала несколько секунд. Потом рассмеялась — звонко, радостно, почти истерически.
— Ты идиот, Ксавьер Дандар.
— Это я уже слышал.
— Ты предлагаешь мне на крыше, под звёздами, после того как твоя мать рассказала нам, как убили твоего отца?
— Лучшего места
