Лори Хэндленд - Ущербная луна

— Нет, не застрелили, — пробубнил Салливан.

Так как я уже мысленно примеряла наручники, то не сразу сообразила, о чем идет речь.

— Опять нападение животного?

Я начала вставать, намереваясь осмотреть тело и проверить следы, но дальнейшие слова детектива заставили меня снова плюхнуться на пол.

— Его задушили.

Вот теперь я действительно долго соображала.

— Задушили? Как?

— Голыми руками, как обычно.

Я удивленно заморгала, поняв, что он повторил мои собственные вчерашние мысли. Адам отдал мне свой пистолет. Он мог защищаться только руками. Неужели он так и поступил?

— Отпечатки пальцев? — спросила я.

— «Голыми руками» я сказал образно. Действовали веревкой и, вероятно, в перчатках. Улик очень мало, — тяжело вздохнул детектив. — В Новом Орлеане и его окрестностях участились случаи исчезновений.

— И вы склоняетесь к мысли о серийном убийце, — прищурилась я.

— Я такого не говорил, — с непроницаемым лицом ответил Салливан.

Он и вправду был скуп на слова, умолчав также и том, что делает не в своем приходе. Но я и сама догадалась. Туристы и местные жители пропадают, некоторых из них находят на болоте. Обнаружив тело, полиция Сент-Тэмэни, естественно, вызвала сотрудника, который изначально занимался исчезновениями, чтобы тот проверил, не подходит ли найденный труп под описание кого-нибудь из пропавших.

— Почему вы хотите поговорить с Адамом?

Салливан вскинул брови, но не стал комментировать мою фамильярность.

— На его земле один за другим находят трупы.

— Но ведь другие жертвы погибли из-за нападений животных.

— Верно. Зато этого парня убили, а задушить человека не так-то просто, несмотря на то, что показывают по телевизору. Надо быть сильным и ловким. Это своего рода искусство. И такой человек, как Рюэлль, наверняка им владеет.

— Я слышала, он служил в спецназе.

— Служил... где-то.

— Как это понимать?

— Его дело засекречено и требует более высокого уровня допуска, чем есть у меня.

— Облом, — прошептала я.

Салливан нахмурился.

— Так вы знаете, где он, или нет?

— Нет, — совершенно искренне ответила я.

Детектив изучающе смотрел на меня пару секунд. Его грозный взгляд, вероятно, действовал на большинство людей, но только не на меня. Этот коп не провел восемнадцать лет с моей матушкой.

— Отлично, — произнес он, доставая из кармана пиджака визитку. — Если увидите Рюэлля, позвоните. А еще лучше, попросите его позвонить. Если ему нечего скрывать, мы сразу все проясним.

— Угу.

Салливан глянул в мою сторону, но я только улыбнулась, словно ответила ему без издевки.

— Кем был убитый? — спросила я, провожая Салливана к двери.

— Мы не знаем.

— Да ладно вам, детектив, имя все равно рано или поздно всплывет.

— Надеюсь: тогда я его и узнаю. — Он покачал головой: — У парня не было при себе документов.

— Украли?

— Может быть. Однако зажим с деньгами остался у него в кармане. Совпадений по отпечаткам в базе не нашлось. Нет ни одного заявления о пропавшем человеке с такими приметами.

— Если он приезжий, его могут хватиться не сразу.

Салливан как будто хотел что-то добавить, но поджал губы и оставил дальнейшие замечания при себе. Поскольку тут намечалось расследование убийства, я не стала его винить.

— Если вспомните что-нибудь, что может пригодиться, — сказал он, выходя на крыльцо, — дайте мне знать.

Я кивнула и захлопнула дверь. Наверное, следовало рассказать Салливану о том, что прошлой ночью я была на болоте, но не убивала этого парня и ничего не видела.

Кроме волка или кого-то похожего на волка.

Ложь остается ложью, даже если ты просто о чем-то умалчиваешь. Впрочем, я не хотела, чтобы меня тащили в город на допрос, отрывая от намеченной поездки в фотоателье.

— Если на этих снимках окажется что-то полезное, я сразу же отнесу их полицию, — сказала я, положив руку на сердце. — Клянусь.

Поскольку мою клятву никто не услышал, она не имела большого значения, однако на душе полегчало.

Я обтерлась губкой и почистила зубы над миской. Я не возражала против походной жизни, но ее большим недостатком было отсутствие душа. Придется один-два раза в неделю снимать дешевый номер в гостинице, иначе собственное общество станет невыносимым.

Прихватив пистолет и фотоаппарат — две самые ценные вещи, которые я не хотела терять (хотя состояние вынесенного мусора указывало на то, что в этом доме уже несколько месяцев не было жильцов), — я вышла за дверь.

Что могло отпугнуть бездомных от такой отличной ночлежки? Неужели слухи о смертях?

Несмотря на утреннюю жару, я поежилась. И уже не впервые усомнилась, умно ли поступила, оставшись одна на болоте.

Спрятав вещи в багажник к компьютеру, я отправилась в город. Вероятно, стоило разрядить пистолет — кто его знает, какие тут действуют правила ношения оружия — но, подумав о том, что патроны будут лежать отдельно, а также о бешеном волке или даже о серийном убийце, который кружит и кружит возле меня... я решила, что уж лучше объясняться с полицией.

Я легко отыскала фотоателье, оставила пленку и направилась в библиотеку, чтобы кое-что уточнить. В этот ранний час там было прохладно и пусто, совсем как мне нравилось.

Короткая пробежка по поисковой системе не принесла результатов. Если Рюэлли не написали книгу или не фигурировали ни в одной из них, такая тактика, само собой, не имела успеха, но всегда служила хорошей отправной точкой.

Следующим пунктом программы был стол библиотекаря. Когда сомневаешься — лучше спросить.

— Я ищу сведения об одной местной семье.

Табличка с именем маленькой, худенькой старушки-библиотекарши, щеголявшей в допотопных очках, громоздких туфлях и — подумать только! — в шали, гласила: миссис Бизли.

— О! Изучаете свою родословную?

Миссис Бизли, кажется, обрадовалась такому раскладу, поэтому я согласилась:

— Конечно.

— Фамилия?

— Рюэлль.

Сияющая доброжелательная улыбка старушки поблекла.

— О нет, дорогая, вы, должно быть, ошиблись.

— Это почему же?

— В семействе Рюэллей лет сто не рождалось девочек.

Я не спасовала.

— Мое родство имеет более глубокие корни.

Если уж лгать, то по-крупному.

— Понятно.

Миссис Бизли разглядывала меня поверх очков в проволочной оправе. Интересно, не работала ли она строгой учительницей английского до того, как перекочевала в библиотеку? Я спрятала руки за спину и постаралась прикинуться кроткой овечкой, что всегда давалось мне с большим трудом, учитывая мои огненно-рыжие волосы.