А единороги будут? - Ирина Владимировна Смирнова

все же договоримся? — чуть быстрее, чем обычно затараторила я, стараясь хоть внешне сохранять иллюзию спокойствия, хотя страх уже давно разогнал и злость, и гнев. — Конечно, ты нас сильнее, и мы всего лишь муравьи, которых ты сейчас легко растопчешь. И что потом? Кому ты хочешь доказать, что сильнее нас? Нам? Мы и так это знаем, тем более, если ты сейчас нас уничтожишь, в чем смысл такого доказательства? Самому себе? Ты настолько ослабел за время сна, что тебе требуется такое жалкое подтверждение собственной крутости? Уничтожить тринадцать муравьев?

— Тринадцать обнаглевших муравьев! — прогрохотал Аркат, пока еще продолжающий сохранять человекоподобный облик.

— А что нам еще остается? Мы разбудили тебя, разбудили Шалассу, и что дальше?! — я снова так рассердилась, что забыла про страх. — Сейчас разбудим Илата и останемся где–то у черта на куличках, а вы помчитесь заниматься своими делами? Давай сделаем все честно и правильно! Ты нас на Истейлию, поближе к алтарю, а мы тебе — общую драконью побудку.

— Нет! — громыхнул Аркат, как будто кулаком по столу стукнул. — Сначала вы разбудите Илата, а потом мы доставим вас на Истейлию!

Так, главное, не заржать нервно. Серьезное лицо, следы раздумья, морщинка на лбу от усиленного мыслительного процесса и, наконец:

— Договорились!

Уф. До этого мы просто обсуждали, что драконам все эти сетки охранные и прочие мелочи — не помеха. А теперь у нас есть честное драконье слово, уж не знаю, насколько ему можно верить. Но если не получится, — у нас есть слово короля и его обещание нам помочь. Хотя и королю доверять полностью опасно.

Переходы с помощью дракона происходили в разы быстрее, чем перелеты на джинах. Это было очень похоже на тропу портала у эльфов. Надо было просто всем, практически одновременно, войти в образовавшуюся в воздухе трещину и… провалиться чуть ли не по уши в снег.

— Где мы? — испуганно, поинтересовалась я, как только смогла выкарабкаться и отплеваться.

— Это снежная пустыня на КийЛуне, — сквозь жуткий ветер прокричал нам Аркат.

Стуча зубами от холода, мы столпились, плотно прижавшись друг к другу, и ждали, пока джины раздадут всем зимнюю одежду.

— Илат спит неподалеку, я оставил рядом с ним Шалассу.

Я непроизвольно сморщилась. Вежливая драконица нравилась мне гораздо меньше, чем вспыльчивый огнеплюй. Этим монстром я со скрипом, но уже научилась манипулировать, спасибо хорошему учителю, а вот Шалассой… Даже пытаться не хотелось.

Сохрэб и Аркат пошли впереди, расчищая нам дорогу огнем, следом полз Шакрасис, расширяя путь и утаптывая снег своим тяжелым телом. Мы с Бхинатаром замыкали процессию, отслеживая, чтобы никто не провалился и не потерялся. И, заодно, освещая путь тем, кому было мало эффектных подсветок от первопроходцев.

Идти, действительно, оказалась «недалеко» — не больше получаса. Но к тому времени, как мы пришли, мне казалось, что меня полностью покинула способность слышать звуки, зато белый цвет я возненавидела на всю оставшуюся жизнь.

Сидевшая возле огромного сугроба Шаласса тут же отошла в сторону, уступив нам место. Ормид, одним взмахом руки расчистивший снег, явил миру небольшого, по сравнению с братом и сестрой, дракона. Зато его крылья оказались заметно больше, чем тело, и обязательно должны были функционировать, в отличие от Аркатовских.

Я просто не перенесу, если и этот будет не летучим!

Чешуя у Илата была незаметной, тонкой, светящейся серебристо–белым светом, и весь он производил впечатление хрупкости, порывистости, стремительности.

— Сколько осталось? — задал Аркат загадочный вопрос Шалассе.

— Не знаю. Но тот, кто перенес его сюда, должен был осознавать, насколько это опасно.

Драконица, явно, была взволнована и переживала за брата. Уверена, это все было об Илате. Его гибкое тело было покрыто коркой льда, а дыхание едва различимо.

Дракону воздуха опасен холод?

— Его перенесли сюда совсем недавно, и он, даже сквозь сон, осознавал опасность и призвал меня на помощь, — удосужился Аркат пояснить происходящее, напряженно наблюдая за тем, как Сохрэб, надев маску, принялся выполнять вокруг Илата самый настоящий танец с бубнами. Так как ритуала побудки каждого отдельного дракона не было, или мы не знали, то все жрецы действовали по наитию. Ярим — пинал, орал и ругался. Шакрасис исполнил несколько старинных песен прямо в ухо Шалассе. А Сохрэб решил сплясать, сверкая огненными искрами и гремя в бубен. Получилось очень шумно и красиво, но никакого впечатления на Илата не произвело. Однако джин не сдавался, продолжая танцевать и громыхать.

— А почему вы не перенесли его отсюда? — поинтересовалась я у драконов.

— Интересно, как ты себе это представляешь? — с ехидством уточнил Аркат, не отрывая взгляда от Сохрэба. — Способностей к левитации у драконов нет. Сестра здесь в своем нормальном облике погибнет, я же, один, поднять брата, может, и смогу, но пройти с ним куда–то дальше, чем на пару шагов — вряд ли.

Ну, не драконы, а недоразумения какие–то, честное слово. Еще бы понять, а что за способности у них есть. Вот ходьба между мирами — точно. А что еще?

Так, не о том я думаю… Кто–то решил, что будет надежнее, не жрецов убирать, а самих драконов. Вот, что важно!

И тут Илат, наконец–то, открыл глаза… Огляделся и, обернувшись в совершеннейшего внешне белокожего юношу, с серебристыми длинными волосами, вновь вырубился. Однако теперь мы могли покинуть это страшное место, еще раз прогулявшись вслед за Аркатом.

Спустя минут сорок, мы все, уставшие, расселись у костра, разведенного Сохрэбом возле нашего шалаша. Первым делом мужчины сходили на охоту, так что нам было, что поесть, и даже, что попить, благодаря протекающему неподалеку роднику. И, пока пришедший в себя Илат отъедался и отогревался, я решила удовлетворить свое любопытство:

— А почему ты сразу не открыл портал возле своего брата?

— Потому что он не открывался! — рыкнул на меня Аркат. Как будто это я была виновата, что кто–то решил объявить войну драконам. — Где смог, там и открыл!

— То есть кто–то мало того что охотится на вас, так еще и умеет блокировать вашу магию?

— Это может делать только такой же, как мы! — фыркнул, презрительно Аркат. — Кто–то из сильных первородных.

— Например? Демоны или ангелы?

— Или боги, — спокойно, добавила Шаласса, подсаживаясь к нам поближе. — Сильные боги могут не только помочь, но и навредить спящему дракону.

— Ну вот, только богов нам и не хватало, — устало, вздохнула я и повернулась в сторону джинов и Илата. Дракон, и раньше притягивающий взгляд своей красотой, отогревшись, начал еще и излучать