Фиктивная невеста дракона,или Ходячий кошмар свекрови-тирана - Ксения Винтер
Внезапно пришла мысль, что не просто так леди Малвэйн стала вот такой. Она ведь не родилась тираном и злобной стервой – такой её сделала жизнь. И не последнюю очередь в этом сыграли муж и сыновья.
– Вы явно переоцениваете себя, матушка, – с издёвкой заметил Бернард. – Хозяйством занималась прислуга, которую вы нещадно третировали что тогда, что сейчас. А меня и Стефана воспитывали наёмные учителя. А всё, что делали вы, это бросали презрительные взгляды и осыпали всех недовольством и безосновательной критикой. Впрочем, годы идут, а ничего не меняется, – он усмехнулся. – Вы всё ещё всем и всеми недовольны. Только теперь ещё и строите из себя великого мудреца, познавшего жизнь. На самом же деле вы просто старая злобная мегера, неспособная любить никого, кроме себя.
Леди Малвэйн схватила свою чашку и с размаху швырнула в Бернарда, явно метя в голову – тот легко увернулся от снаряда, и чашка улетела прямиком в камин, с жалобным звоном разбившись на мелкие осколки.
– Неблагодарный избалованный мальчишка! – зло выплюнула леди Малвэйн. – Как смеешь ты разговаривать со мной в таком тоне? Я – твоя мать! Если бы не я, тебя бы не было на этом свете.
– Возможно, – легко согласился Бернард. – Однако и я, получив титул, не вышвырнул вас вон из поместья, переселив в какую-нибудь глушь, а оставил здесь полноправной хозяйкой. Хотя поверьте, мадам, желание вычеркнуть вас из жизни было нестерпимо сильно. И всё же я сдержался и сохранил вам всё, даже финансовую свободу. Однако я в любой момент могу и передумать, – Бернард смерил мать холодным взглядом. – Вы можете сколько угодно играть в свои игры со Стефаном, можете третировать Габриэллу и издеваться над слугами. Но не забывайте, кто на самом деле хозяин этого дома и кому всё здесь принадлежит. – Бернард презрительно скривился. – Я не отец, и не буду терпеть ваши выходки ради сохранения своей репутации в обществе. Мне на неё просто плевать.
На несколько мгновений в комнате повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов на стене.
– И правда, ты совершенно не похож на отца, – сухо проговорила леди Малвэйн, поднимаясь из-за стола. – Ты в сто раз хуже.
– Ну, хоть в чём-то я смог его превзойти, – с горечью откликнулся Бернард.
– Что-то я устала, – леди Малвэйн перевела взгляд на Стефана. – Проводи меня в мою комнату.
– Да, матушка.
Я ощутила лёгкое чувство дежавю.
В повторении вчерашнего ужина, Стефан шустро выскочил из-за стола, взял мать под руку и вывел её из столовой, оставляя меня наедине со своим братом.
Только теперь я не ощущала ни опасения перед Бернардом, ни удовлетворения от торжества над Малвэйн. Напротив, женщину мне было откровенно жаль. А Бернард вызывал лишь чувство брезгливого недоумения.
– Я не знаю, чем леди Малвэйн вас так обидела, граф Годард, но сейчас вы вели себя просто отвратительно, – ровным голосом проговорила я.
– Да неужели? – Бернард скривился. – То есть вы весь обед с помощью магии вертели её чашку туда-сюда, заставляя матушку нервничать, но отвратительно себя вёл именно я? Я лишь напомнил Малвэйн действительное положение вещей. А то, судя по её поведению, она стала забывать, кто настоящий хозяин в этом доме.
Я укоризненно покачала головой.
– То, что вы хозяин в этом доме, не даёт вам права относиться к людям, зависящим от вас, точно к мусору, – заметила я отстранённо. – Тем более к собственной матери.
– Вы тоже считаете, что я должен пресмыкаться перед ней только из-за того, что она дала мне жизнь?
– Нет. Но полагаю, элементарное уважение она точно заслужила.
– Нет, не заслужила, – отрезал Бернард. – Чтобы тебе выказывали уважение, нужно уважительно относиться к людям в ответ. Знаете, как старики в деревне говорят? В лес кричишь насрать, оттуда тоже слышится насрать. И моей матери стоит об этом помнить.
– В таком случае не удивляйтесь, граф, когда однажды это “насрать” полетит и ваш адрес.
Я уверенно смотрела Бернарду прямо в глаза, а он не отводил взгляда, словно пытался таким способом доказать своё превосходство.
– Прошу меня извинить, – в наш разговор внезапно вмешался дворецкий, тем самым прервав игру в «гляделки». – Госпожа Габриэлла, к вам посетитель.
– Что? – я даже на мгновение растерялась. – Какой ещё посетитель?
О том, где именно я нахожусь, знают только Агата и Морган. И никто из них точно не явится сюда, тем более без предупреждения.
Приглашение
Спустившись в холл и увидев Моргана с Агатой, я сначала испытала облегчение, а затем напряглась ещё сильнее.
– Что вы здесь делаете? – спросила я, переводя обеспокоенный взгляд с подруги на брата и обратно.
– Прости, пожалуйста, что мешаем тебе развлекаться, но дело, и правда, срочное, – на одном дыхании выпалила Агата, после чего легонько пихнула Моргана в плечо, подталкивая ко мне.
Морган выглядел крайне смущённым и при этом донельзя обеспокоенным, чем заставил меня разволноваться ещё сильнее.
– Неужели впервые за четырнадцать лет ты умудрился что-то натворить? – шутливо спросила я.
– Не говори глупости! – тут же возмутился Морган. – Тут дело вообще не во мне. Вернее, не только во мне, а в нас обоих.
– Может, ты уже прекратишь нагнетать и нормально объяснишь, в чём дело? – я начала немного раздражаться.
Ну, вот что за привычка ходить вокруг да около вместо того, чтобы просто взять и всё прямо сказать?
Морган тяжело вздохнул, засунул руку во внутренний карман сюртука и вытащил небольшой бежевый конверт, который и вручил мне.
Конверт был подписан изящным витиеватым почерком, и был адресован нам обоим.
Я перевернула конверт, намереваясь его открыть, и моё сердце пропустило удар.
Сургучная печать была сломана, а значит Морган (а возможно ещё и Агата) письмо уже прочёл. Что, в общем-то, совсем не страшно. Испугало меня другое. На том, что осталось от печати, отчётливо виднелся герб нашего отца.
«Что этому высокородному мудаку от нас нужно?» – сразу же возникла в моей голове мысль, наполненная жгучей смесью из злобы, обиды и тревоги.
Я открыла конверт. В нём оказался сложенный вдвое лист, к которому прилагалась небольшая (размером с мою ладонь) карточка из плотного картона, оказавшаяся приглашением на именины
