Кот в мастерской - Алёна Кручко

— Рем, отвали от нее!

— Что здесь происходит?

Пит и Ольг, практически одновременно. Барс выдал еще одну переливчато-рычащую, явно угрожающую руладу и пошел на Рема — боком, на прямых ногах. Бойцовый кот в атаке!

— Лучше свали, пока цел, — сердито посоветовала Рита. — А то будешь с разодранным лицом ходить, и это еще в лучшем случае.

— Кто впустил сюда этого зверя? — «Ромео» пятился, Барс вопил, а Пит вдруг хмыкнул — громко так, издевательски, и сказал:

— А его не надо впускать, он сам войдет. Ты, Рем, осторожней с ним.

— Рита? — Ольг выглядел недовольным: еще бы, срывают тут ему рабочий процесс.

— Сидела, читала, никого не трогала, — пожала та плечами, — вдруг вперся ваш работник и начал ко мне нагло клеиться. На просьбу уйти не отреагировал.

— Рем, — Ольг перевел взгляд на «Ромео», — если тебе очень скучно без работы, иди наведи порядок на своем стеллаже. Лишним не будет. Зайдешь еще раз к Рите без рабочей необходимости — оштрафую. Остальных тоже касается.

— Вот-вот, цирк нашли, — поддакнула Рита, вдруг осознав, что стена вообще-то стеклянная, а значит, все имели возможность наблюдать приставания «Ромео», можно сказать. в прямом эфире. Шоу «За стеклом», чтоб их! — Барс, один ты меня любишь и защищаешь, оставь этого типа, иди ко мне.

— Психическая, — пробормотал себе под нос «Ромео», выходя. «Ну и хорошо, — подумала Рита, — больше не полезет».

А Барс и усом не повел. Замер, утробно рыча, и так и стоял, пока все не вышли, а Рита не осталась в гордом одиночестве. Не считая, конечно, великолепного и грозного рыжего защитника. И только тогда гордо прошествовал к ней и позволил сгрести себя в охапку.

И вот тут-то, задним числом, Риту и накрыло. Не настолько, чтобы забыть о стекле и разрыдаться у всех на глазах, но затрясло ее очень даже ощутимо. Барс заурчал, затарахтел старательно, затоптался лапами по коленкам, а Рита держалась за него, как за спасательный круг в море. И успокаивалась. Барс отлично заменял любое успокоительное, причем без всякой магии. Или это только казалось, что без магии?

Она не знала, сколько так просидела. Рассеянно гладила кота и из принципа не поворачивала голову в сторону мастерской, хотя так и тянуло проверять, смотрят ли оттуда на нее.

Звякнул колокольчик над открывшейся уличной дверью, и Рита тут же выпрямилась, отпустив кота: клиент! Но это оказался Пит. Поставил перед ней на стол бутылку лимонада, положил большой пакет с пирожками.

— Держи, поешь.

— Спасибо. Только куда мне столько, объемся! Бери тоже.

Откусила пирожок — оказался с мясом, сочный, горячий, как раз в обед перекусить, — и спросила:

— Этот… Рем, да? Он, вообще, кто?

— В каком смысле — кто?

— Ну, почему он такой наглый и так уверен, что ему ничего за это не будет? У него папа прокурор, дедушка миллиардер, или он, может, уголовник, которого все тронуть боятся? Нельзя же на ровном месте так хаметь?

Пит хмыкнул.

— Его просто девушки любят.

— Да ладно?!

— Серьезно. Он у нас неотразимый кавалер, любимец дам, все клиентки просятся только к нему.

Рита фыркнула, чуть не подавившись пирожком.

— Знаешь, как у нас говорят? «Вам шашечки или ехать»? В смысле, клиенткам вашим что нужно, машина на ходу или мужик? Может, устроить тут комнатку с не стеклянными стенами и брать почасовую оплату? А то, посмотрите, какой ценный кадр простаивает!

— А ты злая, — Пит взял себе пирожок, откусил. — Я не имел в виду, что все тут же падают в его объятия, но, чтобы даже поболтать отказывались — такого, кажется, еще не бывало.

— Ну да, то-то я смотрю, он все понимает с точностью до наоборот. Ему говорят «выйди и дверь за собой закрой», а он слышит: «Иди сюда и поцелуй»? Есть у вас доктора, которые нарушения слуха лечат? Вот, ему туда.

Пока говорила, Барс стянул надкусанный пирожок, но Рита возмущаться не стала. Сегодня он и больше заслужил!

— Завтра надо взять что-нибудь почитать. У вас не так много клиентов.

— День на день не приходится. Лучше так, чем очередь, в которой каждый вопит: «Мне срочно!» — Пит дожевал пирожок и предложил: — Давай тебя домой отпросим? Если кто еще появится, вон, Рем пускай принимает. А ты нам с Айзой нужна, посоветоваться.

— Да я-то не против, главное, чтобы твой отец не сказал, что я в первый же день с полдня сбежала.

— Не скажет. Хочешь, пойдем, спросим?

Барс мрявкнул и вспрыгнул Рите на плечи.

— Это значит: идите, но только под моим присмотром? — спросил у него Пит. — Совсем ты, брат, мне не доверяешь.

— «Доверяй, но проверяй», — хмыкнула Рита.

Зато надо было видеть, как смотрели на этот «воротник» Рем и остальные, пока для Риты безымянные, работяги! И даже Ольг усмехнулся и сказал:

— Хорошая у тебя охрана.

Выслушал Пита, кивнул:

— Можешь идти, только оформи мне чек сначала, — и протянул листок с перечнем позиций. — Пит, присмотри, вдруг что не разберет.

Вернулись в контору, и тут-то до Риты дошло:

— О-ёй, а калькуляторов-то у вас нет?! А как считаете, в столбик?

— Есть счетные таблицы, — Пит нахмурился: кажется, уже представил, что придется ему считать вместо Риты. — В столе в нижнем ящике. Я покажу…

— Да не надо, — отмахнулась Рита, быстро выписывая из прейскуранта нужные цены. — Разберусь я с этими вашими таблицами, но потом. Когда заняться будет нечем. Есть старый, надежный, можно сказать еще дедовский способ. На самом деле даже два, но для второго нужно кое-что сделать. Вот как раз дома и займемся, у тебя в гараже наверняка все нужное найдется.

— В гараже?

— Погоди, не сбивай.

Цифры, как ни странно, успокаивали. Они были свои, родные, привычные, дважды два — четыре, как ты двойку ни назови, хотя, чего уж, если бы здесь была не привычная и родная десятеричная система, так лихо посчитать в столбик не вышло бы. Но, с другой стороны, самая логичная же, когда на руках по пять пальцев, а не шесть, четыре или три!

Пит смотрел, как она считает, потом — как выписывает чек, потом все-таки достал таблицы и проверил —