Свобода как повод влюбиться - Елена Александровна Романова

class="p1">— Джейн, — Адам подхватил меня под локоть. — Вам нужно отдохнуть. Не беспокойтесь о его сиятельстве. Он знает, что делает.

— Он один и связан, — прошептала я.

Слуги всем скопом завели меня в дом, усадили в гостиной, впихнули в руки чашку с горячим супом.

— Подкрепитесь, госпожа, вы так много пережили за сегодняшний день.

Мне было не до супа. Я, вообще, плохо соображала.

— Мне нужен костюм для верховой езды. Лиззи! — нашла служанку взглядом.

Адам пожевал губами, откашлялся.

— Не нужно, госпожа Хоткинс. Мы ничем не поможете лорду…

— Как вас понимать? — удивилась я. — Хотите сказать, что никто не поедет ему на помощь?

Мужчина растерялся, взглянул на стоящих у входа и откровенно подслушивающих слуг, тяжело вздохнул:

— Нам всем лучше оставаться дома.

В гостиную неожиданно протолкнулся управляющий. Высокий, довольно привлекательный, но с хищными чертами лица и неприятным взглядом. Кажется, его звали Себастьян.

Думаю, он был очень недоволен происходящим.

— Адам, немедленно прикажите прислуге расходиться! — распорядился он. — Госпожа Хоткинс, вы в порядке?

— Я — да, но лорд де Вер…

— Вам не стоит переживать за его сиятельство, он сам со всем разберется. Поднимитесь, пожалуйста, в комнату и приведите себя в подобающий вид!

— И вы даже не пошлете за констеблем? — изумленно проговорила я.

— Граф сам о себе позаботится, — спокойно отозвался Себастьян. — Вам лучше лечь спать.

— Я не стану спать, пока он там! — вспылила я.

Себастьян скрестил на груди руки, взглянул на Адама, который замер у дверей. Тот вернул взгляд мне.

— Джейн, это ни к чему, — вымолвил он. — Вот увидите, завтра все образумится.

— Завтра лорд де Вер будет уже мертв.

Себастьян обреченно вздохнул, всплеснул кончиками пальцев, будто описывая в воздухе круг.

— Вы знаете, господин Фолк, — обратился он к Адаму, — Лорд де Вер будет очень — очень! — недоволен, если кто-то из вас его ослушается. Не стоит госпоже Хоткинс бродить по лесу ночью! Это запрещено!

— Это мое дело, где мне бродить, — сказала я решительно.

— Нельзя отпускать ее одну, — снова вздохнул дворецкий. — Я пойду с ней.

Признаться, я была очень благодарна за эту помощь. Пуститься в погоню кромешной ночью в одиночестве — не знаю, решилась бы. Но для приличия сказала дворецкому:

— Если не хотите ехать, то не нужно. Я вас ни о чем не прошу.

— Нет, поедем.

Вместе с Адамом мы поднялись в мою комнату, где уже орудовала Лиззи, распрямляя на кровати мой костюм для верховой езды.

— Лиззи, никому нет дела, мятый он или нет, — сказала я, хватая вещи и заходя за ширму. — В доме есть оружие? — этот вопрос был адресован Адаму.

— Я могу взять револьвер, — донесся до меня его неуверенный голос.

— Вы умеете стрелять?

— Не приходилось, — честно признался он.

— И мне, — я быстро скинула платье и надела костюм. — Несите, конечно.

Адам скрылся за дверью, выполняя мое поручение, а Лиззи стояла у стены, прижав к губам кулаки.

— Госпожа Хоткинс, — почти плача прошептала она, — неужели вы ни капельки не боитесь?

— Конечно, боюсь, — сказала я горничной, — но не прощу себе, если буду сидеть здесь, сложа руки.

Спустя минуту вернулся Адам, протянул мне револьвер. Я заткнула его за ремень.

— Господи, — испуганно прошептал дворецкий, — надеюсь, нам не придется из него стрелять.

Я бы не зарекалась.

Мы быстро спустились в холл. Адам распахнул передо мной дверь, и мы оказались на улице. Лакеи подвели к нам лошадей. Дворецкий вскочил в седло и боязливо передернул плечами.

— Уже так стемнело… — поежившись, заметил он.

— Ничего страшного. Дорога здесь всего одна, не промахнемся, — я тоже взобралась на лошадь.

Мы ехали не так быстро, как хотелось бы. Было темно — хоть глаз выколи. Время от времени выглядывала полная луна, освещая дорогу, и мы пускали лошадей галопом. Меня ужасно нервировало, что на поиски графа отправились лишь мы двое. Поведение слуг можно запросто расценить, как измену. Де Вера все-таки не лишили титула. Подумав о нем, я закусила губу и подавила удушающий спазм в горле. Как же я боялась увидеть где-нибудь на дереве его вздернутое тело…

Я не могла позволить себе прекратить поиски. Если разбойники скрылись в лесу, — только бы это было не так, — все усилия напрасны. Нам нужно больше людей.

— Джейн! Нужно вернуться!

— Нет.

— Это неразумно. Вы можете пострадать.

— Плевать.

— Джейн, будьте благоразумны, лорд де Вер…

— Я не позволю ему умереть, — чеканя слова, крикнула я. — Он мой клиент. Он не умрет.

Вот же упертая. Такая же, как мой отец. Слезы застилают глаза, а я стегаю лошадь.

Луна вдруг скрылась, но лишь на мгновение, а когда засияла, заливая дорогу серебряным светом, я резко натянула поводья. Лошадь стала на дыбы, забила копытами. Передо мной стоял человек. Я резко утерла слезы, чтобы рассмотреть его, затем спрыгнула с лошади и побежала навстречу.

Мне следовало прежде спросить, как он себя чувствует, не ранен ли, а вместо того я бросилась в его объятия, едва удержав вскрик радости. Уцепилась за его рубашку, обвила шею.

— Ты жив… — смогла произнести и уткнулась лицом в его плечо.

Он не то, чтобы не ожидал, он был ошарашен. Обнял меня, затем бережно отстранил, приподнял мой подбородок.

Ох, эти глаза, сделавшиеся синими. Они смотрели на меня с таким удивлением и нежностью, что я готова была провалиться сквозь землю.

— Простите, лорд де Вер… это нервы… я испугалась. Вы не ранены?

— Джейн, что вы здесь делаете? — в его голосе проскользнул упрек.

Он посмотрел поверх моей головы на не менее удивленного дворецкого.

— Адам, что здесь делает госпожа Хоткинс?

— Милорд, я… — под темнеющим взглядом графа, дворецкий запнулся.

— Это я. Я заставила его! — Воскликнула я, уже вполне совладав с дрожью в голосе.

— Джейн, — ладони лорда все еще покоились на моих плечах, — вы должны были остаться в доме. И никогда, никогда, Джейн, вы не должны рисковать жизнью из-за меня. Вы поняли?

Он говорил жестко и холодно. Я едва не разревелась. Ох уж эти нервы…

— Вот это благодарность, — пробубнила