Соня Сэнь - Кошки не плачут

Взгляд мой обратился к устрашающей громаде храма Матери-Иншантры, который как раз располагался на центральной площади. Темный, устремленный в небо, со множеством готических шпилей и башенок, на карнизах — каменные статуи то ли горгулий, то ли древних монстров-носферату… Храм этот притягивал, точно магнит — железную стружку. Зачарованная, я медленно двинулась ко входу, не в силах оторвать от него взгляда. На широких ступенях сидела парочка юных кровососов — девушка, темноволосая и желтоглазая, повернула ко мне голову и тихо зашипела, обнажая клыки. Я пожала плечами — такие фокусы на меня давно не действовали. Ее приятель — мальчишка с вздыбленными красными волосами — проводил меня заинтересованным взглядом. Оба были вооружены — но угрозы, по крайней мере, отчетливой, от них не исходило, и я спокойно повернулась к ним спиной. Помедлив, навалилась плечом на массивную, украшенную изображениями древних воителей, дверь, и окунулась в прохладный сумрак зала.

Фрески, витражи, плитка, устилавшая пол зала — все было выполнено в одной кроваво-красной гамме; на миг мне почудилось, будто я оказалась в чьей-то огромной пасти. Холод, безмолвие, жестокие лица каменных статуй — знаменитых вампиров-воителей прошлого — все это давило, мешало дышать, застилало рассудок пеленой страха. Пересилив себя, я осторожно двинулась вглубь зала, где был расположен огромный трехъярусный фонтан, вершину которого венчала статуя самой Иншантры. Стройная двухметровая женщина смотрела свысока, надменно и холодно — косы-змеи тяжело ниспадали с плеч, крутое бедро очерчивал ремень с устрашающего размера ножнами. Легендарная воительница была облачена в тяжелые воинские доспехи, на ромбовидном щите топорщила крылья летучая мышь. Я скользнула взглядом по багровым водам фонтана — неужели то была настоящая кровь? Алые блики прыгали по стенам, теряясь в полутьме уходящего ввысь потолка, там, где зловеще сгустились тени-призраки древнего храма. Я вновь взглянула в пустые глазницы Иншантры. Вампиресса смотрела насмешливо, и каждая черточка ее лица, преисполненного какой-то дикой, неукротимой красоты, излучала ненависть. Ненависть ко мне, презренной смертной, посмевшей нарушить священное безмолвие храма той, одно имя которой когда-то заставляло трепетать от ужаса все человечество. Голова у меня пошла кругом; пол под ногами вдруг пошатнулся, уплывая куда-то вбок. Захрипев от нехватки кислорода, я упала на одно колено, вцепившись пальцами в каменный бортик фонтана. Красная вода застила глаза, в ушах нарастал глухой, угрожающий шум…

— Эй, мисс! — крепкая рука подхватила меня под локоть, рывком поставила на ноги. Я тут же стала оседать обратно, но меня бесцеремонно сгребли в охапку и куда-то потащили. Я не сопротивлялась, чувствуя, как утекает по капле из слабеющего тела жизненная энергия. Потом яркий солнечный свет резанул по глазам, тьма отступила, а с ней — и странная слабость; понемногу приходя в себя, я обрела способность видеть и уставилась на того, кто выволок меня на воздух. Им оказался тот самый красноволосый паренек-вампир, что сидел вместе с подружкой на ступенях храма. Сейчас он был один и с любопытством таращил на меня синие, как жаркое июльское небо, глаза. Обнаружив себя сидящей на пыльном тротуаре перед нагло рассматривавшем меня врагом, я стиснула кулаки — черт побери, да что же это — судьба у меня такая, повсюду сталкиваться с кровососами?..

— Не надо было заходить в храм, — произнес мальчишка и сочувственно улыбнулся. Хорошенький зубастик, невольно отметила я про себя. — Ты разве не знала? Людям туда нельзя — отрубятся и умрут от потери сил. Такова природа храма.

— А, ну да. Его же строили вампиры, — фыркнула я.

— Верно. Тебе уже лучше?

— А тебе-то что? Небось, только и ждешь, чтобы я отрубилась, а? — огрызнулась я, кое-как поднимаясь с асфальта. — Клыки чешутся?

— Зачем ты так? — спокойно, немного удивленно, спросил он. — Я же тебя спас. Если бы хотел, просто бросил бы там и дождался, пока ты не отрубишься.

— Логично. Тогда зачем ты меня вытащил?

— А ты хотела остаться там?

— Не особенно. А где твоя маленькая подружка? Та, что шипела мне в спину?

— Криста? — он хихикнул. — Она немного невоспитанна, это точно. Она разозлилась, когда я пошел тебя вытаскивать, и убежала. Криста недолюбливает смертных.

— Взаимное чувство. Ладно, — я неохотно повернулась к нему. Несмотря на то, что пацан был явно младше меня, я с трудом доставала ему макушкой до уха — точнее, до золотой серьги-крестика (какой дурак придумал, что нелюди боятся крестов и святой воды? Чушь несусветная!). — Как тебя зовут, вампир-альтруист?

— Лолли.

— За что это тебя родители так? — прыснула, не сдержавшись, я. Парень немедленно надулся:

— Нормальное имя! Вообще-то, меня зовут Лолит, но для друзей я — просто Лолли.

— Мы с тобой скорее враги, чем друзья, зубастик.

— Все равно. Не люблю свое полное имя. А ты кто?

— Шеба.

— Рад знакомству. Ты прикольная, — сощурил он синие глаза, опушенные длинными темными ресницами, которым явно обзавидовалась не одна девчонка.

— Ты тоже… ничего. — я усмехнулась, разглядывая мальчишку: широкие штаны-милитари, заправленные в армейские бутсы, черная майка, бежевая ветровка в серебряных клепках, шея увешана цепочками и всевозможными кулонами… Щупловат — но у вампиров комплекция не является показателем силы. За поясным ремнем — пара ножей. Красные вихры довершали образ «городского дикаря». Ну хоть кто-то здесь похож на человека…

— Ты — подружка Карателя, да? — продолжил Лолли. — Я видел, как вы вместе ходили по площади. У него крутой меч!

— Меч крут, это точно, — сдерживая улыбку, кивнула я. — И Каратель — действительно мой друг. Давний.

— То есть, он не твой парень?

— Тебе-то что? Маленький еще, чтобы о таком спрашивать, усек?

— Чего это? — обиделся он. — Мне через месяц пятнадцать будет!

— Для вампира это — ничто, — отрезала я. — Так что не спорь, кроха.

Лолли оскалил по-кошачьи острые и тонкие клыки, видно, намереваясь выдать достойный ответ, но я лишь отмахнулась: заметила спешившего к нам через площадь Арка. Судя по выражению его лица, он собрался разнимать меня и юного вампира.

— Эй, спокойно! — крикнула я издали, подняв руку. — Драки нет, никто не пострадал. Мы просто беседуем.

— Ага, точно, — поддакнул Лолли, глаза которого так и загорелись при виде самого настоящего Карателя.

— Ты ему ничего не сделала? — с подозрением спросил Арк, переводя взгляд с меня на мальчишку. Я возмутилась:

— Я не поняла, кто из нас двоих — вампир? Ты, кажется, за меня переживать должен! Клыки — у него, а не у меня, если забыл!