Бесстрашие - Кристин Смит

в моих глазах. Я недавно открыла для себя этот отличный защитный механизм — как только меня накрывает чувство вины за чью-то смерть, я меняю тему или ухожу. В итоге в последнее время разговоры со мной стали весьма короткими, но, если честно, едва ли кто-то может сказать что-то такое, что подбодрило бы меня.

Именно поэтому из трёх зенитовцев, с которыми я знакома, мне больше всего симпатичен Ашер. Он угрюмый, надёжный как скала и не любит много болтать. Его вполне устраивает молчание, поэтому большую часть пути я держусь рядом с ним.

Стараясь не повредить рану, осторожно надеваю рюкзак и направляюсь к Ашеру. Он молча кивает мне. Пускай мы почти не общаемся, но в его ауре есть некая непоколебимость, которая придаёт мне сил.

— Ладно, ребят, давайте двигаться дальше, — командует Пейдж. Они с Треем отлипают друг от друга, и Трей подходит ко мне.

— Всё в порядке? — тихо спрашиваю его.

— Всё нормально, — он поправляет лямку рюкзака. — Пейдж просто хотела посоветоваться.

Не хочу показаться назойливой, но не могу удержаться.

— По поводу?

— Какой путь через горы лучше.

— И откуда тебе знать? Ты же здесь никогда не бывал.

Он пожимает плечами.

— Она хотела обсудить со мной разные варианты, только и всего.

— И какие у нас варианты?

— Нам нужно пересечь пустыню — открытую местность. Если сюда прилетят дроны, мы станем лёгкой мишенью. Пейдж хотела узнать моё мнение о том, чтобы пойти ночью. Не разбивать лагерь.

Учитывая, что мы с Триной — преступницы, сбежавшие с места казни, это весьма здравая мысль.

— И что ты сказал?

Его взгляд метнулся к моему плечу.

— Я сказал ей, что это не очень хорошая идея.

— Почему? Из-за меня? — Делаю шаг назад. — Я справлюсь.

Уголки губ Трея приподымаются.

— Знаю, что справишься. Но тебе нужен отдых. Как и всем нам. Силы пригодятся завтра при подъёме в гору.

Сужаю глаза.

— Ты говоришь это, потому что не веришь, что я выдержу. Из-за того, что я единственная здесь не генетически модифицированная? В этом всё дело?

Об этом не говорили открыто, но я же не дура. Пейдж — невероятный стрелок, Ашер крепок как дуб, а Грей выглядит так, будто может отжать двухсоткилограммовую штангу. Не говоря уже о том, что каждый из них по-своему великолепен. Я достаточно повидала гемов в АГИО — Академии генетически и интеллектуально одарённых, — чтобы отметить их сверхчеловеческие способности.

— Нэш тоже, — аргументирует Трей, тем самым подтверждая все остальные слова.

— Ах да… — язвительно протягиваю я. — Всегда мечтала оказаться с ним в одной команде.

Нэш — несносный кузен Трея, считающий, что все должны обращаться к нему не иначе как «коммандер». Мы с ним никогда не ладили. Не знаю, зачем Трей решил сравнить меня с ним сейчас.

Усмехнувшись, Трей заправляет выбившуюся прядку мне за ухо.

— Я не об этом, — его лицо становится серьёзным. — Ты ведёшь себя так, будто что-то изменилось из-за того, что мы узнали, кто я. Но я всё тот же человек. Я не изменился, — взяв за локти, он притягивает меня ближе к себе. — Ты ведь это понимаешь, да?

Моё сердце делает кувырок. Я тяжело сглатываю, поражаясь тому, как простое прикосновение вызывает во мне бурю чувств.

— Разумеется. Я просто…

— Устала? — заканчивает за меня Трей.

— Ага.

— Расстроена?

Вздыхаю.

— Может быть, немного.

Трей сокращает расстояние между нами и целует в макушку.

— Всё будет лучше, как только мы доберёмся до Зенита. Твои мама с сестрой уже там, ждут тебя. Мы сможем начать всё заново. Вместе.

Я отступаю на шаг назад, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Ты правда этого хочешь?

Желваки на его скулах дёргаются.

— Конечно. А ты нет?

Лицо Зейна всплывает перед глазами, но я гоню его образ. Подальше из мыслей; в тёмное, пыльное место, где хранятся воспоминания об АГИО и нашем домике на окраине.

И впервые за несколько дней я улыбаюсь.

— Хочу. Очень.

2

ЗЕЙН

Я не оглядываюсь.

Ни когда Джефф уезжает прочь, вздымая облако пыли из-под колёс. Ни когда мы часами едем по нескончаемой трассе, которая выглядит так, будто по ней годами никто не ездил. Ни когда впереди вырисовывается Легас.

Вместо этого я повторяю себе: она сделала свой выбор.

Сиенна могла сказать, что любит меня, но не стала.

Где-то между холмами в пустыне я принял решение начать новую жизнь — ту, для которой я был рождён. Пускай не родной сын Харлоу Райдера, но я его единственный оставшийся наследник. По возвращении домой я поступлю правильно. По отношению к нему и к Ариан.

Когда мы уже подъезжаем близко к городу, я наклоняюсь вперёд и прошу Джеффа остановиться у дома Ариан.

Это хаотичное здание, состоящее в основном из острых углов, стекла и штукатурки. Я бывал здесь всего пару раз.

Джефф высаживает меня перед главным входом, я прохожу по каменной дорожке, делая глубокие вдохи и выдохи. Пытаюсь морально подготовиться, подобрать слова, которые скажу ей при встрече.

Стучусь. Её горничная открывает дверь и понимающе улыбается.

— Мисс Ариан! — зовёт она в сторону лестницы за своей спиной. — К вам гость.

— Иду, — откликается Ариан.

— Она сейчас спустится. — Горничная уходит в соседнюю комнату с тряпкой в руке.

Пока жду, не отрываю глаз от пола. Здесь, в фойе, он стеклянный, а под ним находится огромный аквариум с золотыми рыбками, которые плавают под моими ногами. Их блестящая чешуя отражает дневной свет, и стекло переливается радужными красками.

Шаги Ариан звучат нерешительно, когда она спускается по винтовой лестнице, висящей на тонких стальных канатах, благодаря которым создаётся впечатление, будто ступени парят в воздухе.

— Привет, — произносит она. Спина прямая, тон холодный.

— Привет.