Алекс Флинн - Поцелуй во времени

— А теперь вставьте вот эти пуговки в уши, — сказал я королю.

— Себе в уши?

«Ну не королеве же, если ты собрался слушать музыку!»

— Да. И тогда вы можете слушать, никому не мешая.

Последние слова король не понял, но послушно надел наушники.

— И что дальше?

— Теперь нужно нажать вот эту кнопочку. Разрешите, я вам помогу.

Я наклонился и нажал кнопку пуска. Король опасливо поглядывал на меня.

— Он нас слышит? — шепотом спросила Талия.

Я ответил, что он сейчас слышит только музыку и пение. Тогда она повернулась к матери:

— Мам, скажи отцу, чтобы перестал злиться на меня. Я же не виновата.

— Ох, Талия, — вздохнула королева и покачала головой.

— Значит, и ты тоже против меня? Ненавижу такую жизнь! Убежать бы куда-нибудь.

Она повернулась ко мне:

— Слушай, а как ты сюда добрался? Как ты попал в Эфразию?

— Я же тебе рассказывал. Мы с Трэвисом продирались через ежевичный лес.

— Это я помню. А как ты добирался в Европу из... Флориды?

Ответить я не успел. Король вытащил наушники.

— Как я тоскую по вчерашнему дню, — со вздохом произнес он, повторяя строчку из «Yester-day». — Это что же, молодой человек, — обратился он ко мне, — в твоем столетии нашли способ сохранять музыку и человеческий голос в крошечной коробочке? И это можно слушать, никому не мешая? Не надо одеваться подобающим образом, куда-то идти? Значит, в твоем времени... которое волею ужасных событий стало и моим... каждый человек может жить в своем собственном мире?

Я кивнул:

— Правда, это круто?

Король молча вернул мне айпод. Важный дядька, сидевший напротив меня, тоже был бы не прочь послушать, но не осмеливался попросить.

— Никакие диковинные вещицы не заменят человеку времени, в котором он родился и прожил много лет, — с очередным громким вздохом продолжал король. — Я должен был бы умереть еще триста лет назад. Да, должен был бы, — повторил он, сверкнув глазами на Талию. — Я бы прожил в своем времени, если бы ты слушалась родителей и не самовольничала.

— Тысяча чертей! — не выдержала Талия.

— Талия, не смей ругаться! — одернула ее мать.

— Хочу и буду, мамочка! Мне надоело быть послушной. Что толку от моего послушания? Пусть отец сердится на меня, но мне противно видеть, как он относится к нашему гостю. Мы все перед Джеком в долгу. Если бы он меня не поцеловал...

— Что-что? — загремел король.

Получается, он об этом не знал?

— П-поцеловал меня. Потому я и проснулась. Вы все должны...

— Ты! — дрожащим пальцем указал на меня король. — Ты, простолюдин, посмел воспользоваться тем, что моя дочь спала...

— Я же не знал, что она принцесса. Послушайте, ваше высочество... величество... господин король!

Я встал, отодвинув стул:

— Простите. Мне лучше уйти.

Я попятился задом и налетел на слугу, держащего поднос с грибами. Надо убираться отсюда, пока в рыжую голову короля не взбрело приказать забить меня камнями. Или что у них тут делают в подобных случаях?

— Нет! Ты никуда не пойдешь. Ты обесчестил мою дочь.

— Я ничего с ней не делал. Поцеловал, и все.

— Ты прав, отец, — встряла Талия. — Он меня обесчестил.

— Что-о? — завопил я. — Да я... я почти до тебя не дотрагивался.

Мне очень хотелось высказать этой взбалмошной принцессе все, что я о ней думаю, но я старался не выпускать эмоции наружу. Каждое слово может обернуться против меня.

— Скажи отцу правду... избалованная девчонка!

Упс! Вырвалось все-таки!

Она сверкнула на меня глазами (у них это фамильная черта).

— Да. Я обесчещена. И мне не остается иного, как выйти замуж за этого парня и немедленно уехать с ним во Флориду.

— Жениться на тебе? Же...

— Это невозможно! — заявил король.

— Почему? — удивилась Талия. — Все принцы, за которых я могла бы выйти замуж, давным-давно мертвы. Ты не желаешь меня видеть.

Король подал знак стражникам. Они схватили меня за руки.

— Этот юный чужестранец — преступник, особо опасный для короны и государства. Этот негодяй посмел воспользоваться тем, что принцесса находилась во сне, и... обесчестил ее. Смерть для такого мерзавца — еще слишком мягкое наказание.

Значит, из-за стола — и на плаху?

— Но послушайте! Я... я ничего не делал с вашей дочерью. Я не трогал ее!

— Отведите его в королевскую темницу, и пусть дожидается, пока я не изберу для него надлежащее наказание.

Я был зол на Талию. Мне даже не хотелось на нее смотреть, но спасти меня сейчас могла только она.

— Объясни отцу. Скажи ему. Ну пожалуйста.

— Я не знаю, что и сказать, — растерянно пожала плечами она.

— Но можешь же ты ему сказать, что я до тебя пальцем не дотрагивался. Зачем ты наврала про «обесчестил»?

— Отец не захочет меня слушать. Он и так считает меня дурой, — надула она губы.

— А ты и есть дура! — загремел король. — Мы-то оберегали тебя, молились, чтобы только с тобой ничего не случилось. А ты глупейшим образом разрушила королевство! Лучше бы нам остаться бездетными!

Он снова махнул стражникам:

— Уберите его с глаз долой!

Через мгновение трое дюжих ребят (им бы в борцовских шоу выступать!) схватили меня и поволокли по длинному коридору и такой же длинной лестнице.

В королевскую темницу.

Глава 3

ДЖЕК

Моя мамочка будет в восторге: я увидел редкостную европейскую достопримечательность. Настоящую тюрьму в королевском замке. И даже не пришлось платить за то, что мне разрешили побыть узником.

Вообще-то я представлял себе тюрьму не такой. Может, здесь слишком темно, и мне не разглядеть даже своих идиотских штанов, не говоря уже про разные орудия пыток и нары, утыканные гвоздями. Кроме темноты, здесь еще сыро и холодно, как в бабушкином нью-йоркском подвале.

И жутко тихо. У нас дома такой тишины нет. Гам даже ночью слышно, как включается и выключается кондиционер. Когда я сижу за компьютером, мне слышно гудение вентиляторов в системном блоке. А тут — мертвая тишина, и остается только сидеть и слушать ее. Толстенные стены не пропускают никаких звуков. И потолок такой же. Я здесь один.

И крысы.

Чем больше мои уши привыкали к тишине, тем отчетливее я слышал крысиную возню. Топот крысиных лапок, шуршание их хвостов, попискивание.

Представляю, как эти твари проголодались за триста лет сна!

Нужно думать о чем-нибудь другом. Не о крысах.

Королевские стражники не забрали у меня айпод. Я нажал кнопку. Король не дослушал «Yester-day», и мне досталась последняя фраза знаменитой песни: «Я сказал что-то не то и теперь очень хочу вернуться во вчерашний день».