Узница гаргульи - Кэти Роберт

все же отступаю и опускаю крылья. Неважно, нравится мне это или нет, нельзя постоянно ссориться. Чем дольше препираемся, тем выше вероятность, что она разобидится и уйдет к себе. Я не готов снова остаться один. – Есть хочешь?

Грейс открывает было рот, чтобы опять мне возразить, но замолкает.

– Не откажусь.

– Посмотрим, что Сайлас приготовил на завтрак. – Поворачиваюсь и подаю ей руку. Улыбаюсь про себя, когда она берет меня под локоть, метая глазами молнии. – Торжественный обеденный зал нужен главным образом для вида. Обычно я завтракаю и обедаю на кухне. Пойдем туда, если ты не против.

– Мне тоже больше нравится есть на кухне. – Грейс теперь упорно на меня не смотрит. – Я не любительница формальностей, а обеденный зал слишком уж официальный, на мой взгляд.

Мы так быстро сменили тему, что я не знаю, что и думать. Может, Грейс, как и я, просто не хочет оставаться одна. Веду нас по гулким коридорам до кухни. Мне казалось, я слышал, как Сайлас готовит, но когда мы заходим, внутри никого.

На кухонном столе стоят две тарелки с завтраком. Для нас.

Грейс смотрит на них с понятным мне смятением.

– В замке есть призраки?

– Призраков не существует.

– Вообще-то, они существуют. – Ее лицо приобретает странное выражение. В ее энергии мелькает белый цвет, после чего она замыкается в себе. Скорбь. – И с ними ужасно непросто. Кроме соли ничего не помогает, да и она ненадолго.

В очередной раз понимаю, что она не обычный человек. В последние годы я общался с людьми всего несколько раз, но Грейс выделяется. Я выдвигаю для нее стул и, дождавшись, когда она сядет, занимаю место напротив. Знаю, как правильно поступать в такой ситуации. Нужно поддерживать непринужденную беседу и позволить Грейс почувствовать себя более комфортно рядом со мной.

Вместо этого говорю то, что думаю на самом деле:

– Как так вышло, что ты связалась с вампирами? Мне казалось, они не любят общаться с людьми.

Грейс медленно жует.

– Не любят. Но у моей семьи особые отношения со сверхъестественными существами. Мы знали о них с тех пор, как они появились в нашем мире.

Своими словами она подтверждает мои подозрения, но я все равно не отстаю.

– И ты им помогаешь?

– Иногда. – Грейс ковыряет еду. – Обычно именно людям отчаянно нужна помощь, но из каждого правила бывают исключения.

Если ей неизвестно о различных особенностях и секретах гаргулий, то мне, наверное, лучше ее не просвещать. Нужно много практики, чтобы скрывать свои эмоции от тех, кто способен видеть их. А раз я имею дело с таким сложным человеком, склонным ко лжи, лучше не открывать все карты.

Но утаивание само по себе очень похоже на ложь.

– Я могу читать твою энергию. Гаргульи и все, у кого они были роду, могут это делать. У каждого цвета свое значение, своя эмоция, стоящая за ним. Ты не в отчаянии. Ни разу его не испытывала с момента нашей встречи. – Ближе всего к этому чувству она оказалась, когда ее окружали пауки, но даже тогда это было не настоящее отчаяние.

Грейс поднимает голову и хмурится.

– Будучи королем или предводителем, или как там правильно называется, ты паршиво хранишь секреты. Разве не знаешь, что нужно держать козыри при себе? Чтение эмоций – прекрасный козырь. А ты взял и выдал его просто так.

Она… злится? Нет, не совсем. Похоже, как и я, не знает, что чувствовать. Ее эмоции мерцают и кружатся в путаном водовороте цветов. Опускаю глаза, чтобы не закружилась голова.

– Так рассуждать стоит только в отношении врагов.

– Наивная мысль, и ты это знаешь. Не может быть, чтобы гаргульи и прочие существа в этом мире сильно отличались от людей. Достаточно почитать учебник истории, и сразу поймешь, что союзники очень быстро становятся врагами, когда на кону власть.

Грейс права, но я все равно не понимаю, почему она так завелась.

– Тогда это должно нравиться. Может, один из бывших союзников вскоре нападет и убьет меня. Контракт будет расторгнут, ты вернешься на земли демона-торговца. Ты ведь этого хочешь?

– Да. – Ее ответ походит на ложь. Ее энергия почти не меняется, но Грейс отказывается встречаться со мной взглядом и отворачивается. – Конечно, я этого хочу.

Отставляю еду, потеряв аппетит.

– Зачем ты здесь, Грейс? – Она открывает рот, чтобы ответить, но я продолжаю, опередив ее. – Не в замке. Не со мной. А в мире демонов. Что Раману имел в виду, сказав, что Азазель все расскажет о твоей матери?

– Я уже говорила. Расплачиваюсь за чужую сделку.

Возможно, прежде я велся на эту чушь, но теперь знаю больше. Резко качаю головой.

– Тебе не кажется, что я заслуживаю знать правду? Я оказал тебе любезность и был с тобой честен. Неужели нельзя ответить тем же? – Звучит не очень убедительно. В конце концов, она ничего мне не должна. Пускай мы сейчас вместе, но это временно.

Грейс вилкой гоняет еду по тарелке. Наконец вздыхает.

– Ладно, может, ты прав. Моя мать мертва и, думаю, уже давно. В мире людей с ее исчезновения прошло уже пять лет, но там время течет иначе. Только Азазель знает, что с ней случилось. И я хочу узнать. Мне необходима правда.

– Но почему Азазель знает о твоей матери… – Ответ приходит сам собой прежде, чем успеваю договорить. Ее мать тоже заключила сделку с демоном и не вернулась домой. И теперь Грейс пришла в наш мир, чтобы получить желанные ответы. Разве я поступил бы иначе, если бы существовала разгадка гибели моей семьи, а сам я остался совсем один? Неудивительно, что она полна решимости сбежать от меня и вернуться на земли демона-торговца.

Будь я лучше, освободил бы ее от этой ужасной сделки, которую мы заключили. А будь я хуже, то использовал бы эту информацию, чтобы заставить ее подчиняться моим требованиям.

Я не делаю ни того, ни другого. Просто изучаю ее взглядом.

– Хочешь осмотреть земли вокруг замка? Я хотел бы выбраться отсюда ненадолго и не отказался бы от компании.

Грейс приподнимает брови.

– Сбегаешь? Наверняка кто-то придет тебя искать.

– В последнее время замок управляется сам по себе, к тому же вряд ли кто-то здесь считает мое общество приятным.

– Брэм… – Она поджимает губы на несколько секунд, а потом говорит: – Я с радостью осмотрю земли вокруг замка.

Скорее всего, она соглашается лишь для того, чтобы спланировать следующую попытку побега, но мне все равно. Я рад провести с ней больше времени. Пододвигаю к ней тарелку.

– Доедай. Силы тебе