Светлана Быкова - В плену

Когда я поднялся на поверхность, эльфы вели хоровод вокруг спуска и пели песню о древних временах, когда существовали только светоносные существа, зародившие жизнь на земле. Я сел и стал слушать. Существа из песни создавали мир постепенно, сначала внеся суть вещей, потом облекая их в форму, потом наполнили жизненной энергией. Мы все были там, в самом начале, мы пели песню мироздания и поем до сих пор. Теперь я знал это.

– Приветствуем тебя, Дев, – обратился ко мне ближайший эльф, подошел и обнял. Я почувствовал соединение наших сердец и принял его. За ним подошли все остальные, пока на поляне последним не остался принц.

– Нил, я знаю твою суть, – прошептал я. – Люблю тебя всем сердцем, как и Каппа.

– Спасибо, что признал это, Дев.

Мы вернулись в наш дом, и я прижал принца к двери, покрывая его шею лихорадочными поцелуями.

– Хочу тебя, – прошептал я хрипло, притягивая его за тонкую талию ближе. – Мой хрупкий лотос, мой нежный цветочек.

– Не имею ничего против, – принц игриво улыбнулся и куснул меня за мочку уха.

Я принялся стягивать с него одежду.

– Как же я соскучился по тебе.

Под моими чуткими пальцами фарфоровая кожа принца покрывалась волнами дрожи. Его дыхание было прерывистым и быстрым. Мягкие губы скользили по моему прессу, шаловливые пальчики заигрывали с сосками, вили завитушки из отросших волос. Я слегка постанывал, нежась в ласках принца. Наши губы соединились в глубоком поцелуе, языки сплелись в чувственном танце, вызывая стоны у обоих. Я погладил его шею, скользнул рукой по затылку и запустил ее в шелковые волосы. Он выгнулся навстречу ласке и замурлыкал как котенок. Какой же он нежный, мой любимый, какой красивый, какой желанный. Хотел бы я вечно быть с ним рядом, любоваться им, наслаждаться каждым словом, жестом, взглядом.

Я поднял любимого и отнес его на кровать. На ее поверхности лежали лепестки цветов, источающих нежный аромат.

– Откуда? – восхитился я, перебирая пальцами невесомые кружева растений.

– Магия, просто магия, – улыбнулся принц.

Я вернулся к прерванному занятию, забывая обо всем кроме прекрасного тела под собой. Мне нравилось гладить его бархатную кожу, проводить по ней языком, покрывать поцелуями. Я провел рукой по его твердому члену, спустился пальцами к кольцу мышц возле ануса. Я знал, что принцу безумно нравятся прикосновения там, поэтому часто доставлял ему наслаждение, добавляя к рукам язык. Его тело уже давно привыкло ко мне, и боль в наших занятиях любовью практически отсутствовала. Наклонился к его лицу и поцеловал доверчивые губы, лизнул скулу, шею. Под подушкой нащупал смазку и быстро нанес ее на пальцы, скользнул ими в заветное отверстие и практически сразу заменил своим членом. Принц выгнулся и шире развел ноги. Я встал на колени и чуть приподнял его нижнюю часть тела, сокращая расстояние между нами и проникая в него как можно глубже.

– Дев, – простонал принц, и меня это безумно возбудило. Как будто он нажал в моем теле на невидимый рычаг. Имя моей сути раскрыло наши души навстречу. Более чувственного занятия любовью у меня не было никогда еще в жизни, и я словно растворился в своем любимом. Наши дыхания смешались, стоны переплелись в одну мелодию, полную чувственности и любви. Мы кончили одновременно. Но даже после этого не было границы между мной и им.

– Люблю тебя, – сонно прошептал принц.

– И я тебя.

Следующий день мы встретили в том же положении – лежа в объятиях друг друга.

– Я ухожу, – прошептал я, внимательно следя за реакцией принца.

– Пойдешь искать его?

– Да.

– Возвращайтесь оба. Я буду ждать.

Так мы и расстались. Начались мои блуждания по лесам в поисках сбежавшего стража. Этот засранец умудрился запрятаться так глубоко, что я не мог найти ни одной зацепки о его местонахождении. Зато посетил все поселения эльфов, познакомился с новообретенными родственниками. Даже пытался проникнуть в «дикие земли» темных эльфов, но стоящие на границе стражи, темнокожие, с полузвериными выражениями на лицах ни за что не захотели пропускать меня.

– Но хоть на вопрос вы можете ответить? Я ищу такого типа с длинным носом и глазами что угли, пронзительными и темными. Он любит волосы собирать в пучок, но если распускает их, то они лежат на плечах мелкими волнами. Еще у него довольно скверный характер.

– Ты что, пришел издеваться над нами? – стражник отточенным движением выхватил из ножен короткий меч и приставил к моему горлу.

– Братья, братья, ну что вы! Все именно так, как я говорю.

– Нет, к нам такой не захаживал. Проваливай!

– Ммм… к вам еще как-то сослали мальчишку. Он работал на принца, в банях.

– Мы не будем отвечать на этот вопрос. Это дело политическое и никто не смеет в него соваться.

Так что ничего я не добился. Ни от темных эльфов, ни от остальных. Осталось только поискать в южных землях, граничащих с морем, у людей и, на худой конец, на другом континенте. Месяц пролетал за месяцем, а я все бродил по лесам.

Часть 9. Точка.

Прошла уже середина лета. Под раскидистыми ветвями лесных деревьев было не так горячо, как когда я выходил к полям или дорогам, где над тобой сразу возникал столб давящего жаркого воздуха. Казалось в этот момент, легкие сжимает огненная рука демона, и этот демон непрерывно смотрит на тебя с высокого неба. А в бесконечной белесой синеве не видно ни одного облачка и о дожде можно только мечтать. Хотя, когда приходил дождь, тут-то и наступал полный кошмар – появлялась грязь, сразу обрастающая ноги и сковывающая движение, от которой скользишь, падаешь и мокрый как мышь пытаешься найти хоть какое-то убежище, а везде только вода – и в воздухе и на земле. Ночи же напротив были холодные. Я разводил костер каждую ночь, но спать рядом оказывалось еще большой пыткой, чем без него. Та половина тела, что была повернута к костру, нагревалась чуть ли не до температуры кипения, а другая замерзала до окоченения. Так и приходилось ворочаться и пытаться удержать тепло. Но все же, до чего приятны были метания желтого пламени и веселое потрескивание сушняка, а аромат горящего дерева напоминал о старых временах. Находится наедине с костром – все равно что в приятной компании. Ведь вокруг ни души и пообщаться не с кем, становится одиноко и это чувство душит, затягивая удавку на сердце. Я спасался приятными воспоминаниями. Часто вспоминал детство, своих родителей и друзей. Перебирал частички прошлого как драгоценные камни и долго рассматривал самые примечательные. А еще я очень скучал по принцу, его ласковым рукам и доброму сердцу. Каждую ночь грезил о нем, вспоминая нашу совместную жизнь. Думал о страже и его удивительной недоверчивости. Разве хоть кто-то смог убежать от своих чувств?