Светлана Быкова - В плену

– Принц, не переживай из-за этого. Я не предам тебя.

– Мы, эльфы, живем в гармонии. Пытаясь отказаться от любви, ты дисгармонируешь себя, а за одно и меня, а через меня и весь мой род. «Под лежачий камень вода не течет». Если ты не станешь абсолютно гармоничным, нам придется отвязаться от тебя. Не успев повстречать и полюбить, мы закроем свои сердца для тебя.

– Также, как вы закрыли сердца для моего стража? Куда вы выгнали его?

Принц печально посмотрел на меня.

– Он сам решил уехать. Я знал, что ты беспокоишься о нем, но почему ты не спрашивал раньше?

– Милый, разве ты бы с восторгом воспринял мое любопытство к своему дяде? Разве ты бы не ревновал из-за этого? Когда мы объединились в священном союзе, я вычеркнул из сердца прошлые привязанности. Пойдем в дом. Еще слишком холодно долго сидеть на природе.

– Не уходи от разговора. Мы еще не все выяснили. – Меня удивило, как холодно блеснули глаза моего супруга. – Этот год, что почти закончился со дня нашей свадьбы, был дан тебе как испытание. Хоть теперь ты и эльф, как мы, но ты не один из нас. Человек в тебе никуда не делся, как бы хорошо ты не изучил чужой язык, не подстроился под наши традиции, не стал моим… Ритуал не закончен. Через год после ритуала тебе присвоят имя и окончательно примут в наши ряды. Но это не значит, что ты сможешь дисгармонировать нас.

– Ничего не понимаю, – честно признался я. – В чем я веду себя неправильно?

– Союз среди эльфов отличается от союза людей. В нашей расе не принято закрывать сердца для братьев и сестер. Наша семья – весь род.

– Тогда почему ты проводишь все время только со мной? И разве ты никогда не испытывал ревности? Страж шпионил за мной все время, пока мы находились в замке людей. Зачем он это делал? Не по твоему ли приказу?

– Нет, – принц обескуражено посмотрел в мою сторону. – Я приказал ему заботиться о тебе. Я не думал, что он станет следить за тобой.

– Так он это сам придумал? – теперь растерян был уже я.

Мы замолчали, наблюдая, как светлячки кружат возле пробужденных деревьев, как прозрачные феи и дриады танцуют на лунном свете и природа поет свою магическую песню, безмерно любя свои создания. На безоблачном небе я заметил яркую звезду. Она очень редко светит, предпочитая скрываться в темноте. Эта звезда пела очень нежную мелодию, и я любил ее за это.

– Ревность, – нарушил тишину принц, – человеческое чувство. Если один эльф любит другого, ревность никогда не возникнет, потому что они любят без остатка. В противном случае мы называем это любовью к общине. У тебя любовь к общине.

– Что?

– Ты не можешь полюбить меня без остатка. Верность твоего тела ничего не значит для эльфов.

Несколько дней прошли в мучительном обдумывании слов моего супруга. Я знал, что он прав насчет привязанностей в моем сердце. Я давил их, пытаясь оторвать, но не мог. Значит, я не могу быть верным своему принцу, пока в сердце живет любовь к другим. Принц вообще покинул наше жилище и скитался по лесам, не возвращаясь домой. А тут еще какой-то ритуал с именем. Как будто мне одного мало.

Три дня спустя, стало по-весеннему тепло. Небо встретило меня пронзительной голубизной, и приветливые солнечные лучи прокрадывались, ластясь, из-за верхушек деревьев. Возле дома собралась довольно большая толпа жителей леса. Они улыбались и пели песни. Детвора бегала по поляне с пестрыми гирляндами, оглашая ее веселым смехом. В центре стоял принц и улыбался мне теплой ласковой улыбкой. Как будто ничего плохого между нами не было. Как будто он не исчезал куда-то на неделю.

– Пойдем, – мой супруг поманил меня в сторону холмов на окраине эльфийского поселения.

Я повиновался. Какая-то молодая эльфийка подбежала ко мне и нацепила на голову венок из первоцветов, столь нежных и тонких, что было удивительно как у нее получился такой венок. Эту работу нужно было отправить в музей и хранить как бесценное сокровище.

– Спасибо, – я улыбнулся ей. Она потянулась и чмокнула меня в губы, засмеялась и убежала. Я лишь удивленно посмотрел ей вслед.

Я никогда не заходил за холмы. Не знаю почему. Просто вокруг был лес на многие десятки, если не сотни километров. Все не обойдешь. Да и какая разница какой частью леса наслаждаться – всюду звучит прекрасная песня природы. За холмами оказались каменистые ступени, спускающиеся под землю.

– Ты пойдешь один. – Принц подошел ко мне и обнял за плечи. – В глубине ты найдешь колодец. Смотри в его бесконечную глубину до тех пор пока не поймешь свою суть. Имя придет само. Как только ты его озвучишь в сердце, мы все почувствуем его. После этого возвращайся целостным. Мы будем ждать.

Я уверенно шагнул к дыре и заглянул в мрак, пожиравший ступени на приличной глубине. Нет, это меня не пугало, скорее слегка нервировало. Мои обновленные эльфийские глаза привыкли видеть в темноте так же хорошо, как и при дневном свете. Тут же царил вечный мрак, непроглядный и затягивающий. «Смелее, любимый», – в голове раздались телепатические слова моего принца. Я кивнул и шагнул. Гулко отдавались мои шаги в круглом желобе, множились, ударяясь о стены, и заполняли собой все помещение, словно обретая собственную жизнь. Я шел и шел, ничего не менялось. Ступени вели вниз, и нигде не видно было намека на их окончание. В глазах стали поблескивать искорки. Чем они были вызваны, я понятия не имел. Возможно, место было наполнено древней магией. Неожиданно ступени оборвались. Под ногами я ощутил дно желоба и на ощупь двинулся вперед. Чем дальше я заходил, тем больше искорок плясало в глазах. Неожиданно я увидел очертание. Очертание из искр сложилось в круглые борта колодца. Искры и есть колодец? Приблизившись, я увидел во всей красе это невиданное зрелище – искры плясали и двигались, но не покидали размытую форму кирпичей колодца. Я заглянул внутрь и отшатнулся. Внутри как будто жил огонь. Он струился и перетекал, но не покидал своего пристанища. Я посмотрел на него снова и так и остался заворожено наблюдать за его движением. Постепенно огонь из ярко-оранжевого стал синеть, зеленеть, пока не выцвел до полупрозрачности. Внутри него проявился образ воды, капающей дождем и стекающей по стенам пещеры. Мне было очень комфортно наблюдать за этой водой, как будто мы были с ней едины. Потом я увидел себя с разделенным сердцем. Одна половина принадлежала принцу, другая стражу. На месте принца расцвел белый цветок, в котором я узнал лотос, хотя никогда раньше не видел его. На месте стража появился белоснежный барс и стал скрести когтями на передних лапах. Его мощное тело напряглось как перед прыжком, мышцы заходили буграми под гладкой шерстью, покрытой небольшими пятнами, пасть оскалилась мощными клыками. «Нилуфар» и «Коплон», – раздалось в моей голове, и я точно понял, что это истинные имена моих любимых. Потом остался только я. Моя фигура не изменилась внешне, но внутренне переросла в иное качество. «Дев». Моя суть оказалась магическим существом, очень древним и мудрым. Хотя до этого момента я не знал кто такие девы, но после соединения со своей сущностью, глубинная память проснулась, и я познал себя. Прошлое имя показалось мне пустым и неправильным, и с этого момента я решил называть себя только так.