Черное пламя Раграна 2 (СИ) - Эльденберт Марина

Наблова задница! Сказануть такое, когда ребенок тебе доверился!

У-у-у-у!

Справляюсь со своими чувствами только потому, что рядом стоит расстроенный Лар. Даже выбежавшая Дрим не спасает положение, менее грустным сын не становится. И я могу понять: для него владелец таких машин — это почти повелитель драконов, только без драконов, а на поверку оказывается наблова задница набловой задницей!

— Мам… а что такое задница наблова? — спрашивает Лар, пока мы раздеваемся.

Вальцгард за моей спиной то ли поперхивается, то ли не может сдержать смешок.

— Это очень, очень плохой человек.

— То есть тот дядя плохой?

Я вздыхаю.

— Ему просто понравилась твоя мама, — приходит на помощь вальцгард. — И он вот таким образом это показал.

Теперь уже поперхиваюсь я, а Лар произносит:

— Но мама назвала его задницей набловой. И потом, она уже нравится Бенгаррну Вайдхэну!

Так, все. Можно я пойду спать?

— Спасибо, — говорю вальцгарду, который явно не знает куда себя деть. Киваю второму, беру Лара на руки и иду к лестнице. — Драконенок, пожалуйста, не повторяй то, что я сегодня сказала.

— Почему?

— Потому что это плохие слова, а я вышла из себя, и поэтому так сказала.

— Но ты же правда нравишься Бенгаррну Вайдхэну, — он снова растягивает «р» в его имени, а я думаю, что оно было здорово подошло для тренировки в логопедической практике.

Драконы, о чем я только не думаю, когда дело касается Вайдхэна.

— Давай-ка лучше купаться, — несу сына в ванную. — Купаться-купаться-купаться!

Несмотря на то, что поздно, Лар купается с удовольствием, а я почти не чувствую усталости. То ли на мне так сказалось примирение с Зои, то ли вспышка адреналина на парковке. Уложив сына спать после ванной и оставив его на попечение довольной, наигравшейся с мыльными пузырями, Дрим и вальцгарда, иду к себе.

Сообщение по-прежнему одинокое, без ответа, и я швыряю смартфон на постель. Внимание привлекает какой-то огонек в коридоре, высовываю нос за дверь: на самом деле огонек не в коридоре, а на улице, у бассейна. Приблизившись, смотрю на Элегарда Роу, который стоит на краю крыши и курит. Словно почувствовав мой взгляд, поворачивается ко мне и поднимает голову. На лице — ухмылка.

Не удержавшись, показываю ему неприличный жест и с чувством выполненного долга иду спать.

[1] Аналог сторис, рилс в Инстаграм или ТикТок.

Глава 8

Проблемы с совместным празднованием Перемены года начались, когда мы с подругой созванивались по поводу того, что мне принести на праздничный стол и в процессе выяснилось, что Зои не хочет, чтобы за нашим праздником наблюдали вальцгарды. Я ее отлично понимала, особенно учитывая, что в не слишком большой квартире подруги помимо нас соберется еще пятеро гостей, а если туда добавить и вальцгардов… да даже если отбросить количество набившихся в комнату людей и иртханов, появление вальцгардов однозначно вызовет живой интерес ко мне, и праздник превратится в перекрестный допрос.

Родителей Зои вообще мало что могло смутить, поэтому неудобных вопросов точно избежать не получится. Поэтому я спросила у ЛэЛэ, какие у нас варианты. ЛэЛэ, к моему удивлению, сразу не отказал, а ушел звонить. Подозреваю, что своему Биг Боссу, который по-прежнему меня игнорировал. Мне даже стало интересно, если я ему просто позвоню — он не ответит?

Эту мысль я отбросила за ненадобностью: его молчание после моего сообщения и без того отличный ответ. Никакие дополнительные вопросы не требуются.

Что я чувствовала по этому поводу?

Не знаю. Я запретила себе об этом думать, особенно в предпраздничный день, и поехала по магазинам. А когда вернулась из совершенно головокружительной восторженной суеты, выяснилась вот эта история с вальцгардами. Хотя, по-хорошему, мне стоило подумать об этом заранее и заранее все обсудить, но голова была забита другим.

Куда исчез Вайдхэн, да.

Дура ты, Аврора. Какая же ты все-таки дура!

Вот так обругав себя, я направилась к Лару, Ние и пребывавшей в радостном возбуждении Дрим. Ее, в отличие от меня, совсем не смущало, что бывший хозяин к нам не заглядывает, она как будто впитывала все настроение моего сына. Поскольку Лар был в восторге от предстоящего, она тоже. Крутилась вокруг стола на кухне, хлопала крыльями, при этом не забывая умильно заглядывать в глаза в надежде, что ей перепадет печенье.

— Как вы тут? — спросила, глядя на составляющую посуду в машинку Нию.

— Мы поели, — ответила она. — Сейчас пойдем спать. Правда, Лар?

— Нет, — скуксился сын. — Не хочу спать.

— А на праздник с мамой хочешь?

— Хочу!

— Тогда надо немного отдохнуть, чтобы ты не заснул вечером, и маме не пришлось ехать без тебя.

Спасибо всем, кто послал мне Нию. Хотя я знаю, кто мне ее послал, и тот факт, что сейчас мне хочется послать его, не отменяет благодарности за самую лучшую в мире няню! Еще несколько месяцев назад я даже представить не могла, какое это счастье. Когда рядом с моим сыном находится женщина, которая безумно любит детей, а ее присутствие позволяет мне спокойно поехать в торговый центр перед праздником и не тащить с собой ребенка, который только устанет ото всей этой суеты.

— Все, пошли! — Она подхватила Лара на руки. — Мы и так припозднились. Собиралась уложить его после обеда, — пояснила мне, — но потом поняла, что после полдника будет лучше. Все-таки вы сегодня допоздна.

— Да. Спасибо, — я благодарно улыбнулась, а, оставшись одна, огляделась.

Просторная кухонная зона, отделенная от зала на первом этаже лишь высоченной стеной-перегородкой, была раза в три больше, чем квартира, в которой мы жили еще неделю назад. Вся техника современная, ультрановая, мягкие пастельные оттенки в интерьере — белый, бежевый, пудровый. Ничего лишнего, все убирается клининговой службой, названия которой я даже не знаю.

Зачем вот это вот все? Для женщины, которая ничего для тебя не значит.

— Риам Этроу. — Я вздрогнула и обернулась: ЛэЛэ подошел так бесшумно, что я даже не услышала.

Одно слово — иртхан!

— Да?

— Риамер Вайдхэн сказал, что ваш праздник у подруги без сопровождения допустим, но нужно будет сдать анализы.

Вот тут я всерьез зависла.

— Зачем?

— Такое условие. Мы должны посмотреть, как ведет себя пламя в вашей крови.

— А оно в разные времена ведет себя по-разному? — уточнила я. — У него что, настроение меняется?

У ЛэЛэ дернулись уголки губ.

— Нет, риам Этроу. Но это позволит нам понять, можем ли мы оставить вас в квартире подруги на какое-то время или нет.

— Хорошо, — махнула рукой. — Давайте ваши анализы.

Начальник службы моей (с ума сойти!) безопасности кивнул и вышел, а я собиралась налить себе воды, когда услышала звонок. Переливчатый, эхом прокатившийся по огромной квартире от холла, до, казалось, самого дальнего уголка.

Когда я вышла к дверям — внутренним, а не тем, через которые так удобно заходить с парковки — вальцгарды уже встречали непрошеного гостя. Непрошеного, потому что им оказался не кто иной, как Элегард Роу, который стоял в дальнем холле.

С букетом цветов и подарочной коробкой.

От такой наглости, я, мягко говоря, очешуела. Не то чтобы я агрессивно настроена, но мне захотелось этим букетом его треснуть, а коробку надеть голову. И нет, я не Вайдхэна хотела треснуть букетом, правда-правда, а вот этого конкретного типа, который стоял у меня в дальнем холле после всего, что наговорил вчера.

— Я пришел извиниться. И поговорить, — выдал он раньше, чем я успела отнять букет и коробку и воплотить свои мечты в жизнь. Тем более что цветы он мне протягивал сам, совершенно очевидно не догадываясь о моих на них планах. — Это вам. В коробке подарок вашему сыну. Точная копия первой гоночной модели из прошлого века.

— Вы всерьез считаете, что нам это нужно? От вас? — Я наконец-то обрела дар речи. — Извиниться — пожалуйста, извиняйтесь. Только не передо мной, а перед ребенком, он в отличие от меня вообще ничего не понял. А вот насчет поговорить…