Избранницы правителей Эёрана: история демонов Нарака. Трилогия (СИ) - Свадьбина Любовь

– Что случилось?

Манакриза смотрит на неё внимательно, но как‑то обозначать своё отношение к этому не спешит, и Баашар ждёт. Понимает: если будет угроза Найтеллит или раскрытия её пребывания здесь, он, не раздумывая, убьёт обоих незваных гостей.

– С меня слезть пора, – ворчит Шаакаран и волнообразно покачивает телом, но Манакриза крепче охватывает его сильными ногами и дёргает за ухо:

– Мы пришли попросить о помощи.

– Ты пришла, – невнятно ворочает языком Шаакаран.

Но Манакриза на его ворчание внимания не обращает, продолжает:

– Вы что‑нибудь знаете о том, где сейчас может быть Настя… Анастасия? И Леонхашарт.

Баашар косится на по‑прежнему сидящую Найтеллит: красивое лицо непроницаемо. А он ждёт её вердикта.

– Нет, не знаем. – Найтеллит откидывается на спинку кресла и разглядывает внезапных посетителей задумчиво, словно до сих определяется с ответом. Постукивает пальцем по подлокотнику и твёрдо продолжает. – Не ищите их.

Её круглое лицо непривычно хмуро. Баашар видит его на фоне настольной лампы, очерченным её тёплым светом.

– Это почему? – Манакриза старается сдержать негодование, но получается плоховато: голос слишком командный. – Мы прибыли сюда вместе, надо держаться вместе, если хотим выжить и чего‑то добиться.

Найтеллит с сожалением качает головой:

– Архисоветник и Анастасия влезли в крупные неприятности. Понимаю, этот мозгом обделён, а ты не знаешь реалий мира, поэтому вы не можете верно оценить ситуацию, но…

– Это я мозгом обделён?! – соображает Шаакаран. Белые волосы встают дыбом, а хвост резко проносится из стороны в сторону. – Я?!

Не обратив на него внимания, Найтеллит продолжает обращаться к Манакризе.

– Леонхашарт и Гатанас – одни из правителей мира. По всему городу стоят камеры, записывающие происходящее на улицах и в зданиях. Неужели вы думаете, что их не искали?

– Искали, конечно, – встревает Шаакаран, но не удостаивается и взгляда – к огромной радости Баашара: ему не нравится, что рядом с Найтеллит крутится другой сильный демон, а Шаакаран, несмотря на его недостатки, сильный.

Тот недовольно складывает руки на груди, всем видом демонстрируя обиду. Найтеллит равнодушно перечисляет дальше:

– …что для их поиска не задействовали все возможности мира, не перерыли здесь всё – если бы действительно хотели их найти.

В гостиной повисает мрачная тишина, в которой блекнет всё, даже яркая обивка топчана и обложка недочитанной книги. Баашар восхищён Найтеллит: ему бы не удалось так быстро осадить гостей, заставить их задуматься. А она делает это как бы невзначай и, кажется, готова вернуться к изучению электронных документов. Твёрдый грудной голос Найтеллит прерывает тишину:

– Целый мир, все службы, все технологии – и вдруг бессильны отыскать двух архидемонов? Вся мощь сектора Возмездия – самой сильной организации здесь, ведущего войну в другом мире – и вдруг бессильна отыскать их потомственного лидера? Вы правда думаете, что вы двое или даже мы вчетвером сможем сделать то, что не сделало правительство Нарака?

– Как ты правильно заметила, даже с огромным арсеналом возможностей невозможно найти кого‑то, если не хочешь его найти. – Манакриза вздёргивает подбородок. – А мы хотим. И если задействовать достаточно ресурсов – сможем.

«Она не сдаётся, это хорошая черта для солдата», – признаёт Баашар. Он помог бы ей из чисто воинской солидарности, но… для него важнее мнение и желания Найтеллит.

– Или влезем в такие неприятности, что нас самих «потеряют» раз и навсегда, – возражает она, глядя на Манакризу. – С этим шоу‑отбором всё очень нечисто. Слишком много странностей: вдруг в одном потоке непривычно много сильных иномирянок, сам отбор инициирован сектором Возмездие, занимающимся, между прочим, борьбой с Безымянным ужасом и военным шпионажем. На Леонхашарта и Анастасию вышла какая‑то организация по борьбе с правительством Нарака. Теперь они пропали и их толком не ищут, а информацию о происшествии с участием Леонхашарта и Гатанаса подчищают в сети с потрясающей скоростью. Если хочешь жить – лучше спрячься среди преступников, ты сильная, справишься. Или забирай в мужья этого хвостатого, у него семья своих не бросает, может, защитят.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Манакриза мотает головой:

– Я не хочу ни в преступники, ни замуж за этого…

– «Этого»? – Шаакаран аж подскакивает, от возмущения его ярко‑голубые глаза кажутся больше обычного.  – Как ты можешь называть меня каким‑то «этим», да ещё так презрительно?! И как это замуж за меня не хочешь? За меня все хотят!

Баашара коробит столь явная ложь, и он напоминает:

– Анастасия тебе отказала, значит, не хотела. И Манакриза тоже отказывается…

– Я Манакризе не предлагал! – Щёки Шаакарана вспыхивают, а хвост неистово стучит об пол.

– И не надо, – отмахивается та. – Не переживай, котичка, никто не претендует на твою свободу.

От возмущения Шаакаран теряет дар речи, но, к величайшему сожалению Баашара, ненадолго:

– Я самый завидный жених этого отбора! И претендующих на мою свободу полно! Да стоит мне только сказать, и очередь из невест выстроится! Да я…

– Подожди! – Манакриза накрывает его губы ладонью. – Хорошо, я тебе верю, у тебя очередь. Давай обсудим поиск Насти. Если не ошибаюсь, ты именно на ней жениться планировал. – Она отпускает его и снова обращается к Найтеллит. – Об организации по борьбе с правительством Нарака поподробнее, пожалуйста. Откуда и что вы об этом знаете?

– Баашар, – одно слово Найтеллит, и его сердце пропускает удар, он ждёт её слов, он готов сделать всё, лишь бы она была довольна, лишь бы смотрела на него благосклонно… и подпустила к себе. – Убедись, что нас никто не услышит.

Кивнув, он выглядывает в окно: во дворе никого нет, сейчас все на тренировках. Смотрит за дверь: коридор пуст. Проверяет работу основной глушилки сигналов, запускает запасную – на всякий случай. Кивает Найтеллит, подтверждая, что можно не опасаться.

– Леонхашарта пригласила на тайную встречу весьма любопытная особа, – так Найтеллит начинает рассказ о встрече с агентом Яд в наводнённом преступниками подземном клубе…

Глава 18

Рассказ Найтеллит впечатляет Манакризу, меняет её представление о случившемся. И остаётся в сердце колючкой обиды на то, что Настя не поделилась с ней, ограничившись намёками.

«Всё равно я ничем не могла ей помочь: я не знаю этого мира. А если бы нас поймали, я бы пострадала, наверняка Настя этого не хотела», – Манакриза кивает Найтеллит.

– Спасибо, я это учту.

– Советую спрятаться, – повторяет Найтеллит. – Если получится – возвращайся домой. С магией, когда освоишь её, ты добьёшься многого.

Сердце Манакризы ёкает, она вскидывает взгляд на Найтеллит и растерянно моргает. Потому что в глубине души Манакриза смирилась с тем, что её дом теперь здесь – в этом мире с настоящим небом. С чудовищем, которое, может, и страшное, но не страшнее её повседневной жизни дома: в старых тоннелях, без надежды на возрождение мира, в постоянной войне за исчезающие ресурсы и своё место в тесной тьме.

Пусть Манакризе ещё страшновато ходить под такими высокими потолками, под этим бескрайним небом, и видеть так далеко, но это лучше, чем то, что она знала всю предыдущую жизнь.

И ей совершенно не хочется лезть в подземелья к преступникам, снова лишиться легендарного в её мире солнечного света и до головокружения чистого, насыщенного непривычными ароматами воздуха.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Хотя там, дома, остались ещё незаконченные дела, и есть причины возвращаться, особенно если обладаешь силой…

Просто Манакриза не задумывалась об этом всерьёз, как о реальном варианте, но теперь…

Инстинкт срабатывает безошибочно, ещё когда Шаакаран только делает шаг к двери, открывая рот:

– Всё, я свою часть сделки выполнил, дальше… – закончить и отойти он не успевает, потому что пальцы Манакризы уверенно сжимают его хвост.