Таверна «Лапы и хвост» - Александра Шервинская

неудачно сел, и довольно улыбнулся симпатичной любительнице современного искусства.

– Как приятно встретить столь тонко чувствующую натуру, – проворковал он, ненавязчиво беря девушку за ручку и запечатлевая на кружевной перчатке жаркий поцелуй. – Все мы рабы условностей, не так ли?

Оставив гостей и дальше любоваться приобретением семьи Карингтон, я отыскал взглядом матушку и с облегчением увидел, что она не с графиней Анжеликой. Значит, можно спокойно подойти, не опасаясь провокационных разговоров о ненужных условностях. На всякий случай я отыскал графиню и убедился, что она вместе с мужем беседует с чрезвычайно представительным господином в очень дорогом костюме.

Словно почувствовав мой взгляд, графиня обернулась и послала мне обжигающе страстный взгляд, настолько откровенный, что даже мне, человеку, не отличающемуся скромностью, стало неловко.

– Мэтью, – негромко проговорила матушка, когда я остановился рядом, – ты что, флиртуешь с Анжеликой? Святая Бенедикта, да она же тебе в матери годится!

– Если честно, – шепнул я, склонившись к ней, – это твоя приятельница пытается меня совратить, а я изо всех сил сопротивляюсь. Вспомни, я ведь не хотел сюда идти, а ты меня вынудила. Так что если графиня Анжелика заманит меня в дебри сада и там самым бессовестным образом надо мной надругается, виновата будешь ты. Вот так вот!

– Ну что ты такое говоришь, Мэтью! – матушка всплеснула руками. – Почему я-то?!

– Ага, то есть в том, что старшая графиня Карингтон способна на безрассудство, ты не сомневаешься? – я осуждающе покосился на неё.

– Анжелика всегда была сумасбродкой, – в голосе баронессы Даттон смешались осуждение и лёгкая зависть, но, надо отдать матушке должное, осуждения было всё же больше.

– К тому же, – продолжил я, – зачем мне потенциальные проблемы с графом Карингтоном? И вообще, скажи мне, с какой стати ты заставила меня прийти на это сборище любителей современной скульптуры? Только не надо повторять историю про переговоры – второй раз я на этот бред не куплюсь.

– Меня об этом попросила Анжелика, – помолчав и пару раз виновато вздохнув, призналась матушка, – она сказала, что хочет получше узнать того, кто смог заинтересовать её дочь…

– Дочь? – искренне изумился я. – Так я вроде как только вчера с ней познакомился, и ни о чём серьёзном пока даже речи нет, и не факт, что это вообще когда-либо произойдёт. К тому же у меня сложилось впечатление, что потенциальный кавалер – это последнее, что может заинтересовать юную Карингтон. Вот если бы я писал романтические повести или рассказы, вот тогда другое дело! Но где я, а где любовная проза?

– Однако на заседание ты ведь пойдёшь?

– Не уходи от темы, – остановил я её, добавив в голос строгости, – что пообещала тебе Анжелика? Ни за что не поверю, что ты вписалась в эту авантюру просто так. Не разочаровывай меня, матушка!

– Вообще-то, это традиционно моя фраза, – баронесса Даттон наконец-то перестала прикидываться наивной ромашкой и, бросив на меня сердитый взгляд, призналась, – она пообещала уступить мне место в очереди в мастерской Оливии Дарлинг.

– Кто это? – смиренно поинтересовался я.

– Мэтью! – возмутилась матушка. – Как не стыдно! Оливия Дарлинг – самая модная шляпница этого сезона. Любая, даже самая обычная шляпка из её мастерской – это очень серьёзный показатель уровня жизни, статуса.

– Это аргумент, – не стал спорить я, – и что, большая очередь?

– Огромная, – пожаловалась матушка, – даже я не смогла пробиться в первый десяток, представляешь?

– Ужасно, – согласился я, мысленно в очередной раз радуясь, что мы с баронессой живём порознь. Иначе я вынужден был бы знать всех шляпниц, модисток и прочих представителей этого достойного, но чрезвычайно разорительного сословия. – А графиня Карингтон? Она как пролезла?

– Не знаю, – матушка огляделась и тоном опытной заговорщицы прошептала, – полагаю, она тоже перекупила очередь у кого-нибудь из числа тех… ну, ты понимаешь.

– Как всё запутано!

– Ох, и не говори, Мэтью! – согласилась со мной баронесса, чем удивила меня несказанно: обычно, что бы я ни сказал, всё подвергалось критике.

– И какая ты теперь в очереди, – я невольно заинтересовался шляпной интригой, – во сколько шагов оценила графиня мой уже слегка потрёпанный организм?

– Теперь я четвёртая, – довольно улыбнулась матушка и неожиданно окинула меня оценивающим взглядом, отступив на пару шагов, – интересно…

– Даже не думай, – пресёк я на корню очередной коварный замысел, – я никуда с тобой больше не поеду в ближайшее время! Чувствую себя разменной монетой в борьбе за шляпку. Это в конце концов просто унизительно, матушка, стыдись!

– С чего бы? – беззаботно отмахнулась баронесса Даттон. – Хоть какая-то реальная польза от тебя будет, а то одна головная боль.

– Впрочем, у меня есть предложение, подкупающее своей оригинальностью, – мне в голову неожиданно пришла прекрасная, я бы даже сказал, гениальная идея.

– Ну-ка, удиви меня, – матушка с интересом на меня взглянула.

– Я поеду с тобой к очередной даме и даже буду мил и очарователен, – голосом легендарного дракона-искусителя прошептал я, – а ты за это увеличишь срок нашей сделки с полугода до года. Как по мне – выгодное дельце, соглашайся, матушка, не прогадаешь. Шляпка – она ведь ждать не будет…

– И в кого ты такой? – привычно поинтересовалась матушка и, не дожидаясь столь же традиционного ответа, заявила. – Обещаю подумать над твоим предложением, Мэтью. Пока ничего не гарантирую, но и категоричного «нет» тоже не говорю.

Я не успел ничего ответить, так как к нам, благоухая изысканными и наверняка безумно дорогими духами, подплыла Анжелика Карингтон. Она окинула меня плотоядным взглядом и чуть ли не облизнулась, вызвав почти непреодолимое желание смыться отсюда как можно дальше. И почему я не спрятался за каким-нибудь развесистым кустом? Просидел бы там до начала литературного салона, а потом быстренько добежал бы до места проведения. Так нет же… Заболтался с матушкой! Можно подумать, другого места для этого нет… Ну теперь чего уж – сам виноват, придётся отрабатывать место в шляпной очереди. И чего она ко мне прицепилась? Нет, я, конечно, на отсутствие женского внимания никогда не жаловался, но чтобы вот так вот откровенно и неожиданно – такого раньше не случалось. Во внезапно вспыхнувшую страсть я, уж простите, не верю, не тот графиня Анжелика человек.

– Ах, Мэтью, – проворковала между тем графиня Карингтон, – я ведь могу обращаться к вам вот так, по-простому, на правах давней знакомой?

– Разумеется, графиня, – я склонил голову, лихорадочно пытаясь придумать тему для беседы.

– Просто Анжелика, прошу вас, Мэтью, – сахарно улыбнулась хозяйка дома,