Ректор для лучницы. Тень из Дома Ночи - Татьяна Булгава
Он выдержал паузу.
— Я не прошу его оправдать. Я прошу дать ему шанс. Ссылка, пожизненное заключение, но не смерть. Пусть он живёт и помнит, что месть не приносит облегчения.
— А вы, ректор, готовы взять за него ответственность?
— Если он даст слово, что больше никогда не возьмётся за оружие против империи и академии — да.
Совет зашептался. Глава стукнул жезлом.
— Слово предоставляется обвиняемому.
Дориан поднял голову. Его глаза были красными — он плакал ночью, читая дневники отца.
— Я виновен, — сказал он. — Я убил человека. Я хотел убить других. Но я не хочу больше вражды. Я устал.
— Вы раскаиваетесь?
— Да, — он посмотрел на Ксавьера. — Прости меня, брат.
— Прощаю, — ответил Ксавьер.
Совет совещался недолго. Приговор был мягким — пожизненная ссылка на юг, под надзор местных властей, с правом пересмотра через десять лет.
Дориана увели. В дверях он обернулся, посмотрел на братьев — Ксавьера и Омэна — и тихо сказал:
— Спасибо.
После заседания Ксавьер и Лисса вышли на крыльцо. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в золотистые и розовые тона.
— Ты молодец, — сказала Лисса.
— Спасибо.
— Ты простил его. По-настоящему.
— Он мой брат. И он заслужил второй шанс.
Она взяла его за руку.
— Ксавьер.
— Да?
— Я хочу, чтобы ты знал. Я не уйду. Даже если Совет будет против, даже если академия будет шептаться. Я останусь с тобой.
— Начальником стражи?
— Женщиной, которая тебя любит, — она посмотрела ему в глаза. — И начальником стражи заодно. Работу бросать не собираюсь.
Он рассмеялся — светло, свободно, впервые за много дней.
— Идём домой, — сказал он.
— Идём.
Они спустились с крыльца, и в лучах заката их тени слились в одну. Где-то наверху, в башне обсерватории, где когда-то они сражались с Дорианом, ветер шевелил старые бумаги. Теперь там было пусто. И тихо. И спокойно.
Ксавьер остановился, поднял голову.
— Лисса.
— Что?
— Спасибо, что не дала мне умереть. И что не дала ему умереть.
— Это моя работа, — ответила она, улыбнувшись. — И немножко — любовь.
Он поцеловал её — под звёздами, под тихий шелест ветра, под взглядами случайных прохожих, которые уже привыкли, что ректор и начальник стражи неразлучны.
— Теперь — правда, домой? — спросила Лисса, отстранившись.
— Домой, — кивнул Ксавьер. — Завтра — проверка документов, утверждение бюджета и ремонт крыши.
— И починка ампул.
— И это.
Они пошли по аллее, и золотые волосы Лиссы сверкали в лучах заходящего солнца. А Ксавьер думал о том, что, возможно, жизнь налаживается. Не сразу, не без боли, но налаживается.
И это было главное.
Глава 10. Совет давит
Глава 10. Совет давит
Три дня после суда выдались тихими — настолько тихими, что Ксавьер начал подозревать заговор.
Дориан уехал на юг под конвоем. Профессор Арно, узнав о смягчении приговора, подал прошение об отставке и уехал в деревню к дочери. Отставной полковник Кейн прислал письмо с благодарностью и обещанием больше никогда не связываться с тайнами южных пещер.
Казалось, всё устаканилось.
Но Ксавьер знал: Совет молчит только перед бурей.
— Ты слишком мрачный за завтраком, — заметила Лисса, ставя перед ним кружку с кофе. — Опять не спал?
— Спал. Но плохо.
— Из-за Совета?
— Из-за тишины, — он взял кружку, отпил горький напиток. — Они что-то замышляют. Я чувствую.
Лисса села напротив, положила локти на стол.
— Гелла говорила, что Омэн всегда доверял своему чутью. И у тебя такое же?
— Не знаю. Может, это паранойя после всего, что случилось.
— Или профессиональная деформация, — она усмехнулась. — Ты стал ректором. Теперь тебе положено подозревать всех.
Он хотел ответить, но в дверь столовой постучали — настойчиво, в три приёма. Код срочного сообщения.
— Войдите, — сказал Ксавьер.
На пороге стоял адъютант — бледный, с дрожащими руками.
— Господин ректор, госпожа Лисса, — выпалил он. — Совет требует вашего присутствия. Немедленно. Гонец ждёт у главного входа.
— Что случилось? — Лисса встала.
— Не знаю. Но сказали, что дело касается… родства обвиняемого с ректором.
Ксавьер переглянулся с Лиссой.
— Вот и буря, — сказал он.
•••
Зал заседаний Совета был заполнен не полностью — человек восемь, включая нового главу, старика с седой бородой, которого звали магистр Корвин (не путать с лекарем). Члены Совета сидели с каменными лицами, но в их глазах читалось любопытство — и недоброе.
Ксавьер и Лисса вошли вместе. Их встретили приглушённым шёпотом.
— Ректор Дандар, — начал глава, когда они заняли места. — Мы пригласили вас, чтобы обсудить последствия недавнего суда.
— Какие последствия? — Ксавьер старался говорить ровно.
— Вы просили о снисхождении для преступника. И мы пошли навстречу. Но теперь выяснились новые обстоятельства.
— Какие?
— Дориан Варг — ваш брат. Не только по духу, но по крови. Сын Эрика Дандара, казнённого предателя. Вы знали об этом?
— Узнал недавно, — ответил Ксавьер. — Это ничего не меняет.
— Меняет, — вступил другой член Совета, лысый, с ястребиным носом. — Вы — потомок изменника. Ваш брат — убийца. Возникает вопрос: можно ли доверять вам пост ректора?
— Я не мой отец. И не мой брат, — Ксавьер выдержал взгляд. — Я — тот, кого выбрал предыдущий ректор. Тот, кого утвердили вы.
— Мы утверждали, не зная о вашем происхождении, — сказал глава. — Теперь мы знаем. И у нас есть сомнения.
— Сомнения? — Лисса не выдержала. — Вы хотите отстранить ректора за то, что его отец был преступником? Это несправедливо.
— Молчите, девочка, — огрызнулся лысый. — Вы — всего лишь начальник стражи. Ваше дело — охранять, а не указывать Совету.
— Моё дело — защищать ректора, — Лисса встала. — И я заявляю: Ксавьер Дандар невиновен в преступлениях своего отца и брата. Он проявил благородство, попросив о снисхождении для убийцы. Он рисковал жизнью, чтобы поймать преступника. Он — лучший ректор, который был у академии за последние годы.
— Лисса, — тихо сказал Ксавьер. — Не надо.
— Надо, — она повернулась к Совету. — Если вы хотите отставки, вы должны дать мне уважительную причину.
