Кейт Тирнан - Затмение

«Как закончиться?» — я почти кричала в истерике.

«Ты выбрала свою судьбу, дочь», — произнес он, разворачиваясь, чтобы уйти. «Это не то, чего я хотел, но ты не оставила мне выбора. Однако знай, что своим решением ты принесла в жертву не только себя, но любого и любое, что ты любишь». Он грустно, горько улыбнулся. «До свидания, Морган. Ты была сияющей звездой».

Я была готова вылезти из кожи, чтобы сделать хоть что-нибудь, что-нибудь, что заставит его объяснить, рассказать мне, что он собирается сделать. Затем я вспомнила: я знаю его истинное имя! Имя его истинной сущности, имя с помощью которого я могу контролировать его полностью. Имя, которое включало в себя цвет, песню, руну одновременно. Как только его имя подоспело к моим дрожащим губам, Карьян растворился в ночи. Я моргнула и уставилась в темноту, но ничего не увидела, ни тени, ни следов на мертвой траве, ни отпечатков на холодной росе, которая только начала образовываться.

Резко мои колени окончательно подогнулись, и я тяжело опустилась на холодные цементные ступени. Моё дыхание заледенело и застыло в горле. Мои руки тряслись — я была в глупой панике, в ужасе. Сразу же, как только я смогла встать на ноги, я зашла в дом, улыбнулась и пожелала доброй ночи моей семье. После этого я поднялась наверх и позвонила Хантеру. И я рассказала ему, что Карьян связался со мной.

Следующим утром Хантер ждал меня возле дома, когда мы с Мэри Кей направились в школу.

«Привет, Хантер!» — сказала моя сестра, выглядя удивленной, но радуясь встретить его в это время.

«Привет, Мэри Кей», — ответил он. «Не возражаешь, если я буду болтаться рядом этим утром?»

Недоумевая, моя сестра пожала плечами и села на заднее сиденье Подводной Лодки. Мы с ним обменялись многозначительными взглядами.

Остаток дня Хантер просидел в моей машине возле школы. Прошлой ночью я была внутри моего зачарованного дома. Сегодня, в школе, я не была настолько защищена. Когда бы я ни проходила мимо окна, я выглядывала, чтобы увидеть его. Даже хотя мы оба знали, что это подобно возведению картонного домика перед штормовым ветром, всё-таки нам было намного лучше вместе.

За обедом он присоединился ко мне и членам Китика в кафетерии. После того, как мы поговорили прошлой ночью, мы пришли к единому мнению не рассказывать ничего об этом остальным из нашего ковена до тех пор, пока ни узнаем больше о том, что надвигается.

«Привет, Хантер», — сказала Бри, садясь рядом с ним. «Что ты здесь делаешь?»

«Просто соскучился по своей девушке, я полагаю», — произнес Хантер, заталкивая в рот половину сэндвича, который я ему предложила. Он немедленно сменил тему. «Так вы все придете на следующий круг? К Талие?»

Я заметила, как красивые цвета кофе глаза Бри чуть прищурились, и подумала, что, к счастью, Талия не посещает нашу школу. Она не скрывала, что находит Робби привлекательным. Про себя я подумала, что небольшое соперничество пойдет Бри на пользу.

Рэйвэн Мелтзер, прогремев в своих мотоциклетных ботинках, села в конце стола. Она выглядела неестественно степенно сегодня в рванной черной толстовке, мужских костюмных брюках, и с макияжем более чем в два раза меньше обычного. Она кивнула остальным за столом, затем взглянула на свою еду без энтузиазма.

Я осмотрела свой ковен, моих друзей, вспоминая слова Карьяна прошлой ночью: он сказал, что своим решением я принесла их в жертву. В начале школьного года я в действительности знала только Бри и Робби. Теперь все они: Дженна, Рэйвэн, Итан, Шэрон и Мэтт — воспринимались как большая семья. Несмотря на то, какими разными мы были, несмотря на то, к каким разным социальным слоям мы принадлежали, мы были ковеном. Мы творили магию вместе. А сейчас, из-за меня, они все могут быть в серьезной опасности. Я пару раз прерывисто вздохнула и открыла свой тетропак с шоколадным молоком. Хантер и я каким-то образом исправим эту ситуацию. Я верила в это.

После школы я присоединилась к Хантеру в Подводной Лодке. Мы подвезли Мэри Кей домой, взяли его машину и потом поехали к нему. Оказавшись там, он поднялся наверх к его отцу. Мистер Найэлль сразу спустился и поприветствовал меня, казалось, чуть более тепло, чем обычно. Я слегка приободрилась, когда трое из нас сели за обветшалый деревянный стол на кухне.

«Прошлой ночью Карьян просил тебя присоединиться к нему», сказал Хантер, перескочив сразу на эту тему. Я попыталась проигнорировать видимое вздрагивание мистера Найэлля.

«Да», — ответила я. «Он просил и раньше. Я всегда говорила «нет». Я сказала «нет» снова прошлой ночью. Но оно больше было воспринято как окончательное. Он сказал, что ему жаль это слышать, однако я еще могу спасти себя, своих друзей и свою семью, если приму правильное решение».

«Он говорил именно о твоих друзьях, твоей семье?» — спросил Хантер.

"Да".

Хантер и мистер Найэлль встретились взглядом через стол. Мистер Найелль положил руки на стол и посмотрел на них. В конце концов он сказал: «Да, думаю, речь идет о темной волне».

Мой рот резко раскрылся: почему-то, несмотря на его намеки, я не позволяла себе поверить, что Карьян имел в виду это. «Так вы действительно думаете, что Карьян нашлет темную волну сюда, в Видоус Вэйл? На меня?»

«Похоже на то», — сказал мистер Найэлль, и Хантер медленно кивнул. «Хотя, было бы логичнее, чтобы его целью стали только члены ковена и их семьи, а не целый город».

«Я согласен с папой», — сказал Хантер. «Судя по тому, что ты рассказала мне прошлой ночью, звучит так, словно Карьян считает твою силу по-настоящему слишком могущественной, чтобы существовать, не вступив в союз с его. Я догадался, что он также захочет отомстить сразу, как только ты откажешься присоединиться к нему. Не говоря уже о дополнительном бонусе в виде Сикера, выведенного из строя в то же самое время».

Несмотря на то, что я старалась отрицать реальную угрозу в словах Карьяна, как только Хантер произнес «темная волна», я знала, что он прав. Всё же, казалось, словно ворвался холодный, разрушительный ветер, и я делала небольшие неглубокие вдохи, пытаясь сохранить спокойствие.

«Я думаю, он запланировал ее на днях», продолжил мистер Найэлль. «Я чувствовал признаки на прошлой неделе. Ощущение безжизненности, гниения царит в воздухе. Угнетения. Сначала я подумал, что это мое воображение играет со мной. Но теперь я уверен, что мои инстинкты верны: темная волна надвигается».

В долю секунды я вспомнила мамины крокусы, умирающие в ряд на переднем дворе. Я подумала о том, что газон так и не начал зеленеть, хотя время пришло. Я подумала, как плохо я чувствовала себя физически. «Что мы можем сделать? Как мы можем остановить это?» — спросила я, пытаясь не звучать в абсолютном ужасе. Внутри меня, мои мысли кричали. Не существует способа остановить это, никогда не существовало такого способа.