Кейт Тирнан - Затмение

"Это призраки?" — спросила я.

Мистер Найэлль покачал головой. «Совсем нет. Большей частью они никогда не были живыми и не имеют индивидуализирующих особенностей. Кажется, они имеют лишь сознание, достаточное для того, чтобы почувствовать голод. Большинство позитивной энергии, которую они поглощают, делает их сильнее с каждым разом. Темные волны в наши дни чрезвычайно сильнее, чем та, что вызвала Роус триста лет тому назад. Итак, последняя часть заклинания собирает эту энергию воедино и посылает обратно сквозь разрыв между мирами».

Я задумалась. «Получается, противоположное заклинание должно учесть все части оригинального заклинания. И затем либо навсегда запечатать разрыв между двумя мирами либо расформировать темную волну».

«Да», — сказал мистер Найэлль. Кажется, он немного расслабился. «Я считаю, что я могу каким-то образом сделать это — если бы у меня было достаточно времени, и если бы я мог расшифровать заклинание Роус. У меня есть знания о темных волнах, и моя жена была Винденкеллом, могущественным заклинателем. Но начинает казаться, что Роус была осторожна, чтобы не оставить информацию, которая мне нужна, в своих записях».

Это был мой предок, который все это начал, думала я в отчаянии. Это исходит от моей семьи. Моей семьи. Я подняла глаза. «Нельзя ли мне еще раз посмотреть книгу Роус, пожалуйста?»

Хантер немедленно вскочил и покинул комнату. Мистер Найэлль открыл рот, словно чтобы предложить нечто, что по его мнению лучше. В считанные секунды Хантер вернулся со старинной, потрепанной столетиями Книгой Теней. Я открыла ее осторожно, пытаясь не повредить хрупкие страницы».

«У кого-нибудь из вас есть атами?» — спросила я. Без слов Хантер вышел и принес его. «Подержи его над страницей», — сказала я ему. «Посмотрим, покажется ли что-нибудь».

"Я уже пробовал это", — тяжело выдохнул мистер Найэлль.

«Пап, я думаю, ты недооцениваешь преимущество необычных сил Морган», — спокойно возразил Хантер. «Кроме того, она потомок Роус. Она может связаться с ее записями так, как ни ты и ни я не сможем».

Хантер медленно перемещал плоское лезвие своего кинжала над страницей, и мы все пристально вглядывались. Когда я впервые нашла Книгу Теней моей мамы Мэйв, я использовала этот метод, чтобы осветить некоторые тайные записи. Мне казалось, что это могло бы сработать снова.

"Я ничего не вижу". Вздохнул Хантер.

Я взяла атами и придвинула книгу ближе к себе. Я позволила моему разуму погрузиться в страницу, покрытую крошечными, паукообразными записями, чернила которых давно потускнели и стали коричневыми. Откройся мне, напевала я мысленно. Открой мне свои секреты. Затем я медленно перемещала атами над страницей, точно также как это делал Хантер. Откройся мне, шептала я тихо. Откройся мне.

Внезапное напряжение обоих Хантера и мистера Найэлля встревожили меня даже до того, как я посмотрела на записи. Внизу на странице мелкие пылающие голубые надписи мерцали под лезвием кинжала. Я попыталась прочесть их, но не смогла — слова были странные, а некоторые буквы я не знала.

Делая глубокий вдох, я выпрямилась и положила атами на стол. «Вы понимаете эти слова?» — спросила я.

Мистер Найэлль кивнул, глядя на мое лицо в первый раз за весь вечер. «Они представляют собой более древнюю форму гаэльского языка».

После этого он взял атами и поднес к странице. В течение длинной минуты ничего не происходило; затем голубые надписи засветились снова. Казалось, глаза мистера Найэлля упивались.

«Вот оно», — сказал он, с трепетом и возбуждением в голосе. «Это та информация, которая мне нужна. Эти секретные ключи я и искал». Он посмотрел на меня со сдерживаемым уважением. «Спасибо».

«Безупречная работа, Морган», — сказал Хантер. Я улыбнулась ему смущенно и увидела гордость и восхищение в его глазах.

Всего в долю секунды я почувствовала физическую боль, словно мое тело было захвачено внезапной атакой вирусом гриппа. Я осознала, что у меня болит голова, и почувствовала слабость и усталость. Мне нужно было домой.

"Уже поздно", — сказал Хантер. "Я лучше тебя провожу".

Мистер Найэлль посмотрел на меня, когда я собралась уходить. "Пока, Морган".

"До свидания, мистер Найэлль". Я взглянула на Хантера. "А как же надписи? Они исчезнут, если я уеду?"

Хантер покачал головой. «Ты раскрыла их, поэтому они будут видимы, по крайней мере, в течение нескольких часов. Достаточно долго, чтобы папа их перевел». Хантер взял мою куртку и проводил меня на крыльцо. Мы оба быстро осмотрелись вокруг и ощутили, как каждый из нас бросил свою сенсорную сеть.

«Дай я возьму свои ключи», — сказал он. «Я поеду за тобой до твоего дома».

Я покачала головой: «Давай не будем начинать это снова». Хантер всегда пытался защитить меня больше, чем мне это требовалось.

«Тогда как насчет того, что я просто посплю у тебя под домом в моей машине?»

Я взглянула на него с изумлением и увидела, что он только наполовину шутит. «О, нет», — запротестовала я. «Нет, мне не нужно, чтобы ты это делал».

"Может быть, это нужно мне".

«Спасибо — я знаю, что ты беспокоишься обо мне. Но я буду в порядке. Ты останешься здесь и поможешь своему отцу расшифровать заклинание Роус. Я позвоню тебе, когда буду дома, договорились?»

Хантер выглядел неуверенно, но я поцеловала его, желая спокойной ночи, примерно раз восемь и забралась в свой автомобиль. Не то, чтобы я чувствовала, что я была в безопасности — просто, когда ты противостоишь кому-то вроде Карьяна, то никогда не знаешь, где именно можешь его встретить. Я знала, что он хотел поговорить со мной; также я знала, что он мог бы это сделать, когда захочет. Независимо от того, будет там Хантер или нет.

Пока я отъезжала, я видела Хантера, стоящего на улице, наблюдающего за мной до тех пор, пока я не свернула за угол.

Я чувствовала себя дерьмом к тому моменту, когда выехала на свое шоссе. Я выбралась из Подводной Лодки (своего авто), закрыла ее, скорчившись от вида ее голубой крыши, которую я до сих пор не покрасила, и пошла по улице. Воздух не пах весной, но и зимой тоже. Умирающие мамины крокусы окружили меня.

В действительности было не так уж поздно: десятый час. Возможно, я выпила бы таблетку Талейнола и немного повисела на телефоне перед тем, как отправилась бы в постель.

"Морган".

Моя рука дернулась прочь от входной двери, словно от удара электрическим током. Каждая клеточка моего тела забила красную тревогу: дыхание участилось, мускулы окаменели, желудок сжался, словно приходя в боевую готовность.

Медленно я повернулась лицом к Карьяну МакЭвану. Он был красив, подумала я, или даже не столько красив, сколько харизматичен. Примерно шесть футов ростом (183 см), ниже чем Хантер. В темно-коричневых волосах просматривались серые пряди. Когда я посмотрела в его глаза коричнево-орехового цвета со слегка приподнятыми уголками, то возникло ощущение, будто смотрю в свое отражение. В последний раз, когда я его видела, он принимал форму волка, могущественного серого волка. Когда совет неожиданно подоспел, он скрылся в лесу, взглянув на меня на прощание этими глазами.