Лорд зверей - Джульетта Кросс

class="p">Мы все притихли. Сорка поднялась, собрала моё старое платье и лиф:

— Бес даст знать, когда перчатки и обувь будут готовы.

— Очень благодарна. — Я сложила сорочку — хотела оставить её, чтобы спать. Хотя я всё ещё не знала, где меня поселят.

— И вот ещё. Тёплый плащ тебе тоже нужен. — Она вынула меховой плащ с капюшоном, весь серебристо-серый — точь-в-точь, как мех, на котором я спала у Редвира в лагере.

— Это от барги?

Сорка накинула плащ мне на плечи, застегнула у горла:

— Да. Редвир с воинами каждую весну берут хотя бы одного — когда звери выходят из пещер. — Она отошла, окинула взглядом и удовлетворённо кивнула. — Такая традиция.

— Вы, зверо-фейри, любите свои традиции, — улыбнулась я.

— Мы ими живём.

Я опустила взгляд на платье и на плащ и вздохнула:

— Спасибо тебе, Сорка.

Она рассмеялась:

— Не верится. Принцесса Мородона? Ты, верно, носила лучшие наряды, какие только можно купить.

Я не стала объяснять, что да, они были изящны, но не так заботливо задуманы — и о красоте, и о тепле, о том, чтобы одежда грела и ласкала тело, оставаясь мастерски сшитой.

— Поверь, Сорка, у тебя своя магия.

Бронзовая кожа на её скулах потемнела — она смутилась:

— Ты добра. — Она вздохнула и поглядела к пологу. — Полагаю, мои швеи уже изнывают от ожидания. Бес, проводи Джессамин к лорду Редвиру. Не знаю, куда её определят.

— Я тоже, — усмехнулась я. — Ну что, Бес, покажешь дорогу?

Девочка засияла:

— С радостью! — И взяла меня за руку — за мою перепончатую руку — и повела к шатру лорда. У входа ждал Волк.

— Пойдём, Волк, — позвала я, хотя в этом не было нужды: он и так припустил рядом, свесив язык, довольный, что снова в деле.

Сердце у меня приятно свело от доброты Бес — от того, как она просто держит меня за руку. Я глянула на эту славную девчушку, которая с гордостью вела меня через лагерь, и поняла: мгновенно привязалась к ней. И к Сорке. К Волку — тоже. И, чего уж, к самому лорду Редвиру — признаться страшно, но да.

Выпрямив спину, я последовала за Бес, и где-то даже с радостным нетерпением ждала, какое лицо сделает король клана, когда увидит меня в этом платье.

Глава 9. РЕДВИР

— Стан разобьём в нижней части долины. — Я ткнул в карту, показывая Безалиэлю место.

— От дичи будем дальше.

Я повёл плечом:

— Зато ближе к речной ловле.

— К ловле, — фыркнул Бром.

— Добывается легче и держится стабильнее, — добавил я.

— Верно, — кивнул Безалиэль. — Когда выступаем?

— Завтра начинают сворачивать стойбище. Бром, поведёшь людей в Вейл. А мы с тобой, — я взглянул на Безалиэля, — берём Лейфкина и Дэйна и идём в Хелламир за зерном и ячменём.

— И Тесса, разумеется, — напомнил он.

— Разумеется, — согласился я. — Она у нас лучший связной.

— А ты ведь говорил, что она станет обузой клану, — ухмыльнулся Безалиэль, складывая карту и передавая её Брому.

— Это когда ты впервые притащил её сюда, — буркнул я. — Потом я передумал.

— И вот результат: приводишь в клан ещё одну светлую красавицу.

Я напрягся, а они оба осклабились.

— Это я её привёл? — возразил я. — Её притащил Волк, а теперь она — моя обуза. Совет решил.

— На что ты с готовностью согласился, когда речь зашла о том, чтобы оставить её у нас на зиму.

— Таков наш обет: помогать странникам в беде.

— Ага, — протянул Бром, всё ещё ухмыляясь. — Особенно если странницы хороши собой.

— К чему вы клоните? — Я скрестил руки.

— Она тебе по нраву, — Безалиэль пожал плечами. — Не грех. Она и впрямь видная.

— Очень, — подтвердил Бром.

Рык сам поднялся из груди — и дело было не в их подначках. Мне не понравилось, что они тоже отметили, какая Джессамин пригожая.

— Лорд Редвир? — мягкий голос Бес прозвучал у полога, прежде чем она проскользнула внутрь совещательного шатра, где я обычно встречался с воинами. — Мы вас везде ищем.

За Бес вошла Джессамин — и у меня будто перехватило дыхание. Весь я стал колом. Платье и меховой плащ зверо-фейри облегали её фигуру, подчеркивая всё лишнее для моих нервов; я мог только смотреть. Замечая, что и два других мужчины делают то же, я щёлкнул взглядом:

— Вы двое — ступайте готовиться, как приказано.

— Есть, лорд Редвир, — Безалиэль едва не прыснул и вышел вместе с Бромом.

— Тогда я пойду возиться с твоими перчатками, — сказала Бес Джессамин. — Шью я не так быстро, как мама, но обещаю: будут красивыми.

— Спасибо, Бес. Я уверена.

Мы остались вдвоём, а я всё ещё боролся за воздух. Она повернулась ко мне, изогнула бровь на моё молчание:

— Не одобряете? — бросила взгляд на себя.

— Почему спрашиваешь?

— Потому что вы снова хмуритесь.

— У меня другое в голове.

— Например?

— Например, как перевести клан в зимний стан, когда по нашим землям шастает зараза и сводит тварей с ума.

— Тот дриад, — она нахмурилась. — Значит, он был болен. Я чувствовала. И у него в глазах — чёрные нити от зрачка. Под кожей — словно тёмная сетка ползла. Это парвианская чума?

Я слышал про заразу, что пошла от лунных и разрослась на многие территории. Говорят, жена короля призрачных взялась лечить заражённых. Но то, что поселилось в том дриаде, не было этим светлофейским вирусом, который ворует магию.

— Нет, — сказал я. — Это не то, что расползается сейчас на севере.

— Значит, вы уже видели подобное?

— Недавно на нас кинулась небольшая стая Меер-волков. Псы были обезумевшие, жаждущие резни. Для Меер-волков это не норма. Они не нападают на наших без причины. Убивают только защищаясь.

Она шагнула ближе — и её сладкий запах снова ударил по самоконтролю. Я напрягся: не нравилось, как я на неё реагирую.

— В глазах у него была странная одержимость. И слова его… — она запнулась.

— Что он сказал? — Я не слышал тогда ни слова.

Стоило почувствовать, что ей грозит опасность, — и у меня осталась одна цель: разорвать угрозу. И я её разорвал.

— Думаю, он собирался… съесть меня.

— Дриады не едят мяса вообще, — только и выдохнул я. — Тем паче — плоть другого существа фейри.

— Знаю, — кивнула она. — Потому меня и ошеломило.

Хотелось объявить, что она ошиблась, но я ей верил. Это была не первая тварь, заражённая этим тёмным безумием.

— Из гор идут странные шёпоты, — сказал я. — Те, кто живёт в горах, слышат и видят недоброе.

— Причину знаете?

— Нет. — И это тревожило сильнее всего. — Так что за дар ты утаила от совета?

Она выпрямилась,