Огня дракону! или Микстура от драконьей депрессии - Ирина Владимировна Котова

в яр-р-рости! Меня, который пр-р-реподает здесь уже почти двадцать лет, кото-р-рый ценит магических созданий, как своих детей, допр-р-рашивали, как какого-то вор-р-ра!

Ти всё же недаром была аристократкой в четырнадцатом колене, а потому повела плечом и повернулась идти.

– Извините меня, магистр-р-р, – взял себя в руки Арух. – Я не должен был кр-р-ричать рррядом с вами, вы, людины, слишком нер-р-рвные. Но это злит почище гор-р-рького кумыса, – и он стукнул кулаком в дверь секретарской. За дверью кто-то нервно ойкнул.

Вся Академия знала о несносном характере Аруха Варршуха (который, однако, не останавливал влюбчивых студенток – особенно падки на профессора были почему-то сирены). Впрочем, у всех горных орков нрав резкий, нетерпимый, мстительный и себялюбивый. Но специалистом, несмотря на молодость (для орка пятьдесят лет – не возраст), он был хорошим и знал свой предмет – бестиологию или твареведение – просто прекрасно. Дисциплина изучала вальшеров, волшебных и полуволшебных созданий, разумных, полуразумных и неразумных, и Варршух был не только их знатоком, но и фанатом. Он выхаживал в академическом бестиарии раненых созданий, которых сюда привозили нашедшие их люди и нелюди, и затем лично отвозил их в места обитания.

Он закончил магическую академию в соседнем гномском государстве, а затем перевелся в Веншицкую – потому что был бестиологом, а бестиарий в Веншице был самым крупным на континенте.

– Если бы р-р-ректор постр-р-роил нор-р-рмальную систему охр-р-раны, этого бы не случилось! – проворчал он уже тише. – И не пр-р-ришлось бы оскор-р-рблять пр-р-рофессор-р-ров подозр-р-рениями вместо того, чтобы искать настоящих пр-р-реступников! Пр-р-ревратил академию неизвестно во что!

Арух Варршух широкими шагами удалялся прочь. Ти проводила взглядом нескладную фигуру и пошла в секретарскую, размышляя, сможет ли напроситься на допрос вне очереди. И не краснеть на этом допросе под взглядом ректора, которого она поцеловала. Поцеловала сама!

В секретарской сидел неизменный секретарь Омиши, охраняющий проход к дракону почище самого дракона, и красил ногти.

– Магистр Риваль? – удивился он, помахав перламутровым маникюром. – Вас же пока не вызывали. – Он заглянул в какие-то списки. – Вы по плану во второй половине дня со всей кафедрой целителей.

– Омиши, драгоценный Омиши, – тоном страдающей нежной леди попросила Тиана, – позвольте мне пройти вне очереди. У меня вопрос жизни и смерти!

– Кто-то умирает? – заинтересовался русал восторженно.

– Нет, – трагично ответила Тиана. – У меня через час портниха и заказ платья к приему!

Омиши понимающе вздохнул. Полюбовался на ноготочки.

– Это весомый довод. Но, видит Пряха, ректор может быть недоволен…

– С меня крем для лица для вас и ваших жен, Омиши, – не стала долго ходить вокруг да около Тиана.

– Хорошо, – взбодрился русал, пока она не передумала. – Доложу о вас, магистр.

После того как Омиши с придыханием провозгласил: «Магистр Риваль просит принять ее вне очереди, лерд ректор!», – в кабинете воцарилась тишина, а затем слегка удивленный драконий голос произнес:

– Ну что же, пусть наша отважная мэтрис проходит, Омиши. Если она сможет зайти…

Тиана, не поняв последнего примечания и от волнения сжав руки перед собой, прошла в открытую дверь. В кабинете было многолюдно. За парой столов справа, зарывшись в бумаги, и в креслах слева расположились с десяток следователей и специалистов Тайной канцелярии, а также командующий гвардией Академии маг-людин Густас Юнг, который нахмурился, глядя на нее. Хотя все они были так мрачны, что Ти сразу поняла – за прошлые допросы дело с места не сдвинулось.

Ректор сидел в своем кресле, с откровенным удивлением рассматривая ее. Затем перевел взгляд на стол и ухмыльнулся так, что щеки леди Риваль экстремально заполыхали от смущения.

– Вы пришли в чем-то сознаться, мэтрис? – спросил он вкрадчиво, при этом так сверля ее взглядом, что ей стало не по себе. Он словно что-то выискивал на ней.

– Я пришла просить, чтобы меня проверили вне очереди, потому что моя семья ждет меня на обеденном перерыве, – проговорила она с достоинством. – Если это возможно, конечно.

– Омиши, – позвал дракон секретаря, который так и застыл в проеме, изогнувшись и прислонившись к косяку, – что там магистр Бергиниус, идет?

– Да, я вызвал его ко времени, архимагистр, – ответил Омиши, – и мне доложили, что он вышел из лаборатории, но вы же знаете магистра Бергиниуса, он очень рассеян и часто отвлекается…

– Действительно, – кивнул дракон. – Старший следователь Винтерфрост, думаю, мы успеем допросить мэтрис Риваль.

– Хорошо, – чуть рычаще ответил Винтерфрост, судя по желтым глазам и серебряным прядям в волосах – волк-оборотень. – Присаживайтесь, леди Риваль. Прошу вас ответить на несколько вопросов.

И дальше Тиана, краснея и бледнея, рассказала, что осталась вечером в госпитале, а потом допоздна работала в оранжерее, там же уснула и не видела ни Солнечного, ни эльфа, ничего подозрительного. С утра, проснувшись, ушла домой, чтобы переодеться в свежее платье и показаться на глаза родным. Все время, пока она говорила, она украдкой поглядывала на дракона и видела, как он внимательно слушает, и краснела еще больше.

«Я бы сама себе показалась очень подозрительной», – думала она, подавляя желание потереть пылающие щеки.

– Что же, – проговорил старший следователь, обращаясь к дракону, – похоже, у нас первый подозреваемый, лерд ректор.

– Ч-что? – изумленно выдохнула Тиана.

– Увы, леди Риваль, но артефакт, который лежит перед вами, показал, что вы обманываете. В той части, где говорите, что уснули в оранжерее, – и он показал на спрятанный среди листов амулет в виде змеи с высунутым языком, который сейчас сиял ярко-зеленым. – Повторю вопрос: что вы делали этой ночью? Если вы снова соврете, то нам придется применить к вам ментальное чтение!

– Я не совсем спала! – в отчаянии воскликнула Тиана. – У меня была… бессоница, и я бродила… тут и там. Я не делала ничего противозаконного!

Амулет-змея укоризненно засиял еще ярче. Старший следователь едва не потирал руки.

– Отслеживающие артефакты уловили ваш след в коридорах административного корпуса, – забил еще один гвоздь в крышку саркофага глава охраны Академии Густас Юнг.

– Конечно, он там есть, – пытаясь сохранить самообладание, ответила Ти, – я здесь работаю, мейз Юнг!

– Но с утра в коридоре я четко различил ваш свежий запах, не более чем четырехчасовой давности, – добавил еще один из следователей-волков, совсем молоденький: красная форма Тайной канцелярии была ему великовата. Принюхался. – Лерд ректор, хочу сообщить вам, что в этом кабинете он тоже свежий. Особенно, – он снова повел носом и на лице его проступило удивление, – под вашим столом?

– Требую ментального чтения воспоминаний леди Риваль, – торжествующе заключил старший следователь Винтерфрост. – Или вы можете сами во всем признаться, леди!

Тиана сжала руки. Но не успела она с отчаянием взглянуть на дракона, как тот заговорил.

– Все в порядке,