Страдания и Звёздный свет - Каролайн Пекхам

— Это твое наследство, — твердо сказал Орион. — Будем надеяться, что дворец и дальше не даст ему проникнуть сюда.

— По-моему, для нас с Тори здесь слишком много золота, — сказала я. — Подумай о том, сколько добра оно может принести.

— Вы сможете сделать это добро, когда станете королевами.

Я невесело усмехнулась. — Думаешь, сейчас это по-прежнему возможно? — я бросила монету обратно в ближайшую кучу золота и пошла дальше, прежде чем Орион смог ответить на этот вопрос. — Как золото вообще представляет ценность в этом мире? Разве Элементали земли не могут производить его в бесконечном количестве?

— Золото особенно трудно изготовить. Только очень сильный Элементаль земли может его создать, и оно не будет иметь такой же ценности, как это золото, если только не будет заверено Банком Солярии. В ФБР существует целое подразделение, занимающееся сбором и уничтожением фальшивых денег. В каждую ауру вложена защитная магия. Это легко проверить самому, я покажу тебе как, — он поднял монету, но я повернулась к нему с пустым взглядом.

— У меня больше нет магии, Лэнс. — Эти слова резанули меня по сердцу, и я могла бы поклясться, что вечное пламя надо мной печально замерцало.

Он нахмурил брови и снова опустил монету, словно собираясь убедить меня, что моя магия вернется, но я не желала этого слышать. Мы не знали, что ждет меня в будущем, и не было смысла рассуждать об этом сейчас.

Я завернула за одну из каменных арок и увидела ряды и ряды деревянных шкафов, заполненных зельями в закупоренных флаконах. В конце извилистых рядов шкафов стояло пылающее яйцо в сверкающей серебряной оправе. Мои пальцы покалывало от воспоминаний о том, как я создавала такие же красные и синие языки пламени, знала их инстинктивно, как будто они были частью меня. Я догадалась, что в каком-то смысле так оно и было.

У основания стояла большая золотая табличка, и с нарастающим предвкушением в груди я прочитала выгравированные на ней слова.

Неприкосновенное Яйцо.

Я подняла голову, инстинктивно потянувшись к яйцу, но Орион рванулся вперед и схватил мое запястье в тиски, сурово подняв бровь.

— Блу, — прорычал он. — Ты только что собиралась прикоснуться к Неприкасаемому Яйцу?

— Конечно, нет. Это было бы безумием, — сказала я с ухмылкой, подняла другую руку и потянулась к нему.

Он поймал и это запястье, напустив на меня весь вид ворчливого профессора. — Это не игра. Ты не знаешь, что может случиться. Оно может быть проклято.

— Я уже проклята. Я не могу быть проклята дважды.

— Клянусь луной, ты пытаешься подкинуть идеи звездам? — шипел он.

— Лэнс, это огонь Феникса. Я точно могу прикоснуться к нему. Отойди. — Я дернула свои запястья назад, но он не отпустил, глядя на меня с отвисшей челюстью.

— У тебя больше нет твоего Феникса, — сказал он, и я постаралась не обращать внимания на то, как больно прозвучали эти слова.

— Я знаю, — сдавленно сказала я. — Но я просто чувствую, что могу прикоснуться к нему. Я уверена, что могу.

— Это может быть ловушка, — обеспокоено сказал он.

— Ты хочешь, чтобы я разыграла карту «подчиняйся своей королеве», потому что я не против использовать ее прямо сейчас.

Его хмурые черты слегка разгладились. — Ты знаешь, что меня заводит то, что ты мне приказываешь.

— Ну, ты же не хочешь, чтобы у тебя встал прямо здесь, перед Неприкасаемым Яйцом?

Он прижал язык к щеке, стараясь скрыть забаву, отпустил меня, но не отошел в сторону.

— Если ты ощутишь какую-либо магию на своей ладони, быстро отдерни руку. Действуй медленно.

— Поняла. Волшебное покалывание — это плохо, — я отсалютовала ему, и он неохотно отодвинулся с моего пути, наблюдая за мной, как ястреб, словно собираясь в любой момент наброситься и унести меня как можно дальше от яйца.

— Не торопись, — сказал он решительным тоном, но моя рука так и чесалась прикоснуться к этому огню, как будто он ждал меня целую вечность.

В моей груди затрепетало, подталкивая меня вперед, и все, что я видела, это прекрасный огонь, комната исчезала вокруг меня. Это напомнило мне о том, что я чувствовала во Дворце Пламени вместе с сестрой, когда королева Авалон обучала нас искусству воинов Феникса. Тени были погребены так глубоко силой этого места, а моя форма Ордена все это время присутствовала рядом со мной.

Невероятно, но я почувствовала, как в моей груди вспыхнуло пламя, похожее на горящее перо, оставленное моим Фениксом, когда его поглотил Теневой Зверь. Я грелась в его жаре, дыхание становилось все тяжелее, когда сила моей формы Ордена струилась по моим конечностям, этого было достаточно, чтобы обеспечить мне защиту от пламени, когда мои пальцы погрузились в него.

Огонь был горячим и поцеловал мою руку в знак приветствия, обхватывая мои пальцы и притягивая меня ближе. Я приложила ладонь к яйцу, поверхность которого была сделана из прекрасного металла, напомнившего мне об оружии, которое мы выковали для наших друзей. Я подняла вторую руку, взяла яйцо с подставки и повернулась к Ориону с яркой улыбкой, обнаружив, что он смотрит на меня с тревожной складкой между глаз.

— Хорошо, у тебя в руках Неприкосновенное Яйцо. Теперь ты счастлива? — спросил он, выражение его лица говорило о том, что он действительно хочет, чтобы я положила его на место.

— Очень, — легкомысленно ответила я, поворачивая яйцо в руках, чтобы рассмотреть его. — Как ты думаешь, что внутри?

— Ничего хорошего, — мрачно ответил он. — Я не думаю, что тебе стоит связываться с древним артефактом Феникса…

Я бросила яйцо на пол, и оно разбилось на пятьдесят кусочков.

— Дарси! — рявкнул он, когда из горящих осколков скорлупы вырвался клубящийся, сверкающий виток красно-синего дыма.

Я заметила среди осколков яйца сверкающий белый кристалл, опустилась вниз, подняла его и с триумфом помахала им перед Орионом. — Видишь.

— Не надо мне здесь «видишь». Ты сегодня напрашиваешься на неприятности.

— Мы в плену у Принцессы Теней, мне приходится ежедневно наблюдать, как она мучает тебя, я понятия не имею, в порядке ли все остальные, кого я люблю, и мы, вероятно, идем по предначертанному пути, который приведет нас к верной гибели. Что еще могут подкинуть нам звезды?

— Хватит, — прорычал он, подавшись вперед и зажав мне рот рукой, его глаза превратились в две ямы гнева. — Ты для меня самое дорогое, что есть в этом мире. Хватит искушать судьбу, чтобы она пришла и украла тебя. Звезды уже доказали, что они могут сделать все еще хуже, даже когда я считаю, что мы достигли предела