Соня Сэнь - Колыбель чудовищ

— J'ai fini par te manquer 3, - промурлыкала она игриво и прижалась губами к ее шее.

— Lèche-bottes 4, - проворчала Лейла, поворачиваясь к ней лицом.

Яна в некоторой растерянности стояла под палящим солнцем, испытывая странное чувство неприкаянности. Утром она съездила на работу и забрала трудовую книжку, что-то наврав начальнице про новую перспективную работу. Та на положенной двухнедельной отработке настаивать, к облегчению девушки, не стала. Лишь покосилась на украшавшую ее голову повязку. Затем Яна расплатилась с хозяйкой квартиры, собрала свой нехитрый багаж в спортивную сумку и теперь тащила ее по жаркой летней улице в абсолютную неизвестность. Каин велел ей вернуться к ночи — так что времени у нее было еще хоть отбавляй. Надо бы позвонить родителям. "Привет, мам, пап, я теперь в прислугах у вампира, так что вы не переживайте…" М-да. Конечно, она и им наврет про новую работу, и ложь эта вполне сойдет ей с рук. Главное, что Каин не запретил ей общаться с семьей. По крайней мере, по телефону. А вот с нынешней работы пришлось уйти: она бы отвлекала ее от новых обязанностей. Правда, в чем именно они заключались, ей пока толком не объяснили.

В то утро Каин привез ее в свой дом, оказавшимся двухэтажным зданием старого клуба, уже год как закрытого, разместившегося на окраине города в пользовавшейся дурной славой рощице. Клуб приносил убытки, и хозяин с великой радостью сбагрил его чудаку, предложившему за него хорошую цену. Чудак же заколотил входы в оба танцпола и бары на первом этаже, а второй этаж кое-как приспособил под жилое помещение. С виду здание казалось абсолютно заброшенным, но массивные двери, украшавшие парадный и черный вход, мелькавший в окнах по ночам свет и общее явное ощущение угрозы, исходившее от дома, заставляли всякий сброд держаться от него подальше.

Яне была выделена огромная комната с застекленной тонированной стеной, за которой расстилалась угрюмая лесополоса. Раньше здесь был бильярдный зал с баром. Теперь опустевшее помещение украшал лишь большой кожаный диван, сиротливо жавшийся к стене, протертый ковер, бильярдный стол да пара кресел. Напротив дивана, правда, висела огромная плазма.

— Будешь себя хорошо вести — добудем тебе шкаф и холодильник, — пообещал Каин, наблюдая за ее реакцией на свое новое жилище. — По коридору прямо и налево — ванная комната. Не бойся, мокрицы и тараканы там не ползают, сантехника в норме. Может, и пару запасных халатов найдется — у меня бывают ночные гостьи. Шмоток мы тебе прикупим, можешь и свои сюда перевезти. По дому лишний раз советую не шляться, особенно в мое отсутствие. Вдруг ко мне в гости заявится кто-то из моих вриколакосов и ты ему понравишься…

Он ухмыльнулся, явно довольный этой мыслью.

— Располагайся, а я закажу тебе пиццу — боюсь, мои запасы крови в пакетах тебе не понравятся.

И он действительно заказал ей пиццу и пару стаканчиков кофе, которое даже не успело остыть, пока его везли. Яна сидела в уголке дивана, прихлебывая горячую жидкость, и ошеломленно размышляла об эволюции вампиров, которые, восстав из своих средневековых гробов и сырых склепов, заказывают пиццу и смотрят кабельные каналы на плазменной панели. Ночь она провела, вслушиваясь в каждый шорох за дверью и леденея от ужаса, когда какая-нибудь ветка скребла по стеклу, а утром отправилась выполнять поручения Каина. То есть, увольняться и врать родителям.

Яна устало опустилась на скамейку напротив ближайшего супермаркета. Мимо спешили по своим делам редкие прохожие. Жарило солнце, а посреди вымощенной плиткой площадки растянулась, вывалив язык, большая дворняга. Жизнь как жизнь, такая привычная и обыденная, что с трудом верилось в вампиров, все эти ужасы и потусторонние штуки. Яна не хотела возвращаться в мрачный дом Каина, где ее ожидала неизвестность — самое худшее, что только можно представить. Ибо воображение рисовало ей то мучительную смерть от клыков кровососа, то долгие годы унизительного рабства и страданий. Странно, что Каин вот так отпустил ее в город — одну, без присмотра. Наверное, знает, что никуда она не убежит. Он так и сказал ей на прощание: сбежишь — найду и расправлюсь. А она была уверена, что так оно и будет. Несмотря на то, что он спас ее однажды. Его холодные глаза и жестокая улыбка до сих пор стояли у нее перед глазами. Это не человек. Не человек…

На скамейку рядом вдруг шлепнулся какой-то парень, яростно спорящий с невидимым собеседником по сотовому телефону.

— Ну, проспал немного, ну и что? У меня, может, личные обстоятельства! — рявкнул он в трубку так, что дремавшая напротив дворняга недовольно приподняла морду.

Яна невольно повернула к нему голову: обычный парень лет двадцати пяти, русоволосый, в светлых джинсах и рубашке, явно незнакомой с утюгом. Ворот был расстегнут, обнажая загорелую шею с двумя свежими ранками, кое-как замазанными зеленкой. Это же…

— Вампиры! — выдохнула Яна.

Она подхватила свою сумку и опрометью кинулась прочь, чувствуя на затылке недоуменный взгляд незнакомца. Интересно, кто он — добровольный донор или очередная жертва? И неужели ей предстоит та же участь?

"Она сказала "вампиры" или мне послышалось?" — обеспокоенно подумал Игорь, провожая взглядом девушку с повязкой на голове, с явным усилием тащившую большую спортивную сумку.

…Дома — а теперь это место было ее домом — Яну ожидал сюрприз: огромный холодильник в ее комнате, битком набитый продуктами (начиная с йогуртов и заканчивая алкоголем, причем явно не самым дешевым), шкаф, возле которого была свалена груда новой, нераспакованной одежды, и, самое главное — роскошный туалетный столик, ящики которого изобиловали разномастной косметикой известных брэндов, бельем и парфюмом. У Яны сразу отлегло от сердца: по крайней мере, в ближайшее время ее убивать не собирались. У нее начало складываться смутное ощущение, что Каин относится к ней как к игрушке, приятному новоприобретению, которое его забавляло. Проходя мимо его спальни, куда ей вход был воспрещен, она прислушалась: но он, видимо, еще спал.

К зеркалу на туалетном столике была прикреплена записка — "Кухня внизу. Можешь осмотреть".

И Яна, впервые ощутив укол любопытства, бросила неразобранную сумку и спустилась на первый этаж, где без труда обнаружила огромную кухню — вернее, оборудованное под нее помещение. У стены возвышались два холодильника: один огромный, в полстены, с застекленной дверцей, не скрывавшей содержимого, а именно, аккуратных рядов пакетов с донорской кровью. Так, это, видимо, холодильник с "консервами", как выражался Каин. Второй был поменьше и поуже: внутри содержался примерно тот же набор продуктов, что и в холодильнике в ее комнате. Удобно, ничего не скажешь. Хочешь, ешь в кухне, хочешь, хоть целыми днями обитай в своей спальне, подъедая полуфабрикаты…