Гарем для сестры султана - Людмила Вовченко

поймал её запястье, слегка сжал, не отпуская взгляда:

— Я думаю, ты всегда выберешь того, кто лучше играет.

И я готов сыграть с ним — если ты того пожелаешь.

Её губы изогнулись в улыбке, остро-сладкой.

— Вот это ответ настоящего мужчины.

* * *

На следующий день дворец кипел от волнений.

Посол прибыл рано утром.

Его встречала торжественная процессия, но всем было ясно — он приехал не просто как гость.

Мужчина, вышедший из роскошного паланкина, сразу заставил многих женщин задержать дыхание.

Высокий, стройный, с тёмной кожей, почти медной, и глазами цвета тёплого янтаря. Его лицо украшала короткая, аккуратная борода, а движения были плавны и грациозны, как у хищного зверя.

На нём был тёмно-зелёный кафтан, расшитый золотом и бирюзой, а пояс скрывал тонкий кинжал с рукоятью из нефрита.

— Посол державы Багдадской, господин Саид ибн Халид, — провозгласил глашатай.

Но Джасултан не спешила спуститься к нему сразу.

Она наблюдала из-за решётки балкона, как он легко ступает по мраморному двору, с улыбкой, за которой скрывалась не только дипломатия.

— Он опасен, — пробормотала Лейла, возникшая рядом, как тень. — Этот человек не просто посол. Он торговец войнами.

— Тем интереснее, — ответила Джасултан, играя серьгами из нефрита, словно примеряя его камень на себя. — Он привёз мне оружие. Осталось понять, какое.

* * *

Позже, когда посол прибыл в её покои, атмосфера стала густой, как мускус.

Саид ибн Халид вошёл неспешно, оглядывая убранство с лёгкой улыбкой, будто уже видел такие дворцы сотни раз.

Но, встретив взгляд Джасултан, он едва заметно склонил голову.

— Султанша, чья слава дошла даже до моего далёкого города, — его голос был густым, словно сладкое вино, но в нём таилась сила, которую не каждый осмелится проверить.

— Посол, чьи товары могут поднять войска, — ответила она с лёгким полушёпотом. — Что ты предлагаешь мне взамен за гостеприимство?

Он усмехнулся, бросив ей шёлковый мешочек.

— Я привёз не только специи и золото. Я привёз людей. Армейских мастеров, учителей боя, стрелков. Все они ищут госпожу, достойную их навыков.

Джасултан развернула мешочек, там были фигурки — миниатюрные воины, вырезанные из чёрного дерева.

— Я слышал, что султанша любит играть в стратегии, — добавил он, глядя прямо в глаза.

Она медленно провела пальцем по одной фигурке — воин с саблей, ловко вырезанный.

— Я предпочитаю выигрывать, а не играть, — прошептала она, слегка наклонившись, чтобы его слова не слышал никто кроме неё. — Ты предлагаешь мне армию?

— Я предлагаю тебе ключ к твоей новой власти, — он говорил тихо, и их дыхания почти смешались. — Я знаю, ты хочешь построить собственную силу. Я знаю, ты готова заплатить.

Она улыбнулась, словно кошка, учуявшая молоко.

— А цену ты назовёшь позже?

Он чуть склонил голову.

— Я привык, чтобы женщины сначала распробовали товар… а потом сами предлагали цену.

* * *

Когда он ушёл, Лейла подошла к ней, мрачная и подозрительная.

— Он опасен.

— Все мужчины опасны, — спокойно ответила Джасултан, медленно расставляя фигурки на мозаичном столе, будто начинала новую партию.

— Он соблазнит тебя, чтобы взять за горло.

— Пусть попробует, — её голос стал сладко-хищным. — Иногда полезно позволить мужчине думать, что он охотник. Пока он сам не окажется в ловушке.

* * *

Вечером Фархад вошёл в её покои, мрачный, сдержанный.

— Он бросил тебе вызов, — тихо сказал он. — И ты собираешься сыграть.

Джасултан подошла к нему вплотную, её ладони скользнули по его плечам.

— Я собираюсь выиграть, — её голос был шёпотом. — А ты… будешь рядом.

Ты — мой клинок.

А он — мой яд.

Она притянула его к себе, жарко и властно, её поцелуй был как приказ.

— Завтра я начну новую партию, Фархад.

И мне нужен верный игрок на моей стороне.

Он крепко сжал её, их тела сплелись в едином ритме.

— Я уже на твоей стороне, Джасултан.

Но помни, я тоже умею играть.

Глава 17

Глава 17

Ночь над дворцом была тёплой, пропитанной запахом апельсиновых цветов и мускуса.

Всё вокруг дышало ожиданием.

В тенях сада уже собирались те, кто был допущен к тайному банкету — редкие гости, приближённые к трону и те, кого нельзя называть вслух.

В этом мире играли не в музыку, а в власть.

И главным инструментом был флирт, за которым скрывались кинжалы.

* * *

Джасултан вошла в зал последней.

Её платье было будто соткано из самой ночи — чёрный шёлк с тончайшей вышивкой золотыми нитями, которые мерцали при каждом её шаге, словно россыпь звёзд.

Глубокий вырез на спине, откровенный даже для дворца, открывал тонкую линию позвоночника и алый шрам от украшения-клинка, который она носила в юности.

Волосы были убраны высоко, на шее лежала нить зелёного нефрита — подарок Саида, который она надела нарочно, чтобы подчеркнуть свой настрой.

Она прошла мимо собравшихся медленно, словно заставляя всех задерживать дыхание.

Фархад шёл позади, одетый скромно, но в его тени чувствовалась угроза.

Он был её невидимой стеной, но сегодня Джасултан намеренно оставила между ними расстояние.

В центре зала сидел Саид ибн Халид, спокойно, даже немного лениво покручивая в руках бокал с тягучим рубиновым вином.

Его взгляд тут же метнул искру интереса, как только она появилась.

— Султанша блистает, как и положено хозяйке этой ночи, — его голос был лёгким, но с ноткой вызова.

— Я всегда блистаю, когда это нужно, — ответила она, опускаясь на шёлковые подушки напротив.

Между ними оставалось ровно столько пространства, сколько нужно для интриги.

* * *

Вино текло рекой, блюда сменяли одно другое, а под тихую музыку начинались настоящие игры.

Танцовщицы извивались под томные мелодии, их тела были как тени, и в их танце сквозили намёки на запретное.

Но Джасултан смотрела только на Саида.

И он — только на неё.

— Расскажи мне, посол, — её голос был ленивым, но внутри уже закручивалась пружина. — Как в твоей стране наказывают тех, кто смеет играть двойную игру?

Он усмехнулся, отпивая вино.

— У нас за это не наказывают. У нас таких людей делают советниками, — ответил он с лёгкой насмешкой.

Джасултан улыбнулась уголком губ.

— А как же доверие?

— Его покупают, как всё остальное.

Она медленно провела пальцем по краю