Как улучшить дракона. Если он тот еще ящер - Таня Драго

под себя, напитывать мудростью.

Почему мне раньше не пришло в голову применить тот же подход к мужчинам, а?

Да потому что магии у тебя не было, балда!

Вот сила преображения – это да. С ней любой мудащер может превратиться во вполне вменяемое существо, не утратив своей неукротимой альфовости. Ммм, без магии же приручать мудащеров бесполезно.

Точка.

Я ушла от шума подальше – облюбовала себе уединенный балкон и решила немного полюбоваться на звезды. Но момент уединения был сразу же разрушен.

— Наконец-то, — раздался голос за моей спиной. — Я думал, нам никогда не удастся улизнуть с этого праздника.

Латор выглядел уставшим, но довольным. Он уже снял тяжёлый церемониальный плащ и расстегнул верхние пуговицы туники, придавая своему облику непривычную для него небрежность. В руках он держал два бокала и бутылку редкого драконьего вина, светящегося изнутри мягким золотистым светом.

— Тебе не следовало исчезать, — сказала я с наигранной строгостью. — Всё-таки ты теперь официальный глава клана Авельтан. У тебя обязанности.

— Мои первые обязанности — перед собой и теми, кто мне дорог, — просто ответил он, подходя ближе и протягивая мне бокал. — А все остальные могут прекрасно провести вечер без моего надзора.

Он разлил вино, и я с удивлением заметила, что его руки слегка дрожат. Латор, всегда собранный и контролирующий каждое движение, сейчас казался почти... нервным?

— За новый договор, — произнёс он, поднимая бокал. — И за новую эру в истории Атала.

— За равновесие, — добавила я, и наши бокалы соприкоснулись с мелодичным звоном.

Вино оказалось необыкновенным — тёплое, с нотами экзотических фруктов и специй, оно словно разливалось жидким огнём по венам, не опьяняя, а, напротив, обостряя чувства.

— Это "Дыхание Заката", — пояснил Латор, заметив моё восхищение. — Его делают только в нашем клане, из ягод, растущих на южных склонах драконьих гор. Они впитывают последние лучи солнца, и эта энергия сохраняется в вине.

— Восхитительно, — искренне ответила я.

Мы стояли рядом, облокотившись на мраморные перила балкона, и смотрели, как первые звёзды появляются на темнеющем небосводе. Странное спокойствие охватило меня — после месяцев непрерывной борьбы, опасностей и трудностей наступил момент, когда можно было просто... быть.

— О чём думаешь? — тихо спросил Латор.

— О том, как всё изменилось. Обедневший род, потерянный дар, а сейчас…

— А сейчас ты Хранительница Равновесия, восстановившая истинный смысл договора между нашими народами, — закончил он за меня. — Не говоря уже о том, что ты преобразила одного конкретного дракона, превратив его из высокомерного ящера в...

— В ворчливого ящера? — предложила я с озорной улыбкой.

Латор фыркнул:

— Я не ворчу!

— Ещё как ворчишь, — возразила я, имитируя его голос: — "Эти человеческие традиции бессмысленны", "Зачем устраивать банкет, когда можно просто подписать договор", "Почему у этого посла такой нелепый головной убор"...

— Я этого не говорил! — запротестовал он, но его глаза смеялись. — По крайней мере, не вслух.

—Точно?

Он покачал головой, улыбаясь уголками губ:

— Иногда мне кажется, что ты действительно видишь меня насквозь. Словно между нами существует связь, выходящая за рамки обычного понимания.

Улыбка медленно исчезла с его лица, сменяясь серьёзным, почти торжественным выражением. Он поставил свой бокал на перила и взял меня за руку:

— В драконьей культуре, — начал он, слегка запинаясь, что было совершенно нехарактерно для всегда уверенного Латора, — есть понятие "истинная пара". Это больше, чем просто любовь или привязанность. Это связь на уровне душ, магическое резонирование сущностей, когда два существа дополняют друг друга настолько идеально, что становятся чем-то большим, чем просто суммой частей.

Он сделал паузу, словно собираясь с духом:

— Я никогда не верил в эти предсказания об истинных парах. Считал их красивыми сказками для наивных романтиков. Мать всегда говорила, что брак — это политический инструмент, способ укрепить позиции клана, и я принимал это как должное.

Его пальцы сжали мои чуть крепче:

— Но теперь я понимаю — ты действительно моя истинная пара, Лиралин. То, что мы пережили вместе, то, как наши магические сущности резонируют друг с другом, то, как мы изменились благодаря встрече... Это не случайность и не простое стечение обстоятельств.

Теперь в его глазах горел огонь, золотистые искры драконьей сущности танцевали в глубине зрачков:

— Я люблю тебя. И не просто как женщину, исцелившую мою разделённую природу. Я люблю твой ум, твою смелость, твоё упрямство. Даже твою способность видеть меня насквозь и твою привычку поддразнивать меня, когда я становлюсь слишком... драконьим.

Я улыбнулась, чувствуя, как тепло разливается по моему телу — и это было не от вина.

— Истинная пара, значит? — произнесла я с лёгкой хитринкой в голосе.

Латор нахмурился, не понимая, к чему я клоню:

— Разве это плохо?

— Не плохо, — я покачала головой, делая шаг к нему. — Просто, как Преображающая, я больше верю в постоянное развитие, чем в статичное совершенство. В конце концов, — добавила я, проводя пальцем по линии его подбородка, — у тебя всё ещё есть эта привычка ворчать, когда что-то идёт не по плану.

— Я не ворчу, — автоматически повторил он, и мы оба рассмеялись.

— Видишь? — я подняла бровь. — Может быть, мне стоит использовать немного преображающей силы, чтобы исправить эту маленькую особенность твоего характера?

Его глаза расширились от притворного ужаса:

— Только не говори, что собираешься переделывать меня каждый раз, когда я проявляю какую-то неидеальную, по твоему мнению, черту характера?

— А почему бы и нет? — я пожала плечами с самым невинным видом. — Ты же сам сказал, что я изменила тебя к лучшему.

— Да, но... — он запнулся, увидев моё лицо, и понял, что я дразню его. — Ах ты,