Заключённыий волк - Каролайн Пекхам

— Посмотрим, из чего ты сделан, Шэдоубрук, — насмехался Густард, придвигаясь ко мне с улыбкой психопата на губах.

Один из моей стаи протянул мне ножку стола, которую они, должно быть, отломали, и я принял ее, кивнув в знак благодарности. Это было не так уж много против Белориана, но я чувствовал себя лучше, ощущая ее вес в своих руках.

Мои Волки приготовились открыть дверь, а Густард наклонился ко мне и прошептал на ухо.

— Я с нетерпением жду, когда увижу твои внутренности, размазанные по стенам. Ты не сможешь стать королем на том свете, но обязательно отправлю к тебе твою королеву.

Я зарычал, игнорируя вспышку гнева в моем нутре, которая требовала уничтожить его здесь и сейчас. Не успел я ответить ему, как двери распахнулись. Харпер смотрела на Густарда так, словно собиралась убить его, и в ту же секунду, когда я выскочил за двери, она вытолкнула его вместе со мной.

— Черт! — прорычал он, когда двери закрылись, и чудовище мгновенно набросилось на нас.

Его безглазая голова повернулась ко мне, огромная пасть, полная острых зубов, была готова сожрать меня целиком. С силой я ударил его ножкой стола по морде, заставив его вскрикнуть от боли и отступить на несколько шагов. Я помчался вокруг него, мое сердце колотилось, как дикий зверь в клетке, я мчался к концу коридора.

Шаги позади меня сообщили, что Густард тоже успел убежать от монстра, и я проклял свою удачу. Если бы Белориан прикончил его, это избавило бы меня от лишних хлопот.

Его вес столкнулся со мной сзади, и я рухнул на пол, импровизированная бита покатилась по полу, когда я потерял хватку.

— Какого хрена? — прорычал я, когда Густард спрыгнул с меня и, смеясь, побежал к лестнице.

Шипастая лапа вонзилась в землю рядом с моей головой, и я в тревоге перекатился, когда Белориан набросился на меня с оскаленными зубами. Я вскочил на ноги, увернувшись за полсекунды до того, как его шипастый хвост метнулся в сторону и чуть не обезглавил меня.

С участившимся пульсом я схватил ножку стола, с диким криком неповиновения размахнулся и ударил ею по уродливой морде монстра.

Он закричал так громко, что мне показалось, что из ушей пошла кровь, поднявшись на задние лапы и пытаясь прийти в себя. Я побежал, пока чудовище снова не бросилось в погоню, и помчался по коридору туда, где Густард огибал лестничную площадку. Изо всех сил я бросил биту, и она врезалась ему в затылок, выводя его из равновесия. Он споткнулся, застонав от боли, и я прибавил ходу, когда прямо за моей спиной послышались шаги Белориана. Я чувствовал его горячее дыхание на своей шее, стараясь опередить его, но это был быстрым куском дерьма. Мне нужен мой Волк, но сейчас я не мог до него дотянуться. Мне приходилось полагаться только на плоть и кости, даже намека на магию не было.

С разбегу я влетел на лестничный пролет, и надо мной раздался щелчок зубов. Густард ударил меня ногой в голову, и я вскрикнул, когда его нога угодила мне в челюсть и повалила меня на ступеньки слева. Белориан бросился к нам, и, когда кровь покрыла мой язык и в воздухе повис ее запах, я понял, кого из нас он собирается преследовать. Он повернулся ко мне с голодным рычанием, и я заставил себя подняться на ноги, едва не свалившись с лестницы. Маниакальный смех Густарда донесся до меня, когда он побежал по ступенькам в противоположном направлении.

Зажав рот руками, я поднял голову и завыл настолько громко, как только мог, давая понять своим Волкам, что они могут бежать. Звук толпы, проносящейся надо мной, заполнил мои уши, и меня охватило облегчение.

Теперь мне просто нужно сбежать от этого урода, и тогда обо мне будут распевать песни до скончания времен.

На лестничной клетке у меня было одно небольшое преимущество. Этот ублюдок был огромным, и его ноги не были приспособлены для бега по ступенькам. Он то и дело спотыкался и скользил, слепо скрежеща зубами, охотясь за мной. Я бежал вниз по лестнице, преодолевая по четыре, шесть, семь ступенек за раз. Если я хоть раз оступлюсь, мне конец. Я буду просто еще одним номером в этой тюрьме, очередным статистическим показателем. «Пятьдесят три человека погибло в тюрьме Даркмор в результате случайного применения их био-оружия». К. Черту. Это. Я не собираюсь попадать в заголовки новостей. Во всяком случае, не таким способом. Если я и собирался попасть в заголовки, то лишь благодаря тому, что победил в конкурсе на звание самого большого члена или самого горячего Альфа-Оборотня. Я не собирался появляться в прессе подобным способом. Не так!

Я свернул на восьмой уровень, где находилось медицинское отделение, и заметил кладовку в другом конце коридора. Бросившись к ней, я толчком распахнул его и практически ввалился внутрь. Я успел закрыть дверь, прежде чем ублюдок заметил, куда я делся, и он устремился дальше по коридору, повернув налево в сторону Психушки.

Блять. Да.

— Эй, засранец, — чей-то голос заставил меня подпрыгнуть, и я повернулся, обнаружив Роари Найта, выглядевшего как подогретая смерть, — его лицо было бледным, а из руки сочилась кровь.

— Что, черт возьми, с тобой случилось? — спросил я.

— Шипы этого гада ранили меня, когда я убегал от него. Похоже, они чертовски ядовиты, — прохрипел он. — Мне необходимо добраться до Психушки, но я едва могу идти.

— Поверь мне, ты не хочешь оказаться в Психушке прямо сейчас, — я прислонился спиной к стене, пытаясь отдышаться.

— Что? Почему? — потребовал он, в его глазах вспыхнула паника.

— Потому что именно туда я только что отправил монстра.

— Что?! — прорычал он, пытаясь встать, но его тело сдалось, и он снова рухнул на пол. — Черт. Я должен помочь ей.

— Помочь кому? — спросил я, складывая руки.

— Неважно, — процедил он сквозь зубы. — Будто тебе есть до этого дело. Она твой проклятый враг.

— Кто? — вздохнул я, мое сердце выбилось из ритма. — Кто, блять!?

В тревоге я бросился к нему, опустился на корточки и схватил его за воротник.

— Розали Оскура, — выдавил он, отчего весь мой мир мгновенно разлетелся на куски.

— Она там внизу? — прохрипел я, страх сковал меня в кулак.

Он кивнул, страх промелькнул в его глазах.

— Я помогу ей, — немедленно сказал я, и он нахмурился.

— Почему?

— Потому что я просто помогу, ясно? — выплюнул я, и он угрожающе зарычал.

— Чушь собачья, — прошипел он, схватив меня за